S-T-I-K-S. Двойник 4. Дом восходящего солнца

— В точку, — отозвался Ампер. — Выходи давай, и кто там с тобой, муры?
— Нет, две девочки лет пяти-шести, а выйти мы не можем, на цепи сидим. Заходи, не бойся, тут два мура остывают. Но я со стволом.
— Вхожу, на шмаляй, а то Ринка не посмотрит, гранату закинет.
— Она может. Только ты гонишь, что она тут, иначе бы уже обозначилась. Жива?
— Да, порядок, потрепало ее немного. Вхожу.
Ампер разогнулся и потянул за ручку двери, та была тяжелой, явно с бронированием, и открывалась с немалым усилием. Но ломиться внутрь не спешил, сначала заглянул, быстро высунув голову и осмотрев, что мог, при скудном освещении, Погорелов уже без страха вошел внутрь.
Два трупа муров валялись у двери, один получил пулю в затылок, второй прямо в лицо, третий лежал у самой решетки, которая делила кузов на две части. Таган сидел прикованным к стене в жестком ошейнике и цепью длинной в метр. Рядом с ним две девчушки, удивительно похожие друг на друга, маленькие головки светлые, глазки настороженно следят за незнакомцем.
— Мушкет Амперу, Таган жив, сейчас освобожу его.
— Принято, — отозвался снапер. — Значит, уже не зря столько народу погибло.
— Ампер Рине, как он? — тут же вклинилась в беседу блондинка.
— Нормально, сидит на цепи. Все, не отвлекайте. Как там Агент?
— Очнулся, руки ноги целы, но ливер, похоже, серьезно отбило. Наглотался живца, сидит рядом, передает привет. Сказал, что он тебе должен.
— Принято, конец связи.
— Ты долго будешь там телиться? — подал голос бывший командир стронгов.
— Иду, — отозвался Погорелов. — А третья девочка где? — вспомнив, что пленник говорил о трех, спросил бывший прапорщик.
— Нет ее, — тут же помрачнев, произнес Таган, — забрали позавчера, обратно не вернулась.
Ампер промолчал, да и что тут скажешь?
— Как пистолетом завладел? — глядя на пустую кобуру покойника, спросил он, меняя тему.
— Повезло. Ты же в курсе, я слабый кинетик. Он упал удачно, ему пуля прилетела, когда он решил нас мочкануть, вот и выронил пушку. Только ведь все равно не дотянулся бы, а тут дар выручил, едва хватило, чтобы подтянуть. Ключи у него в кармане, давай, Ампер, не морозься, выпускай нас отсюда, задрали меня эти цепи. Как вы здесь оказались? — пока Погорелов рылся в карманах покойника, спросил Таган.
— Пришли к секретному кластеру в компании институтских, — поднимаясь с корточек и подбирая ключ в полутьме кузова, ответил бывший прапорщик. — Все очень непросто, Таган.
— Кто из наших здесь?
— Я, Мушкет, Рина. Амбал погиб несколько минут назад в бою. Ходок с институскими, нам его еще забирать и кончать их. Еще новичок — Агент, его приняли, когда тебя уже захватили. Хороший парень. Градус на одной ноге остался в стабе в двух сутках пути отсюда. Каа в Гуляйполе. Все, больше никого, остальные погибли. Нет больше красных медведей.
— Жалко, хорошие люди были, — искренне переживая, произнес Таган.
Две девочки рядом с ним все это время молчали.
— Что-то твои спутницы не разговорчивые, — наконец, отперев дверь и заходя в клетку, произнес Ампер.
— Им языки вырезали, — сверкнув глазами, с ненавистью произнес пленник. — Они плакали, домой просились. Вот Жареный и приказал их заткнуть. Эта падла жива?
Ампер пожал плечами.
— Не знаю, мы только начали досматривать поле боя, сейчас в живых остались вы, и те, кто заперся в трейлере. Пять человек.
— Внешники, — растирая шею, избавленную от хомута, ледяным голосом произнес Таган, — хороший счет к ним накопился. Эта ублюдская мурская рожа ехала в одном из бронеавтомобилей.
— Тогда вряд ли, — освобождая девочек, ответил Ампер, — там наш сенс живых не засек.
— У этой падлы даров, как у дурака фантиков, мог и уйти. Надо каждый труп осмотреть. Если ушел, плохо, он — тварь живучая.
 
    
Глава семнадцатая. Прощальная гастроль
Таган подобрал автомат одного из погибших муров, быстро отсмотрел его, швырнул на пол и взял другой, точно такой же, как тот, трофейный стрелковый комплекс, затем стащил с покойника куртку-разгрузку, скрещенную с броником, после чего, стянув свою, загвазданную кровью, переоделся в новую. Та села, как влитая.
— Не тяжеловат?
Таган покачал головой.
— Тут таких много, все заберем, дорого и очень понтово. — Потом повернулся к девочкам. — Маша, Света, сейчас мы выберемся отсюда, плохих людей больше нет, но вы пока что должны выполнять то, что я скажу.
Две кудрявые головки активно закивали. И Ампер поймал себя на мысли, что жалеет, что все муры мертвы, хотелось оживить их всех до единого и потом убивать, используя весь арсенал пыток, который Погорелов знал. Он спрыгнул на землю и махнул рукой троице, которая, рассредоточившись, прикрывала грузовик.
— Потопали к Шомполу и Шраму. Пора пообщаться с суками из трейлера.
Таган, повесив стрелковый комплекс на грудь стволом вниз, шел следом, держа девчушек за руки.
— Я Зил, — обернувшись, представился подземник. — А это Суржик и Лом.
— Таган, — представился бывший командир медведей, — но все остальное потом, мужики, — покачал головой стронг, — сейчас меня занимают только ублюдки вон в той навороченной фуре.
Трейлер «длинной руки» стоял, накренившись на правый борт, мощная бронированная кабина была разворочена, не зря Мушкет уговорил Шомпола, десяток противотанковых мин в поле раскидать. Все, кроме Ампера и Тагана, с удивлением разглядывали гигантскую махину. Оно и понятно, немного в Стиксе транспорта подобного уровня.
— Как пойдем? — спросил Шомпол.
— Через развороченный борт, — ответил Погорелов. — Там, сзади, комната дезинфекции, можно встрять. А тут ПТУР или что-то другое такую дыру пробил, почти дверь.
Шомпол кивнул.
— Видел такие?
— Я даже был в нем, захватили у внешников, потом муры отжали его для своих хозяев.
— Согласен, — подключился Таган, — оптимальный вариант, они там все в боевых костюмах сейчас, с замкнутым циклом, газом потравить не выйдет. Разве что сверкалками и хлопушками забросать. Может, хоть на минутку их задержит. Драться они будут до конца.
— Есть у нас такие игрушки, — задумчиво произнес Шрам, — вот только не здесь.
— Ну, если тут нет, значит, и разговаривать не о чем, — подвел итог Таган. — Ствол, который заперт в сейфе и которым ты не можешь воспользоваться, не делает тебя вооруженным. Меняем план. Берем гранат, каждый по две, и кидаем внутрь. Кольца не вырываем, громко орем — grenade, поскольку крестовики бритиши, и идем следом. Я пойду первым на стволы, глушим их или, если огрызаются, убиваем. Все мне там не нужны.