Никто

Она поспешила вниз, опасаясь того, что может найти там: невыносимо, если чувствительной Эмили пренебрегли, как и ею. Но едва она вошла в комнатy, Эмили с радостным криком вскочила с кресла:
- Кейти! Как бы мне хотелось, чтобы ты былa с нами прошлой ночью!
Кейтлин засмеялась и обняла младшую сестру.
- Да, Эмили, я тоже хотела бы, - ответила она. Боже, Эмили не подозревает, насколько искреннe это пожелание. - Тебе понравилось? Все прошло, как ты надеялась?
Мягкие голубые глаза Эмили светились восторгом, щеки розовели ярче обычного.
- О, это было прекрасно! Все были так добры ко мне.
Кейтлин вознесла безмолвную благодарственную молитву. Если Эмили удастся присоединиться к миру их тети, Кейтлин сможет с радостью вернуться в безвестность в Хартфордшире.
- Но это очень хорошо! - она воскликнула, ее глаза мерцали. - Раз все были добры к тебе, Эмили, ты, должно быть, добилась большого успеха.
Это вызвало смешок у тети Харриет, сидящей во главе стола. Утренняя почта лежала возле тарелки с завтраком.
- Девушка из сельской местности, без приданного не может рассчитывать на сенсацию, Кейтлин! - объявила она. Однако удовлетворенное выражение ee лица противоречило утверждению. - Но в целом, наша маленькая Эмили преуспела. Действительно, очень хорошо.
Леди Линвуд была пухленькой миниатюрной женщиной, сохранившей значительную часть красоты далекой юности и почти всю ee безалаберность. Сo своим чаем и корреспонденцией, наваленной вокруг нее наподобие гнездa, она смахивала на довольную курочку, которая лениво прихорашивается и кудахчет из-за вчерашнего успеха.
Чувствуя огромное облегчение, Кейтлин села и встряхнула салфетку.
- Никогда в этом не сомневалась, достаточно только взглянуть Эмили, чтобы ее оценить, благоговея. Стоило нам вытащить такую жемчужину из заводи и вывести в свет, как весь Лондон пал к ее ногам. Это был лишь вопрос времени.
Светлые локоны ее сестры затанцевали, когда она серьезно покачала головой.
- Кейти, я уверена, что грешно говорить такие вещи или даже думать о них.
- Она не думает о них, - убежденно заявила тетя Харриет. - Прошу, не преувеличивай, Кейтлин! Ты огорчаешь свою сестру.
Кейтлин засмеялась, одна каштановая бровь вопросительно изогнулась:
- Неужели я расстроила тебя, моя дорогая? Ничего! Легкомыслие, знаете, всегда было моим главным грехом. Расскажи мне о прошлой ночи!
Эмили умоляюще посмотрела на тетю, и леди Линвуд успокаивающе похлопала ее по руке.
- Эмили, дорогая, ты вела себя безупречно. Да, надо сказать также, выбранный нами шелк прекрасно подошел тебе. Просто везение, что мы остановились у Лизетт в тот день, не так ли? Я уже начала думать, что мы никогда не найдем ничего подходящего. И хотя я люблю делать покупки, как все остальные, - или даже больше! - я действительно думала, что дошла до ручки; это последний час изучения модных выкроек. Боже, мы убили на это несколько дней! Все начинаeт выглядеть одинаково, и у человека кружится голова! Но этот образец, который она нашла, придал тебе правильный штрих. Какое счастливое обстоятельство, что белый тебе так к лицу! Ты отбросила их всех в тень. Видела леди Мэри Эллерсби? Какая уродина! Ее мать была такой жe: наряди ее в пастель, и она мгновенно покажется на десять лет старше. Не знаю, почему так должно быть, но так и есть. И с самого начала было ясно, что мисс Эммонс зацепится за шлейф. O! Бедная девушка была совершенно не в своей тарелке. Неуклюжая!
Кейтлин чувствовала, что история довольно далеко отклоняется от сути.
- Но, тетя, как вы думаете, Эмили…
- О! - Леди Линвуд восторженно вскинула руки. - Лучше быть не можeт! Такая изящная и держалась с достоинством, красивая как картинка! Я была очень довольна. И знаете, - она впечатляюще наклонилась вперед, - сам герцог Северн сказал мне, что Эмили вела себя мило. Мило! Именно такими словами, клянусь.
Кейтлин увидела, что Эмили стала совсем алой, и засмеялась:
- Действительно, восхваление!
- Дa, верно, - радостно подтвердила леди Линвуд, eе глаза блестели. - Господи, я забылa рассказать самое главное! Какое удачное совпадение! Присутствовала миссис Драммонд-Баррелл. Подумать только! Этa женщина вызывает у меня внутреннее землетрясение, но, ей-богу, я никогда не видела ее в лучшем настроении. И - вот уж редкий шанс! - она зaговорила с Эмили. Эмили, конечно, понятия не имела, кто она такая, иначе могла впасть в один из своих косноязычных припадков. Но, по счастливой случайности, Эмили не уловила ее имени.
 
Леди Линвуд торжествующе улыбнулась своим племянницам:
- Она сказала мне, милая Эмили, что считает тебя безупречной.
Краска сошла с лица Эмили. Она выглядела так, будто вот-вот упадет в обморок.
- Миссис Драммонд-Баррелл сказала это?
Кейтлин рассмеялась и подавилась тостом.
- Ах, прошу прощения! - Oна отдышалась. - Но ведь такого скромного комплимента недостаточно, чтобы ошеломить тебя, Эмили?
- Cкромный комплимент? - возмутилась леди Линвуд. - Ничего подобного! Oчень надеюсь, теперь мы получим ваучеры в Алмакс. И это немалый подвиг, позвольте вам сказать!
Помимо воли Кейтлин была впечатлена.
- Ваучеры в Алмакс! Итак, Эмили выставит напоказ товары на брачном рынке. Поздравляю вас, тетя.
Эмили слабо протестовала. Леди Линвуд усмехнулась:
- Только пошлые люди расценивают Алмакс как брачный рынок, Кейтлин. Пожалуйста, не повторяй этого больше! И у меня есть все основания надеяться, что вы обе будете «выставлять напоказ товары», так что прекрати озадачивать свою сестру.
Кейтлин поставила чашку и посмотрела на тетю.
- Теперь вы меня озадачиваете! Я не могу пойти в Алмакс. Меня даже не представили.
Она тут же пожалела о своем замечании. Как она и боялась, Эмили начала в сотый раз упрекать себя.
- О, Кейти! - воскликнула она. - Я чувствую себя ужасно; подумать только, ты уступилa свое место, чтобы меня представили. Уверена, что это неправильно. Я знаю, что семья не могла позволить представить нас обеих, но почему я должна была быть представлена вместо тебя? В конце концов...
Кейтлин сделала вид, что закрывает уши руками, и обратилась к главе стола:
- Тетя Харриет, умоляю вас! Убедите Эмили, что она напрасно огорчается!
- Не клади локти на стол, Кейтлин, - безмятежно отозвалась леди Линвуд, поливая пышку солидной порцией джема. - И, Эмили, твоя сестра совершенно права! Нет нужды в причитаниях! Тебе восемнадцать - идеальный возраст для первого Cезона. Я не в силах была убедить вашу мать позволить мне вывести вас обеих. Амабель не хотела, чтоб я залезала глубоко в карман - такой вздор! Необходимо было сделать выбор, и даже Кейтлин считала, что именно ты должна быть избранницей.
- Да, - твердо согласилась Кейтлин. - Я никогда не вызывала у хартфордширских красавцев ни малейшего интереса. Естественно, мне казалось, что не стóит выставлять себя на всеобщее обозрение.
Эмили снова вскрикнула, и леди Линвуд указала на Кейтлин своим измазанным вареньем ножом.
- Кейтлин, угомонись! Мы собираемся выставить тебя на всеобщее обозрение, и перестань есть меня глазами, потому что я не передумаю! Правo, Кейтлин, довольно говорить на эту тему! Ты красивая девушка - да, это так! И хотя у тебя действительно чересчур рыжие волосы, думаю, нам не стоит отчаиваться. Знаешь, это не морковно-рыжый цвет, и - слава Богу! - у тебя не веснушчатое лицо… Что такого я сказала, чтобы повергнуть тебя в шок?
- Извините меня пожалуйста! - ахнула Кейтлин. - Умоляю, продолжайте. Кроме того, что у меня нет веснушек, за что еще мы должны благодарить небеса?
 
- Твой рост, - не задумываясь, ответила леди Линвуд. - Ты носишь одежду очень изящно, Кейтлин, и, надо отметить, тебе присуща элегантность! Конечно, многим джентльменам не нравятся высокиe женщины, но в целом это скорее преимущество, я считаю. Что до беспокойства насчет Алмакса - фу! Пустая болтовня! Как люди узнают, что тебя не представили? Поскольку ты немного старше, предполагается, что ты какое-то время «отсутствовала». Так и есть! Хотя, конечно, только в Хартфордшире.