Янтарное взморье

Ника тщательно поискала в себе упомянутое беспокойство. Ну, кровь. Капельки. Не ручьем же, чего беспокоиться?
— Мужчины — некоторые из них — особенно те, что постоянно заняты, — продолжила свою мысль Галя. — В глубине души ждут, чтобы о них позаботились. Им нужна не профессиональная медицинская помощь в такой момент, а немного человеческого тепла и заботы. Все они были детьми. Разбивали лбы и коленки. Не шли с ними плакаться к мамочке, но когда она прижигала им ранки йодом или там зеленкой, то дула на ранку — и становилось не больно. Внутри каждого сильного самостоятельного мужчины есть такой мальчик.
— И? — все никак не улавливала ход мысли подруги художница. — Я тоже как-то расшиблась. Мне тоже дули на рану. Я — мальчик?
— Ты бестолочь, — Галка цокнула языком. — Я тебе о заботе говорю. Отклик на тепло, понимаешь? Нередкий прием, кстати, как завязка для романтических отношений. Еще лучше, если ранка на лице. Туда прям очень романтично клеить пластырь.
— Ну извини, по физиономии он себя веником из роз не хлестал, — Вероника представила себе озвученное, хохотнула.
Сработал таймер духового шкафа, хозяйка отвлеклась на неизменно важное — на пищу. Вкусную и здоровую, в чем вскоре они обе убедились. К разговору вернулись уже по насыщению.
— Есть, конечно, вероятность, что он в период отсутствия кувыркался с… как ее? — взгляд Гали стал немного хищным, но почти сразу смягчился. — Элиной? Если она замужем, то это бы многое объяснило. Свалили из города, где-нибудь на фоне горы Маттерхорн в тихом хостеле отрывались без риска попасться. Но это слабая версия.
— Почему? — Ника заинтересованно подалась вперед.
Она даже близко не могла понять, как старшая подруга приходит к подобным выводам. Зато уже думала, а не выпросить ли на пробу тех травок из Тибета? Ей порой тоже пригодилось бы успокоение.
— Зачем бы он звал тебя на живопись с ней? — «выкатила» Галка встречный вопрос. — Утомила так, что без третьего лишнего не готов с ней встречаться? Сравнить вас двоих? Не. Чушь и то, и то. Даже если он с ней спит, это не суть важно.
Хозяйка отвлеклась на заваривание новой порции чая. Затем продолжила.
— Очень может быть, что ты права, — Галя слегка нахмурилась. — И дело связано с вашей безумной игрой.
— Чего это она безумная? — насупилась Вероника.
— Я видела скрины игровых сессий мужа, — непреклонно ответила подруга. — Кое-что симпатично, что-то приемлемо, но многое — безумие чистой воды. Не спорь. У нас разные взгляды, очевидно. Я о другом вообще. Смотри: твой сэнсэй легко узнал тебя на игровой записи. Он тут же понял, что ты в игре. Узнал, какая именно игра. Почему то, что ты там делаешь, необычно, в это он так же вник. Вывод может быть один: он знаком с этим вашим Восхождением изнутри.
Ника заторможено кивнула. В этом, в отличие от пространных рассуждений о ранках, зеленке и тепле, имелась логика.
— Есть что-то опасное в вашей игре? — внезапно спросила хозяйка.
«Две недели назад пропал казначей Парусов с Черепом», — всплыли в памяти гостьи слова Мирославы. — «Три дня назад нашли тело казначея. Со следами множественных ранений, иначе говоря — пыток».
«Гале нельзя волноваться», — внутренний голос звучал убедительно.
— Не думаю, — взгляд Ники заскользил по кухонным шкафчикам, как бы выискивая, где подруга хранит свои умиротворяющие травки. — Это всего лишь игра.
— Поведение твоего куратора обретает смысл, если он хочет уберечь тебя от некой опасности, — высказала свою догадку Галина. — Как раз в духе мужчины, который привык все взваливать на свои плечи. И тащить, пока, как старый ослик, копыта не откинет.
— Хм, — студентка озадачилась.
— И такому не помешала бы забота! — снова разговор повернул не в то русло.
Вероника резко вспомнила о некормленой птице в запертой комнате. Вот кому забота реально нужна!
Засобиралась, попросила чмокнуть в щечку Леську, передать привет — без поцелуев — Лешке. Самой Гале пожелала здоровья, и побольше, побольше, чтобы хватило на двоих и еще осталось.
И ретировалась. Сбежала, попросту говоря.
И всю дорогу до дома обдумывала Галкины слова и выводы. Как будто пересыпала зернышки из миски в миску. В процессе высматривая хорошие зерна и подпорченные. Получалась…
Ерунда получалась.
    
Прода 24.08.2024
Ничего лучше, чем оставить ситуацию, как есть, Ника так и не придумала. Оставить в подвешенном виде. Пусть они (и Стас, и разговор этот, связанный с капсулой) дозреют, что те фрукты.
Мы ведь ждем, пока яблоко или слива вызреет, не обдираем и не жрем кислятину? Если речь, конечно, не о соседском сливовом дереве, нам не восемь, и мы не в деревне у бабушки…
К сожалению, бабушек-дедушек Вероники давно не было рядом. Бабулечка со стороны матери продержалась дольше всех. Но те соседские сливы в летние каникулы между первым и вторым классами, стали последним воспоминанием о маминой маме…
Вероника против воли заерзала на автобусном сиденье. Ее «нижние девяносто», оказывается, тоже хранили воспоминания о той вылазке за фруктами с деревенским пацаньем. И о том, как бабуля порола за шкоду с элементами воровства. Для порядочной женщины то был невообразимый криминал.
Так вот, возвращаясь к Стасу: созреет — разговору быть. Не созреет? И «латина» с ним.
Ей бы тоже пора созреть… на друга для пернатой бестии. Эта замечательная птица за время отлучки хозяйки растерзала тетрадку Анютиных глазок. Там были конспекты по теории искусств. Потапова решила поделиться доступными сведениями, и теперь они (сведения) отдельными клочками усыпали стол, стул, пол…
— Да, стоило убрать тетрадь, — кажется, спокойствие Галины, сравнимое с белоснежными шапками самых высоких горных вершин, передалось и Нике. Не иначе, с чаем. — Так вот, оказывается, что на самом деле значит: иметь обрывочные знания.
Внеплановая уборка слегка отложила переход к другим бумажным обрывкам. Восхождение и карта сокровищ в итоге дожидались своего часа. Но сначала Вив получила свою порцию общения с хозяйкой. Не выговоров в воспитательных целях, а беготни по рукам-плечам-голове, копошения в волосах и пересказов коротко остриженным ногтям Вероники пернатых новостей.
 
Лететь за сокровищами Хэйт собиралась в компании. Не потому, что страшно вместо клада обнаружить отряд вражин, а потому, что друзья тоже жаждут приключений.
Кстати, решение выбить всех уродов (и в людском облике, и в виде концентрированной тьмы) дало плоды. Кроме эссенций тьмы с исчадий и золота с рядовых призраков моряков, с капитана Сантьяго Ненависть получила недостающую часть карты сокровищ, пару неплохих колец и серьгу.
Вся «бижа» шла на пятидесятый уровень, таким могли похвастаться только Спиритус и Монк, но им предметы не подходили по статам. Ушел лут пока что в копилку — в ведомство казначея.