Непреложный обет (СИ)

Гермиона поднялась с кресла, прихватила свою сумочку и направилась к лифту. Ей нужно было дойти до каминов и отправиться в «Дырявый котёл», откуда она смогла бы попасть на Косую аллею, а там уже и в чайную Розы Ли, где Гермиона и договорилась встретиться с миссис Малфой.
Она шла по коридорам Министерства, думая о Малфое. Точнее об его отсутствии. Она не спускалась к нему в офис, но за два рабочих дня Гермиона его ни разу не встретила. Ей было важно знать, появится ли Драко в выходные на пороге её дома или нет, потому что сыну придётся многое объяснять, а Грейнджер не была к этому готова. Ей было важно знать, пропал он только на несколько дней или решил исчезнуть навсегда. Гриффиндорка даже набралась смелости и отправила ему письмо.
В Атриуме было шумно и многолюдно. Все старались поскорее уйти с работы. Было душно. Грейнджер несколько раз провела рукой по грудной клетке, под шеей, растирая. Сложно дышать. На состоянии волшебницы сказывались давка и волнение. Она обычно уходила с работы чуть позже, когда работников в холле было значительно меньше. А чего ждать от встречи с матерью Драко, она вообще не представляла. Ей была понятна позиция Люциуса во всей этой ситуации, но позиция Нарциссы оставалась загадкой. Женщина была максимально вежливой с Гермионой, но это совсем не значило, что она одобряла Гермиону. Хотя это даже звучало абсурдно. Одобрять было нечего.
Грейнджер зашла в камин, предварительно кинув туда горсть летучего пороха, и назвала место назначения. Через минуту её уши были заложены от шума и гомона. Отовсюду доносились различные голоса, звуки ударяющегося стекла о другое стекло и разливающихся напитков. В нос забились запахи сливочного пива и терпкого огневиски, смешанные с запахами старого дерева от пола и множества парфюмов. Гермиона поспешила скорее выйти на свежий воздух. В пабе было не менее душно, чем в Министерстве, но, ко всему прочему, духоту дополняла какофония звуков и запахов. Оказавшись у кирпичной стены, Гермиона достала свою палочку и коснулась нужных камней, открывая тем самым для себя проход в Косую аллею.
Она ступила на брусчатую дорожку, вылавливая взглядом среди зданий нужное ей. Маленькое, невысокое здание из светлого камня с большими панорамными окнами в французском стиле. Вход в кафе был через дверь тёмно-зелёного цвета с маленькой овальной табличкой над ней, где была нарисована пышная роза, над которой имелась надпись «Чайный пакетик Розы Ли». Людей на улице было немного, поэтому Гермиона без проблем добралась до нужного ей кафе.
Гриффиндорка хотела бы заглянуть внутрь через окно, но, к сожалению, окна были защищены от того, чтобы снаружи было видно, что происходит внутри. Гермиона разочарованно выдохнула и потянула дверную ручку на себя — она знала, что за ней скорей всего наблюдает пара голубых глаз. Маленький колокольчик прозвенел у неё над головой, как только она вошла. Внутри было тепло, пахло травами, фруктами и другими наполнителями для чая, а также лимонными и тыквенными пирогами. Прежде чем заметить Нарциссу Малфой за крайним столиком у окна, Гермиона успела отметить, что в кафе было немноголюдно и, к её счастью, совсем не душно.
— Добрый вечер, миссис Малфой, — Гермиона протянула женщине руку, как только подошла к столику.
— Рада вас видеть, Гермиона, — Нарцисса лёгким касанием пожала протянутую ей руку. — Я заказала ромашковый чай и лимонный пирог, если вы не против, — Гермиона отрицательно покачала головой, усаживаясь напротив матери Драко. — И зовите меня Нарциссой, пожалуйста.
Миссис Малфой сдержанно улыбнулась, поднимая рукой блюдце с чашкой. Грейнджер внимательно наблюдала за тем, как тонкие аристократические пальцы держат чашку за ручку; как тонкие губы невесомо касаются фарфорового края; как не торопясь Нарцисса глотает горячий напиток; и как совсем неслышно возвращает чашку на блюдце. Карие глаза Гермионы встречаются со смеющимися голубыми, хотя лицо сидящей напротив волшебницы совсем не изменилось. Грейнджер чувствовала, как её щеками завладевал румянец, поэтому она прочистила горло и перевела взгляд на маленький чайник, из которого пахло ромашкой и мятой. Они сидели в тишине минут пять, пока Гермиона делала первый обжигающий глоток из чашки, и пока перед ними ставили тарелки с кусочками лимонного пирога. Девушка нервно перестукивала пальцами по деревянной поверхности, закрытой пепельно-розовой скатертью.
 
— Гермиона, спасибо, что согласились прийти, — миссис Малфой отодвинула от себя блюдце, сцепляя пальцы рук перед собой. — Я хотела бы вас поблагодарить.
Гермиона оторвала свой взгляд от светло-жёлтого бисквита, вглядываясь в лицо сидящей напротив женщины. Поблагодарить?
— Спасибо, что позволили нам видеться с Эриданом. Знакомства с внуком я ждала слишком долго.
Грейнджер пыталась уловить суть сказанного. Нарцисса Малфой ждала встречи с внуком слишком долго. Но она не могла ждать долго, потому что они узнали о нём совсем недавно. Только если…
— Вы знали?
Нарцисса кивнула.
— Понимаете, Гермиона, у всех чистокровных семей есть гобелены с семейным древом. Возможно, вам удалось увидеть нечто подобное в доме на площади Гриммо. Появление на древе Эридана очень удивительно. Обычно на эти гобелены наложены чары, что на них не отображаются нечистокровные супруги членов семьи, не говоря уже о детях. Но Эридан появился, даже будучи рождённым не в браке.
— То есть вы хотите сказать, что Драко и ваш муж…
— Ох, нет-нет, — Нарцисса небрежно махнула рукой, словно Гермиона только что сказала величайшую глупость. — Мой муж в эту комнату не заходил с нашей с ним свадьбы, а Драко… Он не живёт в мэноре с окончания войны. Появляется пару раз в месяц, но не проходит дальше гостиной.
Гермиона видела, как тяжело дается улыбка миссис Малфой. Все эти годы она тоже жила в одиночестве. Её муж был заключён в Азкабан, а сын искал утешение от собственного горя. Грейнджер протянула руку и сжала ладонь миссис Малфой в своей.
— И ещё кое-что, мисс Грейнджер, — женщина сжала руку Гермионы в ответ. — Мне очень нравится моя невестка. Астория — отличная партия для Драко, она идеально подходит на роль леди Малфой. Но если вдруг сложится так, — миссис Малфой замолчала на некоторое время, отведя от Гермионы взгляд, — что вы с Драко найдёте выход из вашей ситуации, я поддержу сына в его выборе.
***
В воскресенье вечером Гермиона читала сыну сказку перед сном, всё время теряя нить повествования и суть рассказа. Она мысленно возвращалась к пятничному разговору с миссис Малфой и письму Драко, на которое так и не получила ответа.
Ей пришлось неоднократно соврать Эридану за выходные, что папа просто уехал по делам в другую страну и скоро обязательно вернётся. Но она не знала насколько это правда. Ей было неудобно спрашивать о Малфое у Нарциссы, ей бы пришлось объяснять всю сложившуюся ситуацию, но Гермиона не была к этому готова. Их ситуация была слишком сложной.
Грейнджер поймала себя на том, что снова отвлеклась и перестала читать. Она нашла нужную ей строчку и собралась её прочесть, когда поняла, что слышит сбоку только тихое сопение и никаких комментариев происходящему. Она повернула голову вбок. Эридан спал, и судя по всему уже давно: он отодвинулся от Гермионы на приличное расстояние и раскинул руки в стороны. Девушка улыбнулась, закрыла книжку и поцеловала сына в висок. Эри немного сморщился, а потом совсем отвернулся.
Лицо спящего сына стояло перед глазами, пока Гермиона пыталась составить план проекта по освобождению домовых эльфов. Её взгляды с детства остались теми же, чуть изменившимися, но теми же. Она всё так же собиралась бороться за справедливость и свободу домовиков. Только теперь она хотела, чтобы её задумка была доложена всему магическому миру Англии правильно.
 
Ведьма откинулась на спинку кресла, запрокинув голову назад и сжав виски пальцами. В понедельник она была свободна от всех бумажек, документов и пометок «срочно», поэтому весь день собиралась посвятить своему проекту. Она даже пропустила обед. На подкорках крутилось осознание того, что делает это Гермиона только чтобы избавить себя от свободного времени. От времени, когда она могла бы думать о Малфое. Куда он мог подеваться? Утром Грейнджер отправила еще одно письмо на его имя, надеясь получить ответ. Потому что в каждой строчке она упоминала имя Эридана. Раздражающие размышления прервал стук в дверь.