Студентка с приданным

Гордей и Евсей нас засекли, как обычно, шумно и со смехом.
Я спрятала горящее лицо на плече Плата, а он, в своей манере, пригрозил засранцам.
— Нам нужно обсудить план расследования, пока отец с работы не вернулся. Ами, я скоро приду к тебе, — пообещал мне и чмокнул в макушку.
Ах вот зачем я на него напала!
Сразу все и вспомнила.
— Я для тебя больше не сообщница? Да? — все возмущение вложила в свой вопрос.
— Конечно, сообщница. Я же не увольнял тебя.
Показала боссу кулак.
— Шутка. У меня девочка с сообщницей в одном лице. Самом красивом для меня, которое хочется цело…
— Плат, потом.
Накрыла ему рот ладонью, иначе бы снова напал, а я бы все забыла и простила.
— Ладно, говори. Что не так? — включил делового, распрямляя плечи.
— Говорила тебе уже десять раз, — а может и больше. — Сейчас сильно прошу. Если я сообщница и ты мне доверяешь, тогда бери везде с собой. Я тоже хочу на расследование.
— Амелия, повторяю, рисковать тобой не хочу.
— Хорошо. Значит, и я тобой не хочу. Только что-то узнаю, сообщу не тебе, а Михаилу Юрьевичу. Твой отец мне сам сказал так делать.
— Не стыдно из меня веревки вить? — насупился, изображая грозность.
— Хмм… — я задумалась. — Не-а, даже приятно.
— Возьму тебя на наше общее собрание. Но не надейся, что куда-то на слежку.
Ага, не надейся. Он расследует дело среди близких для меня людей. И каково мне ногти грызть, увидит там чего-то сыщит, не увидит, поймает или упустит нужный след.
С Гордеем и Евсеем собрание получилось через шуточки. Но все же определились с последовательностью в розыске.
Покоя им не давал историк, мне тоже, ух как не давал. Я сегодня еще ответить ничего не успела, а он уже мне высший балл влепил в зачетку. Уля не поняла, чего я не радуюсь. Сама себя не поняла. Насторожилась и приняла за ооочень подозрительный знак.
Плат перевел это так — если историк вор, то ему стыдно и загладил вину.
Зачем мне такой ценой его балл? Лучше бы неуд поставил.
Проверили моего дядю и нашли на нем кредиты. Гордей много намеков кидал, что Леша может быть совсем непрост. Реставратор имел доступ до крышки сундука, мало что там впаял. В эту версию верить совсем не хотелось, но я понимала, что необходимо.
И по части сведений из музея они параллельно проверяли сотрудников. Плат выписал каждого на лист и выискивал на них информацию.
— Сегодня я прослежу за историком, — под конец собрания заявил мой главный сообщник, делясь своими наблюдениями: — С универа до его дома ходил за ним. Ничего интересного. В его квартире Евсей побывал тоже почти ничего.
— Что значит почти? — переспросила я.
— Мы узнали, где он сегодня будет вечером, — объяснил брат-весельчак.
— Вот и проверю, с кем он время проводит и в чем еще замешан, — прищурившись, протянул Плат.
— Не проверю, а проверим, — с самой милой улыбкой к нему повернулась.
Братья засмеялись, старший и деловой застонал мучительно.
— Да ладно тебе, Ами не будет мешать, — Гордей меня поддержал.
— Это еще кто из них, кому помешает, надо разобраться, — потыкал на брата Евсей.
— Уговорили, — сдался Плат. — Тем более слежка будет короткой, вряд ли он не домой пойдет. Евсей пока камеры установит в квартире историка, а Гордей для подкрепления неподалеку пусть ждет.
Еще ничего не нашли, никуда не отправились, а я после собрания вышла довольная. Побаивалась немножко, представляя историка злостным бандитом. А вдруг он мафиози? Днем приличный препод, ночью грабит все подряд. Но я же с Платом, с ним мне меньше страшно.
Поздно вечером сообщила Арине о новом приглашении своего парня. Опять все повторилось. Футболка только на этот раз с Микки Маусом, тоже нарядная у нее. Тихонько прошмыгнула на самый верхний этаж. Плат надел на меня кепку, заставляя спрятать волосы. Накинул свой свитшот, чтобы не мерзла и для маскировки, с его слов. И так я, в стиле оверсайз, приготовилась к новым приключениям, какие могут быть у меня только с ним, с моим неугомонным сыщиком.
Дом мы покидали через выход с этажа Плата сразу на улицу, там пригнулись и тихонько выскочили за ворота. Машину брать не могли, слишком заметно и громко получится. В конце улицы прыгнули в такси и помчались, куда я не знала, но верила, что точно близко к сундуку.
— И где нам здесь его искать?
После такси мы стояли в тени деревьев, и я вертела головой от проезжей части до аллеи. Несмотря на поздний вечер, народ в центре города не разбежался, мимо нас туда-сюда гуляли парочки и компании. Ничего напоминающего историка или сундук не встречалось.
— Нам не надо его искать, он сам скоро выйдет.
Проследила за взглядом Плата и устремила глаза на… театр.
— Да, он выйдет оттуда. Моя слежка засекла, что покупал билеты. Вот я и думаю, а вдруг просто алиби? Сделать вид, что сходил. Дома его нет. Значит, явно что-то замышляет.
— Если историк окажется вором, тогда бюст не отдадим, — заранее разозлилась на препода.
— И правильно, в тюрьме пусть слепит новый, — поддержал меня сообщник и напомнил, что он и парень мой, нежно целуя в висок.
Прислонилась к нему спиной, Плат обнял меня спереди и так мы романтично следили. Зрители из театра начали выходить, мы присматривались и обсуждали, вдруг историк кого-то из них прислал вместо себя. Толпа тянулась и тянулась на аллею, как вдруг я выхватила знакомый силуэт.
— Историк! Он все-таки не скрылся, — засек Плат.
— Мама! Она-то что тут делает? — я заметила только родительницу.
Толпа растеклась в разные стороны, а мы продвинулись дальше.
— Обалдеть! Почему мама историка взяла за руку?
— Ёпрст. Он ее обнял! Во дает мужик.
Наш шок был сравним почти с находкой сундука. Для меня может и больше.
Получалось так, что наш главный подозреваемый вместо того, чтобы красть, как ему полагается, отправился с моей мамой на свидание. Это той, которая даже никуда не ходит, заверяла меня так по телефону.
Мама надела туфли на каблуке, свое новое пальто и сделала красивую прическу.
— Может и ничего не значит, просто знакомы по музею, — маму решила оправдать, — Случайно в театре встретились и вооот…
— Вообще ничего, угу.
Мы, не сговариваясь, прикрыли глаза. Не выдержала наша психика страстного поцелуя парочки. Они же… они… прям как мы целовались прямо на улице. Уму непостижимо!
— Глянь, уже закончили? — я попросила сообщника.