Король воронов

— Да, тренер.
Ваймака ответ явно не убедил, однако давить он не стал.
— Так нам стоит поговорить насчет вчерашнего?
— Нет, тренер.
— Тогда не рассиживайся. Эндрю сказал, вы договорились утром встретиться на стадионе. Я тебя подброшу. — Ваймак одним глотком допил остатки кофе и двинулся к выходу.
За время короткой поездки до стадиона Нил, сидевший на месте переднего пассажира, не произнес ни слова. На парковке стояли всего два авто — машина Эндрю и минивэн уборщиков. Ваймак высадил Нила у тротуара. Прежде чем тот закрыл дверь, тренер пальцем поманил его поближе, перегнулся через сиденье и посмотрел ему в глаза.
— Передай Эндрю, чтобы держал свои говенные теории при себе.
— Да, тренер.
Нил захлопнул дверцу и, не дожидаясь, пока Ваймак уедет, двинулся прочь. На двери служебного входа набрал код, менявшийся каждую неделю, и прошел по коридору к раздевалкам. Свет везде горел, но помещения пустовали, поэтому он отправился сразу на поле. В самом его центре, на отпечатке лисьей лапы, одиноко сидел Кевин, одетый в джинсы и футболку. Нил мысленно задался вопросом, долго ли Кевин вот так просидел, дожидаясь, пока он выспится.
Эндрю нашелся быстро: он бегал вверх-вниз по трибунам. Нил бросил сумку возле скамейки запасных и зашагал к Кевину.
При виде Нила Дэй не поднял головы и на его появление вообще никак не отреагировал. Нил сел напротив, на расстоянии вытянутой руки, и посмотрел в лицо Кевину, пытаясь разглядеть в нем правду, которую по-прежнему не хотел знать. Уголок рта Кевина страдальчески дернулся — неизбежный разговор определенно не доставлял удовольствия и ему, — и от этого Нилу стало совсем тошно.
— Почему Рико сказал, что купил меня? — задал он первый вопрос.
Кевин молчал так долго, что Нилу уже начало казаться, будто все это — лишь дурной сон, однако в конце концов Кевин заговорил.
— Ты же не он, правда? — Голос был тихий, едва различимый. — Пожалуйста, скажи, что ты не Натаниэль.
Услышав свое настоящее имя, Нил стиснул зубы, но болезненную гримасу скрыть не удалось.
— Не называй меня так. Неважно, кем я был. Сейчас я Нил.
— Если бы все было так просто, — сокрушенно сказал Кевин, уже чуть громче. — Зачем ты приехал сюда?
— Больше некуда было. Тогда, в Аризоне, я подумал, что ты прилетел, потому что узнал меня, но по твоему виду понял, что это не так. Я подумал, что могу остаться, пока ты меня не вспомнишь.
— Ты решил. — В интонации Кевина проскользнуло нечто похожее скорее на истерику, нежели на издевку. — Идиот ебаный.
— Я был в отчаянии.
— Поверить не могу, что твоя мать на это согласилась.
— Она мертва. — Кевин открыл рот, однако Нил не дал ему заговорить. — Умерла год назад. Я похоронил ее на пляже, на западном побережье. Кевин, у меня больше никого и ничего нет. Вот почему я прибился к «Лисам». Я рискнул, решив, что ты вряд ли меня вспомнишь и что тебе неизвестна вся правда о моей семье.
— Разве мы могли тебя забыть?
Нил печально качнул головой.
— Приехав сюда, я не знал, что мой отец и Морияма — партнеры.
— Они не были партнерами. — Кевин оскорбился почти так же, как Рико.
— Я не знал, — повторил Нил. — Я вообще ничего не знал о семье Рико, пока в мае тренер меня не просветил. После этого я подумал, что, наверное, это и было поводом той нашей встречи много лет назад. Я думал, наши отцы договаривались о разделе территорий. А вчера Рико заявил, что мой отец принадлежит клану Морияма. Что он имел в виду? Почему сказал, что купил меня?
— Не ври мне, — процедил Кевин. — Мы и без этого по уши в дерьме.
— Мать так и не рассказала мне, из-за чего нам пришлось бежать. А я никогда не спрашивал, что стало для нее последней каплей. Я просто был рад убраться. С тех пор мы с ней ничего не обсуждали — разговаривали только о погоде или о том языке, на котором общались в новой стране, о местной культуре. Единственный раз, когда она сказала мне что-то действительно важное, случился перед смертью, но и тогда речь шла не об отце. И клан Морияма она не упомянула ни словом. В противном случае меня бы здесь не было, согласен? Так расскажи мне правду.
 
Кевин бесконечно долго сверлил Нила взглядом, потом яростно потер лицо ладонями и что-то глухо пробормотал на японском. Нил уже хотел встряхнуть его за плечо, но тут Кевин уронил руки на колени и заговорил:
— Твой отец был правой рукой господина Кенго, главным доверенным лицом и самым надежным инструментом в его арсенале. Территории, которые он контролировал, принадлежали семье Морияма. Он был управляющей силой империи Морияма, и он же обязан был принять вину на себя в случае уголовного расследования. Его могущество и обернулось для тебя проблемами. Ты ни за что бы не стал его преемником. Оберегая трон, господин Кенго очень тщательно выбирает свое окружение. Кумовство и родственные связи подрывают безоговорочную преданность боссу, члены семей, работающие вместе, начинают в первую очередь заботиться о собственном благополучии. Проще всего было тебя убить, но господин Кенго дал тебе шанс оправдать свое существование. Твоя мать записала тебя в Малую лигу экси, чтобы ты начал тренироваться. День, когда мы встретились, был днем твоего просмотра.
— Стоп, — запротестовал Нил. — Стоп. Что?
— Ты должен был стать таким, как я, — пояснил Кевин. — Подарком тренеру, его рабочим материалом. На просмотр отводилось два дня: первая игра — чтобы выявить твой потенциал, вторая — убедиться, что ты способен подчиняться тренеру и выполнять все его указания. Если бы ты не прошел отбор, твой отец умертвил бы тебя собственными руками.
Нил сглотнул.
— И… как я справился?
— Твоя мать не стала рисковать. Вторая игра не состоялась. Накануне ночью мать забрала тебя и исчезла.
По телу Нила разлился жар — то ли тошнота, то ли ярость. На кого он злился? Мать всю жизнь ненавидела его одержимость экси. Постоянно твердила, чтобы он больше не смел брать в руки клюшку, но ни разу не назвала причину. Точно так же Нил не понимал ее нежелание объяснить, от чего вообще они бегут.
— Меня сейчас стошнит, — признался Нил, поднимаясь на ноги.
Он уже почти встал, когда Кевин схватил его за запястье.
— Натаниэль, подожди.
Нил выдернул руку до того резко, что Кевин едва не растянулся на паркете.
— Не называй меня так!
Он попятился, но Кевин тоже встал и двинулся к нему. Нил предостерегающе вскинул ладонь. Мысли разлетались в разные стороны. Он смотрел на Кевина и видел татуировку на скуле, карьеру и славу, которую мог завоевать в другой жизни. Если бы он произвел впечатление на тренера Морияму, то рос и воспитывался бы вместе с Рико и Кевином в «Замке Эвермор». И носил бы татуировку с цифрой «3», которая сейчас украшает скулу Жана Моро.
Нил испытал горячее желание возненавидеть свою судьбу. На мгновение ему это удалось. Он вырос запуганным ничтожеством, в то время как мог стать одним из Воронов, а в будущем попасть в национальную сборную. Он так страстно любил экси, что отнятый шанс на успех должен был вызвать в нем бурю негодования. И все же ему хватило одного взгляда на Кевина, чтобы осознать: такую жизнь он возненавидел бы не меньше. Он бы учился у лучшего тренера, играл за лучшую команду, но при этом жил бы словно в клетке и постоянно подвергался насилию. Может, он и провел последние восемь лет в бегах, но по крайней мере был свободен.
Нил наконец понял, кто держит его на поводке. Вчера Жан сказал, что ему никогда не стать Лисом, а еще посоветовал Кевину указать Нилу его место в иерархии Воронов и укоротить язык в общении с Рико. Рико до сих пор считает Нила своей собственностью, по ошибке попавшей в чужие руки. Теперь, когда Нил узнал правду, Рико ждет, что тот покорно склонит голову и встанет в строй. «Этого не будет», — хотел сказать Нил, но вместо этого выдохнул:
 
— Я так не могу.
— Тебе надо бежать, — произнес Кевин.
— Не могу, — повторил Нил и провел трясущимися пальцами по волосам. Успокоиться это не помогло; дрожь била его с головы до ног. — Кевин, я бегал восемь лет. Это было ужасно, даже когда была жива мама. Теперь я совсем один. Куда мне бежать? Эндрю считает, что для меня безопаснее оставаться здесь.