Тени теней

– Говори, где Чарли!
Кончик ножа внезапно вонзился глубже, и я зажмурился, когда мужчина повернул руку, ввинчивая клинок мне в скуловую кость. Боль не была такой уж ужасной – пока еще нет, но поблескивающий металл полностью перекрыл обзор перед моим правым глазом, а ожидание дальнейшего было еще хуже.
«Нужно прогнать ему какую-нибудь правдоподобную историю».
– Хейг, – произнес я.
Это имя появилось буквально ниоткуда, возникнув у меня в голове столь же внезапно и неистово, как тот фургон, что забрал жизнь Хейга.
Так, начало есть.
Теперь надо всего лишь придумать продолжение.
Тем не менее клинок прекратил крутиться – мужчина обдумывал мой ответ. Ему понадобилась пара секунд, чтобы припомнить названное мной имя, но я сразу понял, что оно ему хорошо знакомо. Он, должно быть, читал те же самые интернет-форумы, что и я.
Через секунду нож отодвинулся от моего лица.
– Парень, который погиб в ДТП, – произнес он.
– Нет, – сказал я. – Не он. Его старший брат. Роб Хейг – вот как его звали.
Я и понятия не имел, так ли это.
– И что он?
– Он сидел в тюрьме, но в тот год вышел. До него дошли слухи про то, что Чарли тогда сказал на поле для регби. Некоторые считали, что Чарли действительно подстроил это происшествие, в том числе и Роб Хейг. Он обвинял Чарли в том, что тот убил его брата.
Это была полнейшая туфта, конечно же, но теперь, начав все это излагать, я осознал, что буквально вижу, как вся эта история разворачивается у меня в голове – так, как это иногда случалось, когда я подростком садился за письменный стол и обдумывал сюжеты своих рассказов.
Роб Хейг и его дружки раскатывали по окрестностям на машине. Искали подходящий случай поквитаться с Чарли и вдруг случайно наткнулись на него, когда тот брел совсем один где-то неподалеку от Гриттен-Вуда – после того, как проснулся и бросил Билли среди деревьев.
Они затащили его в машину.
Избиение вышло из-под контроля.
– Их было трое, – сказал я. – Как звали других, не помню. Когда они поняли, что Чарли мертв, то запаниковали. Завернули его труп в ковер, засунули в багажник, какое-то время держали там. Потом избавились от него где-то в лесу, а машину сожгли.
– Где конкретно в лесу?
– Там есть старый колодец.
– Все колодцы были осмотрены.
– Осмотрены еще до этого. Так что это было идеальное место, чтобы спрятать тело.
Я затаил дыхание, пока мой мучитель размышлял над этими словами. Если он достаточно поверит в мою историю, это позволит мне выиграть время. Я и понятия не имел, как этим временем распорядиться, но точно знал одно: я не хочу, чтобы он опять начал пытать меня. И понимал, что моя дальнейшая судьба зависит только от меня самого.
Через какое-то время он опять поднес ко мне нож.
– Откуда ты про все это знаешь?
– Хейг мне сам показал.
– С какой это стати ему было это делать?
Хороший вопрос.
– Это произошло пару месяцев спустя, – сказал я. – Он знал, что я просто ненавидел Чарли, и подумал, что, может, мне будет интересно узнать, что тот наконец получил по заслугам. Наверное, решил, что мне можно доверять – что я никому ничего не скажу. И не ошибся.
Мужчина посмотрел на меня.
Окончательно он мне вроде не поверил. Но почти.
– Хейг кое-что дал мне, – добавил я.
Я мотнул головой на дневник сновидений Чарли, который выронил у двери, получив удар. Мужчина некоторое время смотрел на него, а потом протянул руку и подобрал его, перевернул несколько страниц. Кем бы этот тип ни был, он явно хорошо изучил то старое дело, чтобы понять, что именно перед собой видит.
– И я рад, – сказал я. – Я просто охрененно рад, что он мне тогда все рассказал!
Пусть даже все остальное я полностью выдумал, яд в моем голосе в тот момент отнюдь не был притворством. Если б так все и было – если бы брат Хейга действительно тогда явился ко мне, – я пошел бы с ним в лес, ни секунды не задумываясь. И когда мужчина посмотрел на меня, то, видно, убедился, что я говорю правду.
Через несколько секунд он забросил дневник в гостиную и приказал:
– Отведешь меня туда.
 
40
Я остановился на заднем крыльце, перед густо-синим морем убегающей к лесу высокой перепутанной травы. Угольно-черные деревья за дальним концом сада могли с равным успехом обозначать границу вселенной. Мужчина у меня за спиной включил фонарик. Его луч превратил растительность у земли в бесцветный колючий ковер из света и тени.
– Пойдем этой дорогой?
– Так меньше вероятность, что нас увидят.
– Это далеко?
Я задумался.
– Неблизко. С милю или около того.
– Лучше бы тебе мне не врать. – Он уткнул нож мне в крестец. – Сам знаешь, что тогда будет.
– Я не вру.
Я вдохнул ночной воздух, теперь уже прохладный, ощущая какое-то странное спокойствие – тем более когда совершенно не представлял, что меня ждет в ближайшие минуты. Судя по всему, этот человек собирался убить меня, и на самом-то деле сейчас я лишь оттягивал неизбежное. Но все, что меня окружало, словно балансировало на какой-то невидимой грани, а тишина казалась совершенно нереальной. Словно мы с этим человеком вдруг шагнули за пределы времени – туда, где прошлое и настоящее плотно сплелись воедино так, как этого никогда не бывает в нормальном мире.
Туда, где может произойти что угодно.
Я поднял скованные наручниками руки, зажал нос и попытался вдохнуть.
– Ты чего? – подозрительно спросил он.
Я опустил руки.
– Ничего. Пошли.
А потом двинулся через сад, едва сознавая, что он идет за мной, если не считать подергивающегося пятна света впереди. Добравшись до границы участка, я сдернул со столбиков ограды старую стальную сетку и притоптал ее ногами. Мужчина посветил фонариком в лес, открыв узкий проход, настолько заросший по бокам и сверху, что тот больше походил на тоннель, чем на тропу.
Я обернулся. Своего спутника против ослепительно-яркого света разглядеть не сумел, но у меня создалось впечатление, что ему так же не по себе, как и мне – или как бы полагалось мне сейчас себя чувствовать. А потом я отвернулся от него, перешагнул через остатки изгороди и стал проталкиваться сквозь ветки и листву, сразу же успев расцарапать руки.
В последний раз в своей жизни направляясь в Сумраки.
* * *
Оказалось достаточно легко найти одну из немногих колдобистых тропинок, змеящихся между деревьями. Как только мне это удалось, я некоторое время вел мужчину по ней.