Принцесса для зверя
Да, я там нахожу там, чем себя отвлечь, нахожу любимое дело, которым приятно заниматься… Но именно его мне не хватает. Его любви, его внимания и простого «как ты». Бывает же такое, что человек влюбляется один раз и на всю жизнь?
Мне кажется у меня именно такой случай.
Я отвожу взгляд. Не хочу показывать, что внутри меня буквально полыхает огнем. Сейчас я стесняюсь своих чувств. Потому что все что было не прощается. Не должно забываться. Но я ничего не могу с собой поделать.
Мне становится невыносимо тяжело: просто стоять рядом с ним.
— Дорогие мои, вы должны завтра приехать ко мне и кое-что подписать, — обращается к нам Генрих и мне не понятно для чего? Что подписать?
— Ты о чем, дед? — Тимур удивленно спрашивает, а у меня от его голоса мурашки по коже.
Это невыносимо терпеть. Завтра еще вместе с ним быть рядом? Мне хочется сбежать, мозг активно работает, придумывая отмазки, но правдоподобного ничего на ум не приходит.
— Завтра узнаете. Ты, Тим, заедь за Соней и привези к юристу моему.
Я резко оборачиваюсь на деда и хочу высказать свое мнение по этому поводу, но он меня опережает.
— Не шипи, Сонь. Я помню, ты у меня самостоятельная, умная девочка, можешь сама приехать, но мне так спокойнее. Да и вы сразу вместе приедете, не нужно будет кого-то ждать, все же юрист не сможет ждать долго.
В его словах есть рациональность, но что она значит для меня, когда внутри все разрывается от одной мысли, что я и Тимур проведем хотя бы несколько минут времени рядом. Вместе. В одной машине.
— Ты можешь сказать во сколько приехать, и я буду ровно в это время, даже раньше, — стою на своем и не хочу поддаваться деду, как бы не любила его.
— Соня, — Тимур перебивает меня и смотрит так пристально, что мне приходится задержать дыхание, чтобы не было заметно, как часто я дышу.
— Я сама доеду. Мне водитель не нужен.
Я не знаю, почему так говорю, просто чтобы показать, что не нуждаюсь в нем, хоть и люблю.
— Мы позже поговорим об этом, Соня, — его спокойный тон вызывает во мне приступ гнева.
Как так можно? Я внутри просто гореть начинаю, а он спокойный, как удав.
Стоп.
Боже…
Все, что сейчас во мне твориться, я уже испытывала тогда, когда решила выйти за него замуж. Я бесилась от того, что он меня не слышит и не слушает. А сейчас он поступает точно так же. И это меня раздражает. Лишь из уважения к деду я не начинаю ругаться, просто отворачиваюсь в другую строну и не смотрю на него. Пускай думает, что хочет.
— Пойду чего-нибудь перекушу, а то целый день ничего не ела.
— Иди, конечно.
Я выпускаю руку деда и иду к столу. Мне нужно отвлечься и еда хороший способ снять нервное перенапряжение. Накладываю себе в тарелку вкусняшек и присаживаюсь за стол. Достаю телефон и пишу Муру, мне нужна его поддержка, как никогда раньше.
Cat: Мне сложно. Я не представляла, что будет настолько тяжко. Хуже тюрьмы.
Я отправляю сообщение и только сейчас до меня доходит, что я проговорилась. Я не знаю, как все исправить, но решаю, что в этой фразе нет ничего ужасного, ведь так говорят не только те, кто там был, но и образно.
B.Mur: Будь проще, не воспринимай все так серьезно. Осмотрись, разве среди окружающих тебя людей нет тех, с кем можно просто поговорить? Без нервов, без напряжения, обсудить что-то… погоду, например.
Cat: Смешно. На ближайшие двадцать человек нормальная только я и дед. Больше никого. Все это возвращает меня к тому, что я пыталась забыть.
B.Mur: Напиши где ты, и я тебя заберу.
Я смотрю на сообщение и закусываю губу. Так отчаянно хочется дать ему адрес, сказать, чтобы забрал меня отсюда, спас, обнял и утешил.
Cat: Не могу… Увидимся лучше в штатах. Там легче дышать…
Как представлю, что он приезжает и это все видит Тимур, неизвестно, как он отреагирует. Но с другой стороны, у меня в штатах мог появится молодой человек. Мы не виделись много времени. У нас уже разные жизни, только вот почему при первой встречу, грудь начинает раздирать от боли.
B.Mur: Тогда дыши, принцесса. И забудь обо всем, просто развлекись.
Я замираю. Просто взгляд цепляется за принцессу и все, дальше ничего не вижу. Я начинаю оглядываться и вижу Тимура. Он общается с кем-то, в его руках нет телефона. Как? Или это тоже просто оборот речи? Этого же не может быть.
В голове лихорадочно перебираются мысли, и я начинаю вспоминать все, что пишет Мур. Но не нахожу никакой связи с Тимуров. Вообще никакой. Только одну…
Мне нравится общаться с ним даже не видя.
В этот момент Тимур находит взглядом меня и смотрит прямо в глаза. Он что-то говорит собеседнику и направляется ко мне. Сердце начинает колотится с бешенной скорость. Зачем он идет ко мне? Выяснять отношение? Или это все же он Мур? И теперь будет обвинять меня в том, что я его преследую? Мне становится страшно и дико… Что делать?
Я не хочу так скоро с ним оставаться наедине. Но понимаю, что это неизбежно.
Это должно было произойти рано или поздно. В моем понимании, лучше поздно. Но с другой стороны, сколько не подготавливайся к бою, всегда будут недоработки.
В таком случае никогда ни в чем не будешь уверен. Я так точно.
Глубоко вздыхаю и беру бокал в руки, отпивая сок. Руки почти не дрожат, так же как и сердце начинает успокаивается, ровно до того момента, пока Тимур не присаживается рядом.
— Нам нужно поговорить, Соня. Но не здесь.
Глава 37Он берет меня за руку и тянет на выход, но я упираюсь ногами о пол, чтобы противостоять ему.
— Ты что действительно думаешь, что я пойду за тобой? — я дергаю рукой, и Тимур тормозит. Разворачивается ко мне и пристально всматривается в глаза.
— Да. Потому что этот разговор не для посторонних ушей, — он говорит тихо и меня что-то подталкивает идти за ним, но я быстро подавляю это чувство в себе.
— Нет. Я приехала к деду на день рождение и не собираюсь с тобой никуда ехать. Мне не нужно ничего выяснять. Все давно предельно понятно, — я вырываю свою руку из его ладони и разворачиваюсь к столу.
Я пытаюсь его проигнорировать и не слышать и это дает эффект: меня больше никто не достает. Он исчезает. Неужели стал слышать мое мнение? И не волочет никуда и не заставляет? Я даже оборачиваюсь, чтобы убедиться, что он ушел. И правда, Тимур выходит из зала, оставляя меня.
— А куда Тим? — я резко оборачиваюсь и вижу деда.
Он что следит за нами и подслушивает? Я хмурюсь и закусываю губу, не зная, что сказать.
— Не знаю, — кошу под дурочку и цепляю на вилку кусочек рыбы.