Ракетный корабль «Галилей». Космический кадет
После пробного полета Каргрейвз посадил ракету так, что она оказалась нацеленной на запад, и теперь ее не нужно было разворачивать.
Бьюкэнен осмотрел стартовую площадку и спросил, куда ударит реактивная струя. Каргрейвз показал, после чего Бьюкэнен спросил:
– А вы позаботились об оцеплении?
Честно говоря, доктор совершенно забыл об этом.
– Не беспокойтесь, – уверил его Бьюкэнен. – Я сам позвоню капитану Тейлору и попрошу прислать сюда отряд полиции.
– Звонить не нужно. У нас есть рация. Арт!
К четырем часам прибыли представители прессы. Вслед за ними подъехали полицейские машины, и Каргрейвз с облегчением подумал, что ему удалось избежать возможных неприятностей. На полигоне уже собралась порядочная толпа, и без помощи полиции обойтись было бы трудно. Необходимо было немедленно установить оцепление от ворот до стартовой площадки, чтобы никто из гостей не попал в опасную зону, усеянную неразорвавшимися боеприпасами. Внутри площадки требовалась твердая рука полиции, чтобы присутствующие не подходили слишком близко и не осаждали корабль.
Около пяти утра путешественники в последний раз позавтракали в лагере под защитой полицейского, который стоял на посту у двери. Каргрейвз отказался давать интервью; он лишь заготовил письменное заявление и передал Бьюкэнену пачку копий для корреспондентов. Но мальчиков останавливали на каждом шагу, и в конце концов Тейлор приставил к каждому из них по телохранителю.
Окруженные со всех сторон охраной, они направились к кораблю. Со всех сторон засверкали фотовспышки; телекамеры следили за каждым движением путешественников. Невозможно было поверить, что это все тот же заброшенный уголок посреди пустыни, где всего-то пару часов назад они опасались чужаков, крадущихся во тьме.
Каргрейвз впустил ребят в корабль и повернулся к Бьюкэнену и Тейлору.
– Десять минут, джентльмены. Вы уверены, что успеете за это время очистить площадку? Как только я сяду в кресло, я уже не смогу видеть землю вокруг корабля.
– Не беспокойтесь, капитан Каргрейвз, – уверил его Тейлор. – Десяти минут хватит.
Бьюкэнен поднял руку:
– Удачи вам, доктор. Привезите побольше зеленого сыра [11].
Внезапно из толпы вынырнул какой-то мужчина и, протиснувшись сквозь оцепление, сунул Каргрейвзу сложенный вдвое листок бумаги.
– Это еще что такое? – нахмурился Тейлор. – Немедленно убирайтесь отсюда!
Мужчина пожал плечами:
– Это судебное постановление.
– Что? Какое еще постановление?
– Старт временно запрещен. Каргрейвзу надлежит явиться в суд для дачи объяснений, почему он подвергает опасности жизнь несовершеннолетних. Иначе запрет будет продлен.
Каргрейвз, оторопев, уставился на незнакомца. Ему казалось, что мир вокруг него рушится. В проеме люка показались Росс и Арт.
– Док! Что случилось?
– Эй, вы там! Ребята, спускайтесь вниз! – крикнул чужак и повернулся к капитану Тейлору. – У меня есть другая бумага, приказывающая мне взять их под свою опеку от имени и по поручению суда.
– Возвращайтесь в корабль, – строго приказал Каргрейвз и развернул бумагу.
Повестка была составлена правильно. «Штат Нью-Мексико…» и так далее. Незнакомец начал что-то возбужденно объяснять. Тейлор взял его за руку.
– Спокойнее, спокойнее, – сказал он.
– Спасибо, – сказал Каргрейвз. – Мистер Бьюкэнен, можно вас на пару слов? А вас, капитан, я попрошу присмотреть за этим типом.
– Эй-эй, не надо устраивать скандал, – запротестовал незнакомец. – Я всего лишь исполняю свои обязанности.
– Так ли? – Каргрейвз посмотрел на него в упор.
Затем отозвал Бьюкэнена в сторону и показал ему бумагу.
– Кажется, все в порядке, – признал тот, ознакомившись с документом.
– Возможно. Эта повестка направлена от имени суда штата. А ведь мы находимся на федеральной территории, не так ли? В сущности, капитан Тейлор и его люди находятся здесь лишь по нашей просьбе и нашему согласию. Верно?
– Мм… да. Вы правы. – Бьюкэнен сунул повестку в карман. – Я с этим разберусь!
– Секундочку… – Каргрейвз в двух словах рассказал ему о фальшивом инспекторе, злоумышленниках и о том, о чем он никому не сообщал, если не считать письма в вашингтонское Бюро гражданской аэронавтики.
– Этот парень, вероятно, мошенник или человек, подосланный мошенниками. Прошу вас не спускать с него глаз и задержать его до тех пор, пока суд не подтвердит, что эта повестка была действительно послана оттуда.
– Я все сделаю.
Затем они вернулись, и Бьюкэнен вполголоса отдал Тейлору какое-то распоряжение. Каргрейвз схватил незнакомца за руку. Тот начал вырываться.
– Эй! Полегче! А в глаз ты не хочешь получить?
Доктор был на шесть дюймов выше его да и сложением покрепче. Мужчина быстро притих. Секунду спустя подоспели Бьюкэнен и Тейлор. Полицейский заявил:
– Вам надлежит стартовать в течение трех минут. А я позабочусь о том, чтобы убрать отсюда посторонних. – Он обернулся и крикнул: – Сержант Свенсон!
– Слушаю, сэр!
– Возьми-ка этого парня. – Тейлор указал на незнакомца.
Каргрейвз забрался в корабль. Когда он повернулся, чтобы закрыть за собой люк, он услышал крики толпы, сначала разрозненные, а затем слившиеся в громкий одобрительный гул. Захлопнув люк, он задраил его и скомандовал экипажу:
– Все по местам!
Арт и Росс влезли в противоперегрузочные устройства, установленные позади пилотских кресел; их места были расположены вертикально и напоминали по конструкции гамаки или санитарные носилки, поставленные стоймя. Ребята застегнули ремни, опоясывавшие их на уровне груди и коленей. Морри уже сидел в кресле, крепко упершись ногами в подставку, пристегнувшись ремнями и плотно прижавшись затылком к подушке подголовника. Каргрейвз расположился в соседнем кресле, придерживая больную ногу.
– Все готово, Морри!
Его взгляд скользнул по приборному щитку. Больше всего доктора интересовали температура цинка и положение кадмиевых поглотителей.
– Все готово, капитан, – отозвался Морри. – Вдарьте по газам – и вперед, когда будете готовы.
Каргрейвз пристегнулся и выглянул наружу через кварцевый иллюминатор. Насколько он мог видеть, поле было свободно. Цель их путешествия, круглая и прекрасная, висела в небе перед глазами. Под его правой рукой к ручке кресла был прикреплен большой рычаг. Ладонь капитана удобно легла на его рукоять.
– Арт?
– Готов, сэр!