Золотой идол (СИ)

 ***
 Джаред свое кольцо не носил – конспирация, мать ее, в отличие от Дженсена, у которого его нефритовое так и не снималось. Дискомфорта оно никакого не причиняло, так что Дженсен не переживал. До свадьбы оставалось не так уж много времени, а подготовки еще ого-го, опять же, не куплены кольца и костюмы, приглашения не подписаны. И при этом так все нужно провернуть, чтоб не попасться на глаза бдительным газетчикам или знакомым. Ведь что могут подумать, если их заметят в ювелирном за выбором обручальных колец? Только одно! Но никак нельзя засветиться раньше времени.
 Джаред же каждый день, прогулявшись после завтрака, приступал к игре «Соблазни Дженсена, не дай ему поработать!». В этот день, поиграв с полюбившимися собаками и нагло ополоснув лицо и руки в фонтанчике посередине двора, он направился на кухню. Он обожал там бывать - мало того, что всегда чем-то накормят, так там еще было очень интересно. Кухня, а скорее, производственный цех, была огромна и занимала несколько помещений: кондитерское, где пекли хлеб, всякие вкусняшки и делали заготовки из фруктов, росших в саду за замком; мясное – тут жарили колбасы, запекали всевозможные виды мяса, солили бекон; молочное – там варили сыры, сбивали масло и делали остальные такие же интересные вещи; и собственно кухня, в которой готовили блюда для них с Дженсеном и для всех остальных обитателей поместья.
 В этот раз он задержался в кондитерском, там пекли крошечные пирожки с вишней, и Джаред должен был обязательно снять пробу. Прихватив пару штучек с собой и сжевав их по дороге, Джаред по сложившейся уже традиции вломился в кабинет к Дженсену, картинно застыв в дверях, опираясь одной рукой о притолоку проема, выгодно освещенный солнечным светом, льющимся в окна небольшого холла напротив кабинета.
 Дженсен, замерший на полуслове, прекрасно понимал, что бесстыдно изогнувшийся в дверях Джаред нагло его соблазняет, но ничего не имел против. Наоборот, он жадно рассматривал шикарное тело в белой майке, открывающей широкие плечи и накачанные руки и плотно обтягивающей мускулистую грудь и тонкую талию. Низко сидящие на бедрах джинсы только добавляли соблазна.
 - Дженсен, - зачастил Джаред, делающий вид, что не заметил горячего взгляда Дженсена, - представляешь, в птичнике вылупились цыплята, такие крошечные, пушистые комочки. Ты обязательно должен сходить со мной посмотреть.
 - Сэр, - обратился к нему Генри, просочившийся в кабинет и держащий в руках расправленную белую рубашку, - вы опять забыли надеть рубашку.
 Джаред скользнул по нему взглядом и закатил глаза:
 - Я одет.
 - Сэр, - воззвал Генри к Дженсену, - скажите хоть вы сэру Джареду, что непозволительно ходить раздетым.
 Дженсен, с трудом сдерживая ухмылку, подтвердил:
 - Он одет.
 - Мыслимое ли дело, сэр?! Если это «одет», то что ж тогда раздет?!
 - Генри, тебе на пляж нужно сходить, - посоветовал Джаред.
 - А вам, сэр, вообще нужно обновить гардероб, - заявил Генри. – В чем вы в свет планируете выходить? В этих обносках?
 - Эй! – возмутился Джаред. – Это брендовые шмотки.
 Генри гордо задрал нос и величественно вышел, но тут же из коридора донесся его взвизг и дробный топот – это Мика, охотящаяся исключительно на ноги камердинера, подкараулила его за дверью и напрыгнула, вцепляясь одновременно зубами и когтями.
 
 Джаред, опустивший руку при появлении Генри, стоял теперь, опершись спиной о стену и вытянув вперед длинные ноги, – демонстрируя себя во всей красе. Он выглядел совершенно как долбанное божество, сошедшее на землю, чтобы возбуждать его, Дженсена.
 Дженсен встал и стремительно подошел к нему, становясь между расставленных ног и прижимаясь всем телом.
 - Прости, Дженсен, я отвлек тебя, - «повинился» Джаред, млея от поцелуев, которыми Дженсен покрывал его шею.
 - Пошли, - Дженсен схватил его за руку и потянул из кабинета, как и обычно, в общем-то.
 - Ты так хочешь посмотреть на цыплят? – «изумился» Джаред.
 - Боже, за что мне это наказание?! – возвел глаза вверх смеющийся Дженсен, затаскивая его в спальню и толкая к кровати.
 Джаред упал на спину и, улыбаясь, смотрел, как Дженсен стаскивает с него узкие джинсы. Вообще Джаред всегда предпочитал свободные шмотки, но заметив, как на Дженсена действует его тело, не мог удержаться, чтобы не подчеркнуть его.
 - Какой ты красивый, - Дженсен пялился на головку, которая бодро высунулась из трусов. Он потянул их вниз и поцеловал след от резинки, вызвав у Джареда громкий вздох и судорожное поджатие живота.
 Дженсен задрал вверх майку Джареда, обнажая живот и грудь, все в рельефных мышцах. Он принялся вылизывать живот, старательно обходя член, пока Джаред не заныл:
 - Ну Дженсен, ну…
 Дженсен поднял голову и полез вверх, окончательно снимая с него майку, одной рукой так и придерживая руки за головой. Он уткнулся носом Джареду в подмышку, жадно вдыхая его запах, пробуя языком. Джаред дернулся и хихикнул, но не стал отодвигаться, наоборот – расслабился. Дженсен с энтузиазмом принялся вылизывать подмышку, чувствуя, как Джаред вздрагивает при каждом движении языка.
 - Боже, Дженсен, что ты творишь?..
 Дженсен поднял на него осоловевшие от страсти глаза – Джаред весь покрылся потом и дышал так, словно пробежал марафон, под членом на животе натекла крошечная лужица смазки. Дженсен переместился вниз и, приподняв член, начал слизывать ее.
 - Дженсен!
 - Перевернись, - хрипло скомандовал Дженсен.
 Джаред мгновение смотрел на него, не понимая, потом спросил:
 - Ты дверь закрыл на замок? Не хочется, чтоб сейчас вломился Генри со своим очередным дурацким предложением.
 Дженсен встал, попутно раздеваясь, проверил дверь, Джаред в это время сбросил покрывало с одеялом и устроился на животе, оттопырив зад, на чистой, пахнущей свежестью простыне – постельное белье прислуга меняла каждое утро, пока они завтракали.
 
 В кармане сброшенных Дженсеном брюк звякнула пришедшая смска, через несколько секунд - следующая, но никто не обратил на это внимание.
 Обнаженный Дженсен устроился позади Джареда, огладил спину, бока, прошелся поцелуями по ложбинке позвоночника, полизал ямки над ягодицами, крепко сжал упругие полушария, вызывая у Джареда довольный стон, развел их пошире и провел языком по закрытому отверстию. Джаред завозился, выгнулся, выпячивая зад еще сильнее, у него внутри все сводило от этой мучительно-сладкой ласки.