Непреложный обет (СИ)

— Я не злюсь на Гарри, — Рон, наконец-то, решился дать ответ на поставленный вопрос. — Давно не злюсь, просто это кажется уже чем-то привычным. Точно таким же, как ты смотрящая на нас с укором, когда мы делаем что-то не так.
Рон демонстративно кивнул на стул, на котором он сидел. Гермионе и правда следовало давно перестать так делать, потому что такие поступки часть её друзей, но даже спустя пять лет жизни вдали от них, она не могла в себе это искоренить. То же самое было с Роном. Потому что для него вражда со слизерином была тем же самым, что отношение к грязной крови для семьи Малфоев. Тем, что впитывается с молоком матери. Тем, чего не отнять. Потому что это привычно. В детстве вместе с умением правильно надевать ботинки одних научили враждовать со слизерином, других — быть нетерпимыми к магглорождённым. Всё просто. Для них это всего лишь аксиома — теорема, которую не нужно доказывать. Ведь это точно такое же знание, как то, что после весны наступает лето, а после ночи — утро.
Гермиона улыбнулась. Её другу приходилось сложнее, чем ей или Гарри. Рон не мог принять слизеринцев, даже если очень сильно этого хотел. Так же, как и Малфой не мог принять магглов и магглорождённых. Драко всего лишь сделал исключение, только одно, которое всего лишь подтвердило правило. За нарушение устоев приходится платить, и он заплатил. Слишком дорогую цену, чтобы проявить к неволшебникам снисхождение. Его чистая кровь могла позволить ему проявить только терпимость и больше ничего. Именно поэтому Малфой терпел, потому что в своё время сделал исключение. За Рона исключение сделали лучшие друзья, и поэтому он тоже просто проявлял терпимость.
— Мы могли бы с тобой пообедать сегодня вместе, — Гермиона закусила губу, будто сомневалась в своём решении. Или в решении Рона. Она всё ещё не знала, как на самом деле относится к ней друг. — Если ты не против, конечно.
Рон широко улыбнулся и кивнул, а потом неуверенно почесал затылок. Он так делал всегда, когда был готов ляпнуть какую-нибудь глупость.
— Я вообще-то сюда за этим и пришёл.
Гермиона окинула друга скептическим взглядом, напомнив ему, что он явился сюда раньше, чем начался её рабочий день. Рональд потупил взгляд, после чего сообщил, что его старший брат решил устроить ему незапланированный выходной — Джордж захотел устроить себе свидание с Анджелиной. Грейнджер сдержано улыбнулась, закусывая изнутри губу, пытаясь подавить рвущийся наружу смешок. Рон напоминал ей ребёнка, который впервые застукал двух целующихся взрослых.
Через полчаса тишины, упорной работы Гермионы и шатающегося по кабинету Рона, разглядывающего привычный безупречный порядок лучшей подруги, в кабинет влетели несколько самолётиков. В одном волшебница увидела напоминание о срочности заполнения документов, а в другом приглашение на встречу к министру.
— Я тогда пока пойду к Гарри, — Уизли направился к двери.
— Рон! — молодой человек обернулся. — Если тебе несложно, отправь, пожалуйста, это письмо.
Рональд молча кивнул и взял конверт из протянутой руки подруги, читая имя получателя.
— Нарцисса Малфой? — брови рыжеволосого мужчины выгнулись в удивлении.
— Она пригласила меня на встречу.
Гермиона оторвала взгляд от документов, переводя его на друга.
— И ты согласилась?
— У меня нет причин, чтобы отказываться, — Гермиона пожала плечами.
— Ладно, зайду перед обедом, — Рон отсалютовал конвертом и вышел за дверь, даже ей не хлопнув.
Терпимость.
Несколько часов подряд Гермиона не была свободна и минуты. Она всё время получала самолётики, отправляла ответные, заполняла какие-то документы с пометкой «срочно» даже несмотря на уверенность в том, что они могли бы и подождать. На встрече Кингсли промурыжил Грейнджер почти час, пытаясь вывести её на более высокую должность. Но в итоге сдался, так и не получив ответа на вопрос «почему нет?». У Гермионы даже не было времени, чтобы обдумать свой категорический отказ и возможности согласия. Она будто специально забрасывала себя работой, чтобы у неё не было и секунды на подумать.
 
Ворвавшийся без стука за пять минут до обеда Рон стал спасением из её личного Ада, куда Грейнджер сама себя и засунула. То, что Рон ведёт её не в местный буфет, Гермионе стало понятным, только когда они оказались на улице. Уизли крепко держал Гермиону за руку и вёл к точке аппарации.
— Я знаю одно неплохое кафе неподалёку, — объяснил он свой поступок.
Оказавшись в тёмном переулке между обшарпанными стенами старого здания, Рональд покрепче обхватил девичью руку и аппарировал. После убеждённости в твёрдой почве под ногами Гермиона открыла глаза. Ей показалось, что магическое перемещение было всего лишь её фантазией, потому что перед глазами были всё те же обшарпанные стены. Но по уверенной хватке друга и тому, как целенаправленно двигался Рон, Гермиона поняла, что друг знает, что он делает.
Ей сделалось даже немного странно. Потому что привычнее было, когда их вела она или Гарри, инициатива от Рона была чем-то неизведанным. Чем-то похожим на экзотический фрукт. Такой манящий и пугающий, а в итоге безумно вкусный. Следовать за Роном было так же, как есть экзотический фрукт. Непривычно и сладко. Быть ведомой в принципе было приятно.
Через некоторое время они оказались у небольшого кафе, откуда доносился сладкий запах выпечки и кофе. Друзья выбрали маленький столик у стены, откуда открывался вид на всё кафе, но их было бы видно хуже из-за стоящего рядом цветка.
— Как у тебя в целом дела? — спросила Гермиона, как только от их столика отошёл официант.
— Всё отлично, недавно был у родителей. Они хотят с тобой увидеться и были бы не против познакомиться с Эриданом.
— Ты рассказал им? — голос девушки поднялся на несколько тонов от удивления, а Рон от вопроса только стушевался.
— Да. Извини, я думал ты не будешь против.
Он виновато смотрел на подругу, пока сама Грейнджер пыталась осмыслить произошедшее.
— Нет-нет. Рон, всё в порядке. Я совсем не против, — она говорила слишком быстро, что Уизли даже не каждое слово мог разобрать. — Просто… я думала, что твоё отношение к Эридану несколько иное.
Под конец фразы голос Гермионы совсем стих. Рональд смотрел на подругу с прищуром и каким-то неверием. Иногда он удивлялся, как его подруга, мозг их Золотого трио, умудрялась говорить невероятные глупости.
— Гермиона, — он терпеливо дождался, когда бывшая гриффиндорка поднимет на него свои глаза, после чего продолжил говорить: — Как бы я не относился к Малфою, в первую очередь этот ребёнок для меня твой сын. Он крестник моего лучшего друга. Я не могу относиться к нему плохо.
Девушка всхлипнула.
— Извини, я стала слишком сентиментальной.
Рон улыбнулся.
— Как будто ты когда-то такой не была.
Молодой человек долго и пристально смотрел на лицо лучшей подруги, отмечая каждую смену эмоций: от хмурого непонимающего взгляда до наигранной злости. Грейнджер толкнула парня в плечо, после чего оба рассмеялись. Гермиона вновь и вновь убеждалась, что у неё потрясающие друзья. И решение подружиться с двумя несносными мальчишками, которые не особо любили учиться и совсем с ней не были похожи, всегда будет одним из лучших.
Обед с Роном, как и оставшаяся часть дня, прошёл очень даже неплохо. И вот сейчас Гермиона сидела за своим рабочим столом и готовилась ко встрече с Нарциссой Малфой. Возможно, правильным решением было бы отказаться от встречи, но, как и было озвучено Рону, причин отказываться просто не существовало. Да и любопытство никуда не делось. Гермионе часто казалось, что это из-за мальчишек она встревала во всякие неприятности, но это было не так. Безусловно, Гарри и Рон сыграли не последнюю роль во всём этом, но не будь Грейнджер такой любопытной, то вряд ли она последовала бы за ними хоть раз. Кому в школе и не везло от приключений трио, так это Невиллу. Несмотря на то, что его невнимательность часто сталкивала его с любителями нарушать школьные правила, Невилл Лонгботтом шёл за ними не из-за страсти к неизведанному, в отличие от Гермионы. Этой волшебнице хотелось знать всё, даже если её мозг в принципе не мог уместить столько информации.