И меркнет свет
– Ладно.
Они вернулись к разработке плана, обсудили каждый вариант теперь, когда Илья поделился полезной информацией о городе. К поздней ночи Антон уже засыпал на ходу на плече у Джуда, и каждый его комментарий сопровождался зевком, пока наконец Джуд не отвел его спать.
Когда мечник уложил его, Антон моментально заснул, теплый и расслабленный. Его волосы разметались по подушкам. Все в Джуде хотело свернуться рядом с ним под теплыми одеялами. Он позволил себе мгновение посидеть на краю кровати и смотреть на мирное лицо Антона, прислушиваться к его тихому дыханию, прежде чем заставил себя подняться на ноги. Ему казалось, что сердце готово разорваться пополам, когда он снова вышел в коридор.
Добравшись до гостиной, Джуд увидел, что Илья ушел, и таким образом Джуд и Странница остались наедине впервые с ее приезда.
Она подняла на него взгляд, словно ждала.
– Что бы это ни было, – после долгой паузы произнесла она, – просто скажи.
Ее взгляд всегда смущал его, с самой первой их встречи на вечеринке в Эндаррионе. Она будто всегда знала, о чем он думает. В этом отношении женщина напоминала Антона. Возможно, такова природа пророков.
– Вы знаете правду обо мне, – наконец произнес Джуд.
Странница задумчиво посмотрел на него.
– О тебе много правд, Джуд Везерборн. Ты про какую?
– О том, кто на самом деле Хранитель Слова. – Он опустил взгляд. – Что я такое. Что мне нужно сделать, чтобы убить бога.
Она кивнула.
– Так почему же вы не остановили его? – спросил Джуд.
На ее лице мелькнула боль, так быстро, что Джуд едва успел ее заметить.
– Если бы я могла помешать Палласу сделать это с Темарой…
– Нет, – прервал ее он, поняв: она считает, что он ее винит. – Я хочу знать, почему вы не остановили Антона. Все бы это закончилось, если бы он просто принял, что мы должны сделать. Если бы не пытался найти пророков.
– А тебе удавалось успешно отговорить Антона от чего-либо? – спросила она.
Джуд не мог этим похвастаться. С момента встречи с Антоном он шел на уступки за уступками: позволил ему поставить на кон Остроконечный Клинок, позволил войти на трибунал Ордена, словно все это место принадлежит ему, позволил затащить себя на вечеринку и в первую очередь позволил Антону поцеловать себя. Позволил заставить себя поверить, что у них может быть общее будущее.
Он не ответил на вопрос Странницы, но этого и не требовалось. Джуд видел, что темные глаза прочитали все по его лицу.
– У меня были сомнения по поводу других пророков, – призналась она. – Я думала, что они сдались и спрятались в самом дальнем уголке Земли, чтобы сбежать от рока, оставленного ими миру. Я не думала, что они… – Она замолчала, и Джуд понял, что ее переполняют эмоции. Мечник никогда не видел ее несобранной, но вот она не могла подобрать слова, а темные глаза заволокло дымкой. – У нас были разногласия. И они держали нас на расстоянии много веков. Но то, что сделал Паллас. Я презираю его за то, как он поступил с остальными, словно у меня мало причин его ненавидеть.
Ее голос звучал словно издалека, а взгляд был отстраненным, будто она и вовсе покинула комнату.
– Расскажите мне о ней, – мягко попросил Джуд. – О Темаре. Первой Хранительнице Слова.
Женщина закинул ногу на ногу, а потом поставила их на пол, и синяя юбка зашуршала.
– Она была и все еще остается самой красивой, самой яростной девушкой из виденных мной. Чувства были запрещены, потому что мы считали, что из-за наших ролей избранных пророков такие привязанности затуманят нашу веру. Уверена, ты понимаешь, как мне сложно было это принять.
Джуд поразился, что у них со Странницей было нечто настолько общее.
– А потом девушка, которую я любила, стала слугой Палласа. Жертвой. И ее дети, и их дети, все они приходили в этот мир и становились слугами. Жизнь без любви, семьи и всего, о чем я когда-то мечтала для нас.
Джуд почувствовал, как в горле закололи слезы. Всю его жизнь ему говорили, что суть Хранителя Слова рождена из долга, одиночества и служения. Но на самом деле суть его предка – суть первого Хранителя была связана с любовью.
Ее тяжелый взгляд остановился на лице Джуда.
– А теперь ты. Последний из рода Везерборнов. Последний живущий потомок моей Темары. Зная, кем она была, что она для меня значила, что с нами сделали… Понимаешь, почему я позволила Антону отправиться на поиски, хотя знала, что скорее всего они завершатся неудачей? Понимаешь, почему я позволила ему надеяться? Ради вас обоих.
Джуд закрыл глаза и вытер щеки.
– Спасибо, что сказали мне.
– И даже сейчас, в конце, у меня не получается не надеяться, – сказала она, наклонившись вперед и взяв Джуда за руку. – Ты обладаешь ее силой. Я поняла это, лишь только увидела тебя в Эндаррионе.
Джуд сжал ее холодную руку, заставляя себя сделать немыслимое. Сделать выбор, хотя он все бы отдал, лишь бы его не делать.
– План Антона не сработает, – сказал он, встретившись с ней взглядом. – Я знаю это. И вы это знаете. Но я не могу ждать, пока он это примет. Бог на воле, и он собирается разрушить мир, если я что-то не предприму. Если мы что-то не предпримем.
Он не отрывал от нее взгляда, чтобы она поняла, кого он имеет в виду под «мы».
Она посмотрела на него с предупреждением.
– Только пророк может освободить священное слово, – медленно произнес он. – Вы пророк.
Он видел, что она поняла.
– Ты хочешь, чтобы я предала его. Соврала ему.
– Вы уже и раньше врали ему, – ответил Джуд, отказываясь отворачиваться от обвинения в ее глазах. – Вы многое скрывали от него.
Джуд понимал, что, следуя такому плану, сделает практически то же самое, что сделал по отношению к нему Антон. Будет хранить этот секрет, чтобы защитить другого.
Но это не то же самое.
– Мы отправимся в Паллас Атос, как и сказали, – произнес Джуд. – Найдем Реликвии. И когда встретимся с богом, вместо того чтобы связать его, убьем. Вы освободите священное слово внутри меня и убьете им бога.
Она долгое время молчала, но Джуд видел решимость в ее глазах.
– Он не простит меня за это. Никого из нас. Это его уничтожит.
– Знаю, – сказал Джуд. Он не мог думать о том, что это сотворит с Антоном. Джуд поклялся защищать его и теперь наконец нарушит эту клятву. – Знаю, что прошу слишком многого.
Странница безжизненно рассмеялась:
– Ты просишь от меня слишком многого? Ты отдаешь свою жизнь, Джуд. Ты проклят этим выбором, потому что я посмела бросить вызов Палласу и богу. Другие пророки, они могли найти другой способ сохранить священное слово, но решили сделать тебя его Хранителем, потому что хотели наказать меня. Возможно, даже правильно, что я должна это сделать. Возможно, они всегда хотели меня так наказать.