Скандальная любовь

– Затем, что я избегаю его с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать лет.
– Почему?
– Это сложно, – сказал Слэйд.
– Я твоя временная невеста, беременная от тебя. По‑моему, я справлюсь с любыми сложностями, – заметила она.
Он рассмеялся.
– Да, думаю, ты права.
Он повернулся, сложил подушки в изголовье кровати и опустился на них.
– Я выпустил Пикси на балкон.
– Спасибо. А теперь о твоем отце… – Она чувствовала, что должна докопаться до сути того, что заставляет Слэйда отказываться от семейного счастья. По своему опыту она знала, что на подобное поведение влияют отношения между родителями.
– Ты не отвяжешься от меня, да? – спросил он.
– Да. Мне интересно, дорогой. Когда‑нибудь наш ребенок спросит меня о своем дедушке по отцовской линии, и мне хочется ответить ему честно. – Она натянула простыню себе под мышки и улыбнулась Слэйду.
– После смерти матери я жил с бабушкой и дедушкой, они опекали меня. Решили, что всем будет лучше, если я останусь с ними. Мне все нравилось, но я хотел больше узнать о своем отце. Мой дед ненавидел моего отца, и это наверняка повлияло на мое мнение о нем, – сказал Слэйд, уставившись на свои ноги, которые он то скрещивал, то расцеплял на кровати.
Мелинда с удивлением наблюдала за ним, потому что обычно Слэйд не был нервным и суетливым.
– Это логично. Хотя мои родители постоянно ссорились, я очень рада, что знала их обоих, и они были вместе ради меня и Анжелы, – произнесла Мелинда. Она хотела, чтобы у ее ребенка была полная семья. Пусть они со Слэйдом очень разные, детям необходимо знать обоих родителей, чтобы добиться успеха в жизни.
– Да? – мягко спросил он, словно обороняясь. – Просто у тебя были оба родителя. Но если бы твой отец был похож на моего, ты бы говорила иначе.
– О чем ты? – спросила она. – Ты же совсем не похож на своего отца.
– Неужели?
– Если только ты не обманывал меня с тех пор, как мы начали встречаться.
Слэйд выругался и встал, подошел к балконным дверям и посмотрел на город. Ей стало интересно, что он видит перед собой. И что пытается от нее скрыть.
Она встала с постели, надела цветастый халат и завязала пояс на талии. Пикси подбежала к ней, и Мелинда наклонилась, погладила ее, а потом подошла к Слэйду. Она положила руку ему на спину и наклонилась в сторону, заглядывая ему в лицо.
Мелинда вспомнила, как они занимались любовью у стеклянной двери. Ей будет трудно смириться с расставанием, когда он уйдет. Но она ни о чем не сожалеет. У нее начнется новый этап в жизни.
– Итак, ты стал неуправляемым подростком и решил разыскать отца?
– Да. – Он обнял ее за плечи и прижал к себе. Она обхватила его одной рукой за талию, а вторую положила ему на грудь.
Это признание было ему неприятно. Мелинда понимала его. Ей тоже не нравилось вспоминать, как она сбежала из дома, когда училась в пятом классе. Она просто хотела поддержать свою подругу и спасти ее от одиночества, но в результате этого у нее испортились отношения с матерью, которая считала, что Мелинда уехала из‑за домашних ссор.
– Все в порядке, – подбодрила она Слэйда.
– Это не так, – сказал он. – Я начал видеться с ним тайком. Он казался мне забавным, умным и обаятельным. Я не понимал, почему дедушка и бабушка ненавидят его и почему моя мать бросила его. Примерно через шесть недель он спросил, не хочу ли я поработать с ним. И познакомиться с семьей Бартелли.
Душа Мелинды ушла в пятки. Ей хотелось остановить Слэйда, но в то же время ей не терпелось узнать, что произошло. Надо увидеть картину целиком, чтобы знать, с чем бороться.
– Тебе наверняка стало любопытно. Ты ни разу с ними не встречался?
– Ни разу с тех пор, как мы с матерью уехали от него, – сказал он. – Я познакомился со своими дядюшками и другими гангстерами. Бартелли – не просто семья, а настоящий преступный клан. Я никому не рассказывал того, что сейчас расскажу тебе, Мелинда.
Она кивнула:
– Я сохраню твой секрет.
Она любит этого человека и сделает все возможное, чтобы его защитить.
– Некоторые мои дядюшки – копия моего отца: забавные и обаятельные. Но другие хотели, чтобы я проявил себя. Они считали, что мне не место в семье Бартелли. Однажды отец сказал мне, что, если я поработаю и проявлю себя, они оставят меня в покое, и на этом все закончится.
– А что за работа? – спросила Мелинда.
– Об этом я понятия не имел. Я работал с дедушкой и имел смутное представление о мафии по фильму «Крестный отец». Как же я был наивен!
Она обняла его.
– Тебе не нужно больше ничего говорить.
– Ты уверена? – спросил он.
– Да. Ты совсем не похож на своего отца, – заявила она. – Не надо рассказывать мне о нем.
Он глубоко вздохнул:
– По правде говоря, мне нравилось быть членом его команды. И хотя…
Она не хотела знать, убил ли он кого‑то или избил.
– Хотя мне претила такая работа, я любил быть частью семьи. Было трудно уйти от этого. Сложнее, чем я хотел признавать. А через несколько недель мои дядюшки и двоюродные братья не захотели меня отпускать.
– Что ты сделал? Ты кого‑то убил?
– Нет. Я бы никогда этого не сделал. Именно поэтому я ушел оттуда. Быть вместе с семьей мне нравилось, парни казались мне настоящими родственниками, и впервые в жизни никто косо не смотрел на меня потому, что я Бартелли. Меня принимали таким, какой я был. Мой отец отправлял меня собирать деньги и тому подобное. Но во время моей последней поездки все пошло не по плану, и мой двоюродный брат Поли пристрелил двух парней. Я просто стоял рядом, и я был в ужасе. Всего несколько секунд назад Поли смеялся и шутил со мной.
По моему лицу Поли понял, что я не стану ему помогать, и приказал мне убираться. Я сбежал к бабушке и дедушке и с тех пор не разговаривал с отцом.
Слэйд видел ужас на лице Мелинды и совершенно не винил ее за это. В восемнадцать лет он был молодым и глупым. Зря он тогда поверил, что банда его отпустит. Он был в бегах несколько недель. Потом он сыграл помолвку. А затем на него обрушилась правда. Некоторые гангстеры не простили ему побега. И никогда не простят.
– Вот почему я не смогу создать с тобой семью, как ты этого хочешь, – тихо сказал Слэйд.
Мелинда покачала головой:
– Я в ужасе от того, что тебе пришлось пережить. Что твой отец поставил тебя в такую ситуацию. Я знаю, ты сознательно никому не навредишь.
Он понимал: она обдумывает историю, которую он ей только что рассказал. Именно в такие минуты он сожалел о том, что не стал лучше. Мелинда попытается использовать его откровения, чтобы сделать его сильнее в своих собственных глазах. Честно говоря, Слэйд не встречал никого, кто видел в людях только хорошее. И он знал, что он не из лучших. Он слишком часто выбирал легкий путь и вернулся к дедушке, зная, что отец не станет его преследовать.