Студентка с приданным

Взял меня, обалдевшую, за руку, и подвел к столику, от которого глаз не могла отвести. Там были разложены угощения: пирожные, фрукты, стояли напитки и бокалы с высокими ножками. Вокруг столика горели свечи, погружая зал в остановку сказочного волшебства.
— Да я бы и так приходила, — когда волнуюсь, несу что попало.
— А я бы тебе еще чаще от феи привет передавал.
И добил меня красной розой.
Сердечко мое затрепыхалось, в жар бросило. Ради меня никто еще не делал романтику из парней, и такие столики только по телику видела. Он ведь знает уже все обо мне, и сундук с цветочной феей не при чем. Держит за руку, а у меня мурашки приятными иголочками до самой глубины касаются и мне совсем не хочется сбегать из такого собрания. Ох, как бы еще первой не напасть на своего сообщника.
— Вот видишь, со мной можно приятно время проводить, — помог мне сесть на подушки-сиденья, которые нам служили стульями здесь.
— Разве бывают такие собрания?
— У простых сообщников, вряд ли. Например, для Зака я бы ограничился бутылкой.
— А мы какие?
— Мы особенные, Амелия, — подмигнул и налил в бокал вина.
Ничего себе. Чем же?
Я совсем не разбиралась в видах сообщников.
— Тем, что мы временная парочка? — это тоже вспомнилось, еще какая особенность.
— Близко, но не этим, — Плат поднял свой бокал, и я как зачарованная последовала примеру.
Пригубила и он продолжил:
— Амелия, ты нравишься мне. И я больше для тебя не временный парень. Я начинаю встречаться с тобой по-настоящему.
Кхе-кхе. Вином подавилась.
— То есть, даже не спрашиваешь? Вдруг я буду против?
— Если скажешь, что я тебе вообще не нравлюсь и не тянет ко мне, и не нужен тебе, то отстану. Можем остаться просто сообщниками, — впился глубоким взглядом и даже не моргал.
На таком собрании и чокнуться можно.
— Плааат… ты же сам знаешь ответ, — признаваться нелегко, но я пыталась: — Просто мне страшно, понимаешь? Расследование пройдет, а потом? Как я буду потом без тебя?
Рука дрогнула, и я отставила бокал.
— Знаешь, а ведь я до встречи с тобой тоже боялся связываться с отношениями, — начал открываться неожиданно, я-то очередной прикол ждала. — Зарекся на ближайшее и далекое будущее, когда увидел измену. Я тоже рискую, Амелия, не только ты. Но ты стала особенной для меня и я решился попробовать.
В этот момент только задумалась, что оказывается и у парней не все так просто. Мне казалось, что мы, девочки, сомневаемся, волнуемся, кому себя красавицу доверить. Парни тоже переживают и у них тоже болит.
— Как тогда назвать, если ты мне нравишься, Плат, но иногда прибить хочу?
Правда, доводит частенько.
— Можешь назвать… своим парнем. Не могу пообещать, что перестану нападать и дразнить, но зато точно не претендую на сундук. Мне нужна ты, Амелия, без всякого приданого.
В первый раз обещание Плата «нападать», не колебалось во мне. Скорей бы уже поцеловал! Наконец-то получилось признать, как я этого тоже хочу.
— Мой парень будет сразу важные разговоры вести на собрании или можно вкусняшек сначала поесть?
Так я и ответила, боясь загадывать вперед.
Прыгнула в омут его карих очей. Сейчас знала только одно — я бы пожалела, если б отказалась. И пришлось бы врать, что он не нравится, к нему не тянет и что не нужен. О таком, как Плат, я только мечтать могла. Лишь бы красавчик не разбил мне сердце обманом…
Плат особо и не собирался проводить собрание, как стало вскоре понятно. Мы лакомились сладостями при свечах, звенели бокалами и, это был бы не Плат, если б не напал с поцелуем. Да-да, признаю, я ведь сама ему губы подставила.
Провожание до этажа сестры и спасение меня от несуществующих крыс никуда не делось. Вместе медленно спускались и болтали. Кажется, за один вечер я узнала о нем больше, чем за все время знакомства. Мне нравился еще больше такой Плат, а возможно и больше чем нравился…
    
Глава 25
 
Амелия
По телефону мама засыпала меня вопросами, беспокоясь, как я здесь живу в чужой семье. Только уже не требовалось обманывать как раньше, лишь недоговаривать слегка.
— Да, мам, мой парень присматривает за мной на учебе и дома.
— А я сразу поняла, что Платон хороший мальчик, — маме только дай нахваливать этот ураган, стремительно ворвавшийся в мое закрытое от всех сердечко.
— Как ты себя чувствуешь? Не подвергаешься риску?
Я тоже переживала, чтобы преступник не добрался до мамы.
— Очень осторожно себя веду. Даже не вижусь ни с кем, — успокаивает меня, затем снова вопросы ко мне: — Ами, ты ведь слушаешь отца Плата? Михаил Юрьевич говорил, что не разрешает без его ведома гулять. Скоро найдут вора, но надо пока переждать.
— Да-да, конечно, я слушаюсь. Плат тоже со мной, нам и дома с ним весело. Потом познакомлю тебя с его братьями и сестрой. С ними и на безлюдном острове скучать не придется.
Мама под конец разговора полностью успокаивается, передает привет моему парню. Напоминает, что нам повезло с тем, как он со своей семьей помогает. Соглашаюсь, прощаюсь и убираю телефон.
Ну вот, с парнем не обманула. Самой еще не верится, что есть он, и теперь я думаю о Плате, как о своем. Раньше тоже не получалось думать, как о чужом. По всякому могла обзывать, но он же налетел своей вороньей хваткой, куда мне было прятаться, когда саму к нему манило.
И все-таки слукавить маме пришлось… Я ведь не только девушка, но и сообщница. Хоть некоторые и забывают об этом.
Заметила в окно, как Плат с братьями входит в дом. Арина на тренировке. Никто не заметит мой хитренький маневр.
— Плат, надо поговорить.
— Ты? — он дергается, врезаясь в стену.
Я просто выглянула из-за угла и потянула его сзади за джемпер.
— Кого-то еще ждал? — приложила пальцы ко лбу пострадавшего, кажется, шишка намечается. Ну хоть разок и я напала, а не только он.
— Больше чем тебя, никого, — и сгреб меня тут же в объятия. — Неужели настолько скучала? Мы на час только с братьями уезжали в спортзал.
— Представь себе!
Не вру совсем, когда его нет рядом — в мыслях остается.
Плат склоняет голову и легонько прикасается губами в поцелуе, напрочь выметая, что хотела, зачем к нему спешила, опаляя и заставляя дрожать, когда наш поцелуй становится глубже и резче.
— Ё-мое! Они уже здесь!
— Хоть флажок выставляйте, чтобы мы знали: туда сворачивать нельзя. Там парочка себе место наметила.