Золотой идол (СИ)

 Дженсен вылизывал жадно и мокро, расправляя языком складочки, ввинчиваясь внутрь, засасывая анус губами, возбуждая Джареда еще сильнее, хотя куда уж больше – яйца, казалось, были готовы лопнуть. Он пытался тереться членом о простыню, но Дженсен не давал, вздергивал вверх, продолжая вылизывать, пока Джаред не начал скулить:
 - Дженсен, ну пожалуйста, ну Дженсен…
 И только тогда Дженсен, быстро натянув резинку, смазав любрикантом член и пальцы, принялся растягивать Джареда как положено, шуруя внутри, надавливая на простату, заставляя его вспыхивать и ахать. Когда у самого Дженсена уже пошли круги перед глазами от перевозбуждения, он вытащил пальцы и въехал внутрь по самые яйца, долбясь сразу сильно и быстро, чувствуя приближение оргазма.
 Джареду показалось, что кровь в жилах вспыхнула и закипела, так это было оглушительно, горячо и прекрасно. Он сам рассыпался искрами, сжимая Дженсена, утаскивая за собой, чувствуя, как тот впивается зубами ему в плечо, и от этого оргазм становился еще жарче, еще сильнее.
 Дженсен упал рядом, разворачивая Джареда, притискивая к себе, он обнимал его так крепко, словно тот мог улететь как воздушный шарик. Джаред, весь мокрый от пота, с влажными волосами, подрагивал сомкнутыми ресницами, дышал все еще тяжело, но был такой расслабленный, словно спал. Дженсен поцеловал розовые губы, кончик носа, прикусил легонько подбородок и прошептал:
 - Я люблю тебя. Боже, я так люблю тебя, так сильно.
 Ресницы дрогнули и приподнялись, открывая расфокусированные глаза, губы изогнулись в легкой улыбке, на щеках образовались ямочки, и Дженсен потянулся тут же, целуя каждую по очереди.
 - Я люблю тебя до одури, Дженсен, вот просто до одури. С ума по тебе схожу.
 - Хорошо, что мы поженимся, да?
 - Замечательно! Но, Дженсен, я же постоянно тебя отвлекаю от работы, почему у тебя нет секретаря или помощника?
 - На работе у меня целый отдел помощников, - ухмыльнулся Дженсен. – Ты хочешь, чтобы и дома возле меня терся какой-то молодой человек?
 - Что?! Кто это там возле тебя трется?! - Джаред даже сел от возмущения. - Придется наведаться к тебе на работу, посмотреть… А что, нельзя разве взять кого-нибудь лет пятидесяти или даже лучше – шестидесяти?
 Дженсен рассмеялся:
 - А ты сам не хочешь стать моим помощником?
 - Вот уж не знаю, что-то меня вся эта аналитика не очень привлекает, - он не стал ложиться снова, наоборот, встал: - Пойду быстро сполоснусь.
 - Давай я тебя вылижу.
 - Я бы с удовольствием, но боюсь, что сейчас Генри начнет ломиться в двери – скоро же обед.
 - Ладно, подожду до вечера… Не подашь мне мой сотовый?
 Джаред отыскал телефон и дал его Дженсену, наклоняясь и целуя его в губы, и только тогда развернулся и отправился в ванную.
 Сообщения пришли из банка - о зачислении средств на счет: первое – двенадцати миллионов, второе – двух семьсот. Дженсен оторопело смотрел на экран – он никак не ожидал таких сумм. Он знал, что негранёный алмаз можно купить даже за тысячу фунтов, хотя тут все зависит от чистоты и размеров, а их камешки были очень приличных размеров, а если они еще были и идеально чистые… Он покачал головой – Джаред теперь миллионер, у самого Дженсена таких денег нет на счетах, разве что добавить стоимость недвижимости.
 
 Когда Джаред вышел из ванной, Дженсен сунул ему в руки свой сотовый с открытым сообщением:
 - Завтра съездим в банк, откроешь счет, чтобы я мог перекинуть тебе твои деньги.
 Джаред неверяще смотрел на сумму:
 - Серьезно? Дженсен, это не шутка?
 Он упал спиной на постель, продолжая пялиться на экран и качая головой:
 - Не понимаю… Неужели они действительно столько стоят?
 - Скорее всего, даже больше. Ты ж не думаешь, что нам заплатили их реальную стоимость?
 - Боже, Дженс, я – миллионер? В голове не укладывается…
 - Да, - подтвердил, улыбаясь, Дженсен. – Не передумал на мне жениться?
 Джаред поднял глаза от экрана и несколько ошарашенно посмотрел на Дженсена:
 - Ты спятил? Или ты что, думал, что я женюсь на твоих деньгах? – рассвирепел вдруг он. – А теперь, когда у меня появились свои, ты мне уже не нужен? Хорошего же ты обо мне мнения!
 - Нет! Я о тебе очень хорошего мнения! Просто… - в глазах Дженсена появилась неуверенность, - ты такой красивый, а теперь еще и богатый.
 - И что? – не понял Джаред.
 - Ну… - Дженсен отвел глаза.
 - Дженсен, - Джаред взял его за руку, - что за сомнения?
 Дженсен посмотрел ему в глаза, его голос задрожал от сдерживаемых эмоций:
 - Я так люблю тебя, Джаред, что если ты уйдешь, я не смогу жить.
 - Куда уйду? От тебя, что ли?
 Дженсен молчал, только смотрел.
 - Господи, Дженсен, ты что, занимался с утра боксом и тебе прилетело по башке?! Что ты говоришь вообще?! Я старательно не комплексую и гоню от себя мысли, что тебе не пара, что я из другого слоя общества, что твои друзья и родственники могут меня не принять, и решил, что несмотря ни на что, ни за что с тобой не расстанусь! И это не считая того, что Генри мне без конца подсовывает разные журналы с топом богатых холостяков, где ты уже пять лет лидируешь как самый красивый холостяк во всей Великобритании! А ты?..
 Дженсен улыбался все шире по мере пламенной речи Джареда и, наконец не выдержав, притянул его к себе, затыкая поцелуем.
 - Значит, вместе навсегда?
 - Навсегда, Дженсен, - мягко улыбаясь, подтвердил Джаред.
Примечание к части *ресторан «Galvin at Windows» http://firepic.org/images/2015-03/24/2b6szmdfv81d.jpg
 *Мой дом — моя крепость
 Выражение принадлежит английскому юристу XVII в. Эдуарду Коку в комментариях к британскому законодательству, которые были опубликованы (1628—1644) под названием «Установления английского права». Смысл: мой дом — это то место на земле, где я могу и должен чувствовать себя в полной безопасности.
 
 Глава 15 
 Они ездили в Лондон на примерку костюмов и в банк. Джаред открыл счет, куда Дженсен перевел его деньги, заодно перекинув по сто пятьдесят тысяч семьям погибших и по пятьдесят - остальным участникам экспедиции в Амазонию. Список со счетами он взял у мистера Роли.