Скандальная любовь
– Я знаю. Но я не желаю, чтобы ты участвовала в разборках, связанных с моей семьей, – сказал он.
– Я хочу тебе помочь, – произнесла она. – Я не могу это игнорировать. Ты мне небезразличен. Я не вынесу мысли о том, что кто‑то будет допрашивать тебя из‑за преступлений твоего отца.
Он кивнул, наклонился и поцеловал ее так нежно, что она едва не призналась ему в любви.
– Мне жаль, что ты стала свидетельницей нашего разговора. – Он поднял голову. – Никто из нас не отвечает за поступки членов своей семьи.
– Ты – не твой отец, – сказала она.
– Да. А ты не в ответе за своего отца.
Мелинда отстранилась от него и прищурилась, не понимая, зачем он упомянул о ее отце.
– Что ты имеешь в виду?
– Тебе приходится выслушивать вопросы о своем отце. Это непросто.
– Слухи беспочвенны. Тебе следует об этом знать.
Он пожал плечами:
– Я привык, когда у меня шепчутся за спиной. Вероятно, тебе тоже придется к этому привыкать.
– О чем ты говоришь?
– Ходят слухи, что твой отец связан с убийством Винсента Хамма, – сказал он.
– Если бы это было правдой, я думаю, шериф Баттл упомянул бы об этом. – Она не понимала, куда клонит Слэйд. – Но он ничего не сказал. Мой отец не такой, как твой.
– Я просто говорю, что о твоем отце ходят слухи.
Она покачала головой, стараясь не злиться:
– Мы говорили о тебе, Слэйд. Не о моем отце. Который, кстати, совсем не похож на твоего.
– Поживем – увидим, – сказал Слэйд.
– Что‑что? – Она сердилась и обижалась на то, что Слэйд осмелился даже подумать о том, что ее отец причастен к чему‑то незаконному, особенно к убийству. Она встала, взяла сумочку и поводок Пикси, а потом посмотрела на Слэйда сверху вниз. – Не смей мне такое говорить, Слэйд Бартелли!
Он остановил ее, осторожно взяв за руку. Мелинда ударила его сумочкой по руке, но он это проигнорировал. Он не позволит ей уйти. Не сейчас. Он притянул ее к себе, заметив, что посетители смотрят на них, и нежно поцеловал. Мелинда отвернулась.
– На нас смотрят, – сказал он себе под нос.
Она взглянула на него с таким презрением, что он сразу понял: его решение убьет все чувства, которые между ними возникли.
– Давай допьем наши напитки и уйдем отсюда вместе, – произнес он.
– Я хочу уйти прямо сейчас, – сказала она.
– Хорошо, пойдем, – громко заявил он, взял Мелинду за руку и вывел вместе с Пикси на улицу. Желая уединиться с Мелиндой, он решил не возвращаться в ее квартиру пешком, а поймал такси.
Обняв за плечо, он прижал ее к себе и подумал, что никто не заметил, как она, улыбаясь, больно ущипнула его за бок.
Когда машина остановилась у ее дома, он вышел и придержал для Мелинды дверцу, пока она брала на руки Пикси. Он положил ладонь ей на поясницу, ведя к дому. У входа их ждала толпа папарацци, которые фотографировали и выкрикивали вопросы. Это казалось настоящим безумием. Как он вообще подумал, что его план сработает? Но у него не было другого способа защитить Мелинду, и он не готов с ней прощаться. Пока не готов.
Он знал: Мелинде еще никогда не было так трудно. Надо было просто порвать с ней, сказать, что он не хочет быть отцом, и уйти. Пусть она лучше ненавидит его, чем любит.
Как только они оказались в вестибюле, Мелинда отстранилась от Слэйда.
– Тебе не надо ко мне подниматься.
– Я знаю. Но мы не договорили, – сказал он. Конечно, за его отцом числится намного больше криминальных делишек, чем за любым Перри. Но ее отец в последнее время вытворяет нечто подозрительное, поэтому комментарий Слэйда был кстати. Мелинде следует знать, о чем болтают люди. На самом деле она, вероятно, обо всем знает, но не хочет в этом признаваться.
– Я все сказала. Мне не верится, что ты обвинил моего отца в убийстве. Я защищала тебя чаще, чем мне хотелось бы признать, хотя всем известно, что в твоей семье одни гангстеры. И я поверила тебе на слово, что ты не с ними заодно, – произнесла она, нажимая кнопку на панели лифта с большим усилием, чем было необходимо.
– У тебя есть веская причина верить мне, – прибавил он. – Разве я тебе лгал когда‑нибудь? – Его беспокоило то, что все считали его похожим на его отца. Он понимал, что срывает зло на Мелинде из‑за разговора с этим проклятым шерифом. Слэйд в который раз осознал, что он не пара Мелинде. Это был не первый и не последний раз, когда он говорил с сотрудником правоохранительных органов, хотя не сделал ничего противозаконного. – Даже если ложь принесет мне пользу, я не лгу тебе.
Она вздохнула:
– Я знаю, Слэйд. Прости, но твой вопрос задел меня за живое. И я устала притворяться. Я… Ты мне нравишься, и я не хочу расставаться с тобой, хотя ты боишься обязательств.
– Жаль, что это не так. Тут нечто большее. Моя семья не такая, как твоя. Моя семья действительно занимается криминалом, и мне потребовалось много усилий, чтобы освободиться от нее. Если я стану твоим мужем и отцом ребенку, мой отец влезет в жизнь этого малыша. Мы должны поступать так, как я предложил.
– Ты хочешь сказать, если бы не твой отец, ты женился бы на мне? – спросила Мелинда.
Слэйд колебался.
– Или это оправдание, чтобы выставить себя в лучшем виде? – настаивала она.
Лифт остановился, и она поставила Пикси на пол.
– Это не оправдание, – сказал он и понял, что врет. Он не хотел влюбляться в Мелинду. Он видел, что случилось с браком его родителей. И знал, что двум людям разного происхождения придется очень постараться, чтобы благополучно жить вместе.
Он вытерпит Мелинду, если она будет злиться на него. Но он не вынесет, если увидит ее сломленной, – такой, какой была его мать после развода или его давняя невеста после расставания с ним.
– Ты права, Мел. Но, честно говоря, я не хочу тебя разочаровывать.
– О, Слэйд. – Она взяла его за руку.
Ему следовало уйти, но он позволил себе зайти в ее квартиру, потому что не хотел расставаться с Мелиндой.
Глава 12Проснувшись следующим утром, Мелинда обнаружила, что Слэйд сидит на краю кровати, наклонив голову, и смотрит себе под ноги. Его мускулистая спина была напряжена.
– Слэйд, дорогой, в чем дело? – спросила она.
Он взглянул на нее и улыбнулся.
– Доброе утро, детка! Все в порядке. Я просто получил сообщение от отца.
– Что он хочет?
– Увидеться со мной, – ответил Слэйд. – Он присылает мне сообщение каждую неделю с просьбой о встрече.
– Зачем?