Непреложный обет (СИ)

— Зачем?
Где-то в глубине души всё ещё горел маленький лучик надежды, маленькая искорка, которая готова была зажечь пламя в любой момент. Либо согреет, либо сожжёт.
— Чтобы сегодняшний день был не единственным. Ты этого не хочешь?
Гермиона покачала головой.
— Проблема не в том, чего мы хотим или не хотим, а в том, что мы чувствуем.
— И что же мы, по-твоему, чувствуем?
Драко злился. Гермиона понимала это, но всё равно продолжала говорить.
— Что-то вроде фантомной боли, — она заметила его вопросительный взгляд. — У магглов есть такое понятие. Его используют, когда человек чувствует боль в ампутированной конечности. Болеть нечему, но оно болит.
— Ты только что сравнила наши чувства с ампутированной конечностью?
Мягкий и бархатный голос стал резким и вкрадчивым, спокойные нотки пропитались ядом.
— По-твоему, это не так? И вообще-то нам не было запрещено чувствовать, нам запрещено нечто иное. То, что эти самые чувства помогло бы выразить.
Они молчали ещё какое-то время. Сейчас Гермионе предстояло сделать то, что делать она бы не хотела, но это было необходимо. Она должна убедить Малфоя в том, что искать ничего не стоит. Не стоит разжигать пламя, потому что оно не согреет. Оно сожжёт.
— У нас всё закончилось, Малфой, — она смотрела за его плечо, на перила, пока он не сводил глаз с её лица. — Да, резко, грубо и совсем неправильно. Но закончилось, — посмотрела ему в глаза. Голос дрожал, но ей нельзя было плакать. — У тебя есть Астория. Вы можете быть с ней счастливы. По-настоящему счастливы. Она может сделать тебя счастливым, и она это сделает. Тебе всего лишь нужно ей довериться…
Драко грубо перебил девушку.
— Ты что несёшь?
Но Гермиона будто его вовсе и не слышала.
— Через несколько лет ты проснешься от этой странной боли там, где болеть нечему, обнимешь свою жену и поймёшь, что счастлив. Астория сделает тебя счастливым, не я.
— Ты опять бредишь, Грейнджер.
Она устало покачала головой. Искать ничего не нужно. Искать нечего.
— Ты просто должен дать Астории шанс, Малфой.
— Ты сейчас серьёзно предлагаешь мне построить с ней отношения, выходящие за рамки брака по расчёту?
Перекладываешь ответственность на Гермиону, Малфой? Хорошо. Она её понесёт.
— Да.
Одно слово. Всего одно слово рушило всё. Последний лучик начал гаснуть, даже не имея возможности посветить.
Малфой разочарованно покачал головой и усмехнулся.
— Отлично, Грейнджер! Прямо сейчас этим и займусь!
Он поднялся на ноги и дошёл до входной двери за несколько секунд. Этот ужасный хлопок ещё долго звенел в её голове вместе с его словами. Но она всё сделала правильно.
***
Среда для Гермионы выдалась самым лёгким днём из прошедших двух. На работе не было завалов, вечером предстоял ужин с родителями, и настроение в целом было хорошим. Конечно, ей придётся опять искать причины отсутствия в их доме столько дней Малфоя для Эридана, но гриффиндорку не пугало даже это.
На самом деле её пугало только то, что ей и самой уже не хватало Драко в их с Эриданом доме. Было слишком тихо, ничего не разбивалось, не было пятен от пролитого сока, за столом во время ужина было пусто. Малфой заполнял всё их свободное пространство собой, а когда он исчезал, становилось пусто.
— Гермиона, отнеси, пожалуйста, эти документы мистеру Малфою, — в кабинет вошёл низкорослый мужчина с мелкими глазами-бусинками почти чёрного цвета. — Это отчёт о проделанной вами работе с подписью.
На столе перед Гермионой оказалось несколько бумаг с отчётом, который она сама лично писала предыдущие два дня. Ей хотелось возразить, что если Малфою так нужны эти бумажки, то он может прийти за ними и сам. Но, конечно же, она этого не сделала. Гермиона кивнула и отложила бумаги на край стола. Мужчина развернулся в дверях и, прежде чем выйти, добавил: «Сегодня, мисс Грейнджер».
Гермиона устало выдохнула и положила голову на сложенные перед собой руки. Малфой избегал её, значит по каким-то причинам он не хотел с ней пересекаться. А она не хотела лишний раз выводить его из себя. Поэтому Гермиона как могла тянула время, но когда рабочий день приблизился концу, ей пришлось пойти к Малфою.
 
По пути к нужному кабинету она встретила своего лучшего друга. Ей даже пришла идея отдать бумаги с Гарри, но эту идею гриффиндорка быстро отмела. Если Малфой избегал Гермиону, это не значило, что и она должна была делать так же.
— Так зачем ты идёшь к Малфою?
Близкое общение её друзей со слизеринцами для Гермионы всё ещё было странным.
— Мы с ним решили вернуть старую традицию и посидеть где-нибудь вдвоём, — Гарри неопределённо махнул им за спины, будто стараясь объяснить что-то. — Как у вас с ним?
Гермиона посмотрела на друга и улыбнулась.
— Ни один из нас ещё не применил непростительного по отношению к другому.
Поттер хохотнул.
— Я серьёзно, — мужчина легко толкнул подругу в плечо.
— Гарри, — она чуть наклонила голову в бок, свела брови к переносице и сказала: — Я тоже. Но ты же если что встанешь на мою сторону?
— Моя мантия всегда в твоём распоряжении!
Они засмеялись. Так искренне, как когда-то, когда обсуждали первый поцелуй Гарри с Чжоу Чанг. Только вот внутри у Гермионы было что-то ещё, что-то очень странное и неопределённое. Её мама назвала бы это дурным предчувствием.
Жаль, что сама Гермиона всё ещё не научилась его определять. Очень жаль.
Они вошли в кабинет Малфоя вместе с Гарри. Драко сидел за своим столом, рядом с которым стояла Астория. Её волосы были растрепаны, будто секунду назад там были чьи-то руки. И Гермиона даже знала чьи. Обычно тонкие губы были чуть припухшими, а голубые глаза лихорадочно блестели. Астория почти неуловимым движением руки поправила свою юбку. Гермиона ждала от девушки высокомерного взгляда, который бы кричал, что она победила. Но его не было. Астория смотрела с некоторым сожалением. Словно она понимала чувства Гермионы. Потому что для неё этот брак не был по расчёту. Астория любила Малфоя.
Гермиона перевела свой взгляд на Драко, замечая каким медленным движением он поправил воротник своей рубашки. Малфой сделал это специально. Он закрывал красное пятно от поцелуя на своей шее так медленно только для того, чтобы этот след заметила Гермиона. Он, не открывая рта и не издавая ни звука, кричал: «Ты сама сказала мне это сделать, и я сделал». Она подметила, как он неторопливо провёл рукой по своим растрепавшимся волосам. Он дал Астории шанс, он дал шанс себе.
Гермиона слышала голос своего друга, но не разбирала слов. Она стояла на месте, пока время проходило мимо неё. Пока жизнь проходила мимо неё.
Сжала свободную руку в кулак. Она сделала это сама, жалеть не о чем. Болеть тоже нечему. Это всего лишь фантомная боль. Да. Фантомная. Болит то, что болеть не может.
Приподняла один уголок губ, показывая Малфою и только ему, что это ничуть её не задело. Не задело же, верно? Второй рукой плотнее прижала к себе пергаменты. Сделала вдох и задержала дыхание. Она не позволит его запаху проникнуть в её лёгкие. Перетянет все эти чувства жгутом, чтобы не кровоточили. Сделала шаг по направлению к его столу. Второй. Через несколько секунд она стояла в считанных сантиметрах от него. По-прежнему не дышала. Протянула бумаги и положила перед ним на стол, возможно, именно туда, где несколькими минутами ранее сидела Астория. Прижала документы ладонью и посмотрела на него. Переборола себя и сделала вдох.
— Отчёты о нашем деле. Спасибо, что помог.
Почти формально, почти без злобы и обиды. Но злиться не на что. Только на саму себя, потому что он хотел всё исправить, Гермиона не позволила этого ему. Запретила, пресекла всё на корню. Встретились взглядами.
 
Карие и серые.
Она отвела взгляд первой, но впервые почувствовала себя победительницей. Она смогла перехитрить слизеринца, смогла убедить его. Теперь искру можно гасить. Надежды больше не было. Пламени тоже не будет.