Право на жизнь
— Солнце? — позвал северный лорд.
Я недоуменно подняла голову… и его губы накрыли мои. От неожиданности я дернулась, тщась отодвинуться, но мнимое сопротивление только раззадорило мужчину. Хаос, я и не догадывалась, что манерный аристократ может целоваться с таким пылом и жадностью! Неужели мой благожелательный настрой он воспринял как призыв к действию?!
— Я люблю тебя, Солнце. Ты самое дорогое, что у меня есть.
Ошеломленная напором, я едва успела перевести дыхание после поцелуев, как оказалась лежащей на лопатках, а рука жениха с неожиданной смелостью потянулась к шнуровке у горловины.
Хаос, что он хочет?! Точнее, желания мужчины были кристально ясны. Но уступить ему здесь? Сейчас? Волна паники захлестнула с головой, мгновенно отрезвила, выветрила остатки винных паров.
— Исхард, не надо!
— Почему нет, Солнце?
Что мне ответить? Он прав и в своем праве, конечно. Снявши голову, по волосам не плачут! Когда решилась на помолвку, я предполагала, что это рано или поздно произойдет, отсрочка и без того вышла долгой. Разве близость с красивым и нежным мужчиной такая страшная кара? Просто расслабься и получай удовольствие, Ланка, как ты собиралась десять минут назад.
Пальцы эссы все никак не могли распутать шнуровку.
«Кагерос зарычал, без труда смял мое сопротивление, швырнул на кровать, навалился сверху.
— Горячая девочка! Люблю таких!..»
Неожиданные воспоминания о яростном напоре Альтэссы ветров заставили сжаться, попытаться закрыться. Исхард, ощутив отторжение, ненадолго отпустил шнуровку, провел, успокаивая, ладонью по макушке.
— Тише-тише, не бойся. Все в порядке.
Все правильно. Помни, Ланка, ты обещала заплатить любую назначенную судьбой цену. Тело — это просто тело, бренная оболочка, которую после смерти, как оковы, сбросит расправившая крылья душа. Так почему бы не подарить его Исхарду. Пускай хоть кто-то радуется жизни, пока есть возможность, коли ты разучилась.
Увещевания не помогли. Тела тоже было жалко.
— Исхард! Я… я не готова!
Шнуровка лопнула. Я одной рукой вцепилась в сползающую рубаху, второй тщетно отталкивала настойчивого любовника. Лорд перехватил за запястье, поцеловал в ладонь, бережно, но решительно отвел в сторону. Уткнулся губами в ключицу, нацелился ниже.
— Пожалуйста, прекрати. Мне не нравится!
Очень не нравится происходящее.
Жених продолжал неспешно разрушать воздвигнутые мной бастионы на пути к вполне определенной цели. Всегда внимательный и предупредительный, он будто не слышал меня.
Не слышал?
Страх и растерянность отступили. Я поняла, что надо делать.
— Прости.
Кто еще, скажите, в первую брачную… точнее, добрачную ночь бьет своего мужчину сонным заклинанием?! Ничего, прорвемся! В крайнем случае, извинюсь, скажу, перетрусила. Удивительно, как вообще сработало! У Исхарда большой боевой опыт, он отлично разбирается в плетениях и в обычной ситуации легко отразил бы мои чары. Что еще раз доказывает простую истину: наиболее уязвимы мы перед теми, кого любим.
Я с трудом столкнула придавившего меня жениха, опасливо уползла за спинку дивана, оставляя его препятствием между нами: вдруг эсса очнется и снова набросится? Несколько минут прошли в напряженном ожидании.
— Солнце… — пробормотал во сне Исхард, устраиваясь удобнее на ковре.
Северный эсса, утративший весь лоск и манерность, казался в эти минуты покоя трогательно беззащитным. Поколебавшись, я рискнула ненадолго выпустить мужчину из поля зрения и сходила в спальню. Вернулась с пледом, бережно укрыла друга: на диван мне его обратно не затащить, но хоть так. Исхард улыбнулся, в полудреме попробовал поймать мою руку.
Отошла, присела на край кресла, рассеянно отщипывая кусочки от хлеба и стараясь разобраться, что произошло пять минут назад. Странный шум в голове смешал нахлынувшие от воспоминаний реальные чувства с искусственной симпатией — есть с чем сравнивать после экспериментов с аурой. Исхард же вообще вел себя как одержимый, точно попал под действие заклятия или зелья… зелья?!
Недопитая бутылка вина ждала на столе. В темной глубине кровавым глазом отражался огонек светильника. Гостинец леди Аары? Афродизиак, что действует на драконов? Да нет! Бессмыслица же! Вино предназначалось в подарок эссе Алойли, а в мои руки попало случайно, по стечению обстоятельств, как и то, что мы его выпили. Не будет же уважаемый лорд развлекаться приворотными зельями.
Или будет?
«На вашем месте я бы подумал перед тем, как доверять окружающим вас драконам».
И почему я вечно пропускаю мимо ушей дружеские предостережения? Хотя с чего командору теней благоволить ко мне, тоже непонятно. Но с этим я разберусь позже. А сейчас, похоже, матушка Исхарда задолжала мне парочку объяснений.
***
Мое появление застало Аару за приготовлениями ко сну. Женщина в просторной кружевной сорочке и чепчике выглядела донельзя глупо и безобидно. Как всегда.
— Ланочка, дорогая, что-то случилось? Право же, я счастлива видеть тебя в любое время дня и ночи, но лучше, конечно, дня.
— Зачем вы это сделали?!
Леди Иньлэрт, стыдливо натягивая одеяло на пышную грудь, хлопнула глазами, походя на восточного болванчика.
— Милая, я не понимаю…
— Зачем вы это сделали?! — повторила я вопрос. Со стуком опустила улику на прикроватную тумбочку. — Думаете, я не способна узнать действие зелья страсти?!
Аара в задумчивости пожевала нижнюю губу. Предположила:
— Может, Нихамада что-то незаметно подмешала?
— Бутылка была опечатана, и вручили ее мне вы.
— В Криоле виноделы напутали с рецептом? — предприняла леди Иньлэрт еще одну нелепую попытку оправдаться.
Под моим хмурым взглядом сияющая улыбка медленно угасла.
— Надо же, как глупо получилось, — пробормотала Аара под нос.
Поняв, что без объяснений не обойтись, дракониха неохотно выползла из постели, набросила халат. Махнула рукой на сервированный столик со сладостями: похоже, женщина любила ночные перекусы.
— Чаю? Что может быть приятнее неторопливой беседы за кружечкой ароматного чая? Ты со мной не согласна, деточка?
Я благоразумно покачала головой: кто знает, какой отравы она туда намешала? Вспомнить хотя бы неожиданную болтливость Кины после чашки горячего шоколада — небось тоже не обошлось без зелий.
— Правильно, блюди фигурку, — Аара закинула в рот ломтик засахаренного яблока, с удовольствием причмокнула губами. — Исечка, он стройненьких любит. Хотя небольшая полнота женщин только красит.
Она выразительно очертила руками два полукруга.