Инициация с врагом, или Право первой ночи

Стоило двинуться в том направлении, как стали различимы тяжелое дыхание, грузные шаги и еле уловимый лязг цепей. Ани не ошиблась. Здесь и вправду происходило нечто странное. Притом в главной роли был мой горячо любимый брат.
Я пригнулся и бесшумно побежал вперед. Часто останавливался, прислушивался, не имея права на ошибку. В темноте четким ориентиром стал усиливающийся звук, все больше убеждающий меня, что я не зря вернулся в пещеру.
Вскоре появился падающий на стену свет факела. Я добрался до того поворота, осторожно выглянул и ужаснулся. Шиан решил столкнуть в подземную реку девушку, обмотанную цепями, словно заметал следы и уничтожал улики. Я рванул к нему и точным ударом оглушил.
Он кулем рухнул на пол. Незнакомка покачнулась и сорвалась с берега. Я бросился за ней и в последний момент схватился за цепи, которые огнем обожгли ладони.
Выдох. Все тело напряглось. Я едва не свалился вместе с пленницей, но вовремя отыскал баланс и вытащил ее на сушу.
Блики желтого света плясали на мелких волнах подводной реки. Издалека доносился шум водопада. А я всматривался в лицо незнакомки. Ее волосы были черными, глаза плотно прикрыты, губы словно исчезли из-за отсутствия красок. Бледная кожа, полная неподвижность — складывалось впечатление, что она мертва.
Я подался к девушке. Заскользил взглядом по острым скулам, маленьким ушкам и тонкой шее, увидел выступающие ключицы и ямочку между ними, которые напомнили мне Ани. Да, в целом сестры сильно отличались друг от друга, но все же присутствовало много схожих черт.
— Шиан, что ты наделал? — повернулся я к брату, неподвижно лежавшему неподалеку.
Вот он, момент, когда необходимо выбирать. Встать на сторону семьи и выбрать путь мести или освободить брюнетку и вернуться к Ани. Не задумываясь над последствиями, я расправился с путами незнакомки, подхватил ее на руки и поспешил покинуть пещеру. С братом можно разобраться позже. Еще теплилась надежда, что он не сделал всего того, в чем тянуло его обвинить. Ведь поступки не лгут. Я собственными глазами видел кровь на одежде Шиана и то, как он едва не сбросил в реку тело демоницы.
— Ани, — позвал я, едва добрался до дерева, под которым оставил принцессу.
Опустился на колено, аккуратно положил свою находку на траву и позвал еще раз:
— Ани, где ты?
— О нет, Америана, — тут же показалась на свет асмуарка.
Трясущимися руками она дотронулась до щеки брюнетки. Наклонилась. Прислушалась и облегченно выдохнула. Девушка уткнулась лбом в грудь неподвижной демоницы и сжала ее ладонь. Плечи начали подрагивать. Раздалось пару приглушенных всхлипов.
Я положил ладонь на спину Ани. Она подняла голову, но тут же отвернулась, чтобы скрыть блестящие в свете луны щеки. Поддавшись порыву, я обнял девушку. Хотел как-то утешить и сказать, что мы похороним ее сестру со всеми почестями, но асмуарка вдруг воспротивилась.
— Адриан, она жива.
— По ней не скажешь, — недоверчиво посмотрел я на неподвижное тело.
— Жива, слышишь? — сквозь слезы произнесла Ани и уткнулась носом мне в грудь, сжимая в кулаки мою порванную рубашку. — Жива… А я ее похоронила. Все свидетельствовало, что ее убили. Адриан…
Я заглянул в глаза демоницы и вытер мокрые дорожки на щеках, отчего-то радуясь пониманию, что даже представителям высшей расы не чужды чувства. Она очаровательно улыбнулась. Еще раз глянув на сестру, облегченно выдохнула и произнесла:
— Нужно отвезти Америану в один храм. Там ей помогут.
    
Глава 20
Я подняла глаза на Адриана и тут же опустила их, чувствуя себя неловко. Зачем он делал все это для меня и моей сестры? За последние три дня стал чуть ли не моим героем, которого хотелось без конца благодарить.
Человек сражался с Болгриуром, хотя мог поддержать своего брата и просто уйти. Да, не победил, но бросил вызов. Он не испугался трансформировавшегося демона, ранил его и, как мне показалось, готов был за меня умереть. Наверное, после этой догадки и вырвались остатки магии, озарив пещеру лунным светом.
А потом…
— Я возьму ее, — опередил меня Адриан, подхватив Америану на руки.
— Госпожа, — недовольно произнес сзади Граян, снова взявшись за старое. Он ворчал всю дорогу. Напоминал мне о расе принца, чтобы я одумалась и выбросила его из кареты.
Я отмахнулась от слов слуги, ведь в груди разлилось тепло от вида, как мужчина несет мою сестру к храму. Как поднимает голову, осматривая сложные узоры арочной двери, и оборачивается. Я вдруг поняла, что улыбаюсь. Что любуюсь его станом, широкими плечами, отросшими вьющимися волосами и многодневной щетиной. Что позволяю себе эгоизм и наслаждаюсь его присутствием, не отпускаю, соглашаюсь на очередную помощь.
Так зачем Адриан все это делал? Он вынес из пещеры Америану, а едва узнал, что нужно как можно скорее доставить ее в это заброшенное место, отправился на поиски кареты и Граяна. За считанные часы он организовал поездку. Отправился в путешествие вместе с нами, на протяжении которого поддерживал, договаривался о ночлеге, пропитании, смене лошадей и не докучал разговорами. Молчаливо наблюдал, как я ухаживаю за сестрой. Стойко переносил возмущения моего верного слуги и отказывался каждый раз, стоило предложить не тратить на нас время.
Я поспешила за принцем.
— Госпожа, — догнал меня Граян. — Человеку нельзя в храм.
— Ему можно.
— Он осквернит место силы своим присутствием, — не отступал слуга. — Младший бог может отказать в помощи из-за человека. Госпожа, послушайте меня.
— Ему можно! — процедила я сквозь зубы, давая четко понять, что не поменяю решения.
— Ани? — позвал Адриан.
Я посмотрела на Граяна в упор, выражая недовольство им. Почему он до сих пор против? Отчего не видит, сколько райсанец уже сделал для меня? Вот явный пример того, как предрассудки и устоявшееся мнение руководит нами. Однако принц доказал, что даже невозможное возможно.
— Иду, — ответила я Адриану и вскоре открыла перед ним дверь.
Вошла в храм первой и втянула через нос воздух, ощущая легкую щекотку. Место силы. Последнее пристанище Младшего бога, не находящееся под влиянием какого-либо из владык. Я давно хотела сюда попасть. Планировала здесь докопаться до истины и понять, что со мной не так.
Внутри царила звенящая тишина. На серой плитке лежал слой пыли. Вытянутой формы, со сводчатым потолком и выполненное в мрачном стиле, помещение давило своей величественностью. Как и все, что было связано с Заргоном. В самом центре, единственно освещенная из-за круглого проема в потолке, стояла его статуя. Половина человеческая, вторая — с расправленным крылом, развитой мускулатурой и обликом демона — он сейчас казался центром всего мира. Будто кроме него никого нет. А мы сравнимы с пылью, толстым слоем устилающей этот пол.