Яркая Искра забытой любви (СИ)

— Тебе это не понравится, — скривилась Жасмина, отводя взгляд. — Если коротко, то просил обращаться к нему, когда разочаруюсь в своей семье…
— А если подробно? — Настаиваю я.
— Мне неприятно об этом говорить, — совсем сникла малышка и повела плечиками, прося отпустить ее. — Но никаких намеков на трагедию точно не было. И угроз тоже.
— Позволь мне посмотреть самому? — Прощу ее, прекрасно зная, чего она боится. — Я не трону другие воспоминания.
Искорка замялась на какой-то миг, но потом неуверенно кивнула и попросила:
— Только папе не говори, он расстроится.
— Не могу обещать, — я не стал врать и давать несбыточных обещаний. Снова притянул к себе ближе девочку, крепко держа за плечи.
— Что? Что я должна делать? — Насторожено спрашивает, когда моё лицо оказывается слишком близко от ее.
— Просто расслабься, — улыбаюсь я, — не сопротивляйся, и не думай, — и накрываю ее губы своими, налаживая контакт. Я не менталист, мне значительно труднее подключиться к чужому сознанию. Подобные манипуляции ощутимо грызут резерв, буквально высасывают его, особенно если объект будет противиться. Поэтому мне важно ее согласие и подчинение. Это даст мне призрачный шанс не свалиться с истощением. И девочка сдается. Открывает мне свои воспоминания, впуская меня в тот день в тот самый момент, когда Градацкий Артём перешел ей дорогу, а точнее подкараулил под университетом.
И пока мои губы и язык отвлекают Жасмину от моего присутствия в голове, я пользуюсь возможностью и запоминаю всё, что было сказано гадом, даже то, на что он лишь намекал между слов.
Демон внутри бесновался от осознания, что кто-то другой позарился на нашу Искорку. Бесновался настолько, что не позволял мне отпустить девочку, хотя я уже покинул пределы ее сознания. Но отпустить такие желанные и такие долгожданные губы не в силах. Меня откровенно кружило от легкой слабости. Растратил резерв изрядно. Но отстраниться и уйти на отдых оказалось выше моих сил. Я лишь яростнее впивался в губы своей Искорке, вжимая ее в себя с такой силой, словно в последний раз.
Неосторожное движение и полотенце летит на пол, позволяя мне чувствовать нежность кожи под руками. Я больше не удерживаю малышку, она сама обнимает меня, зарываясь пальчикам мне в волосы и притягивая ближе. Вот она. Отдача. То, чего мне так не хватало. Подхватываю Жасмину под ее аппетитную попку, и тут же она обвивает меня ногами. Спешу усадить девочку на ближайшую тумбу и продолжить неистово целовать, унося ее на волнах ее первой страсти. Нащупываю руками спелую грудь и сжимаю в порыве обладать. В секундном разрыве наших губ, ловлю ее судорожный вздох и врываюсь в пошло открытый ротик с новой страстью. Никакого сопротивления мне, сплошной огонь. Мой руки обхватывают хрупкое тело и притягивают ближе. Вжимаюсь в девочку весьма ощутимым стояком. О, ДЕМОНЫ! Это же сумасшествие какое-то! Отрываюсь от истерзанных жестким поцелуем губ, чтобы впиться голодным вампиром в нежную шейку, прикусить сладко, втянуть аромат ее желания и… резко протрезветь!
— А МРАК! — оторвался я от Жасмины, отшатнулся, как от огня. — Подведешь меня под монастырь…
Жасмина не ответила, только дышала часто-часто и смотрела на меня с каким-то ужасом в глазах. И с чего бы это ужас-то, а? Вроде всё ей нравилось, отвечала так, что у меня всё нутро скрутило от вожделения. А сейчас похожа на перепуганную мышку, забившуюся в угол.
— Уйди, а?! — жалобно просит она, восстановив дыхание и поджимая под себя голые ножки, пытаясь прикрыться им. Не глядя стянула с вешалки первую попавшуюся под руку тряпку и прикрылась.
— Искорка… — я потянулся обнять и извиниться, но она лишь крепче вжалась в стенку, словно я ее бить собрался.
— Прости, Малыш, я… я держу себя в руках. Не трону. Прости. — Я подобрал полотенце с пола и укутал ее, чувствуя, как от каждого моего прикосновения она стыдиться и куксится всё больше и больше. — Прости, прости, это моя вина. Надо было остановиться раньше. — Прижал к себе закутанную в полотенце Искорку, боясь оторваться от нее. Прогонит ведь. — Тебе нечего стыдиться. Всё нормально. — Мой быстрый шепот ей в макушку.
— Уйди, — взвыла она где-то в районе моей груди. — Исчезни, Ортайл. Не хочу тебя видеть!
— Прости, — целую ее мокрую растрепанную голову, — ты не должна стыдиться меня. Наша близость всего лишь вопрос времени.
— Не факт, — мрачно грозит девушка.
— Жасмина, глупо отрицать очевидное. Ты ведь хотела меня так же, как и я тебя. Это нормально. Просто не вовремя.
— Алекс, заткнись, — просит совсем уж жалобно. — Ничего я тебя не хотела и не хочу.
— Искорка, я демон. Помни об этом, когда будешь пытаться мне солгать. А еще, — я всё же рискую взглянуть в глаза, мечущие молнии, — я чувствую твоё возбуждение. И мне чертовски нравится этот запах. Настолько, что крышу сносит. — Смотрю голодным взглядом на ее губы и сам себе мысленные пощечины выдаю, чтобы не сорваться. И Тьма моя усиленно мне помогает, отвешивая подзатыльники.
— Ты узнал, что хотел? — Отвлекает меня от внутренней борьбы Жасмина, пытаясь оттолкнуть. — Можешь идти.
— Об этом нам тоже надо поговорить, — вспоминаю я откровения Градацкого. — Ты ему поверила?
— Я не хочу ничего знать. Я не вынесу такого предательства. — Она отворачивается, чтобы не встречаться со мной взглядом.
— Но всё же тебе надо знать правду. — Настаиваю я. — Но не сейчас. Отдохни. — Я ласково убираю непослушную прядь волос с лица своей девочки и дарю аккуратное касание губ к виску, попутно возобновляя свой маяк. — Мы договорим завтра. Надеюсь, за ночь ты ничего не придумаешь и не отчебучишь на радость всем врагам. — Ухожу с тяжелыми мыслями, но с лёгким сердцем. Будет непросто, но огонь, с каким она отвечала мне, придает и силы и надежду. И моя Тьма довольно потирает ручки на задворках моей души, ожидая свой Светоч, свою маленькую, но яркую Искорку счастья.
— Алекс, — окликнула меня Жасмина уже от дверей. — Почему… ты остановился? — еле слышно дрогнул чуть хрипловатый голосок.
— Я не знаю, как отреагирует твой Источник. Что, если он погаснет, не проснувшись? Обычно слияние душ происходит уже с инициированным носителем Света, после осознанного принятия Источником Тьмы.
— Слияние душ? Как у родителей?
— Да, Искорка, как у родителей, — усмехаюсь я. Всё-таки не смотря на размер груди, она сущий ребенок в душе.
— И что это? Это… какой-то ритуал? — Не унимается она, заставляя меня терпеть пытку, рассматривать ее такую беззащитную, кутающуюся в полотенце, как в последний оплот нравственности. Я замялся на долю секунды, размышляя, как ответить на ее вопрос. Но решил, не лукавить и не выкручиваться. В конце концов, нет смысла лгать.
— Секс, Искорка. Самый простой способ соединить души, через воссоединение тел.
Жасмина задохнулась от возмущения, побагровела и не нашла подходящих слов. А я воспользовался ее негодованием и быстро скрылся за дверью.
Сам себе улыбнулся. С ее телом, оказалось, договориться, куда легче, чем с характером. Но и с этим справлюсь. А сейчас спать. Надо восстановить потраченную энергию.
Всё-таки ментальные манипуляции для меня излишне энергоемки. Надо поменьше экспериментировать с недоступными мне материями. Боевая магия — моё. Артифакторика — неожиданный, редкий, но полезный талант. Целитель — легко, если это касается физической оболочки любого живого существа. Даже некромантия — тьфу на нее три раза, но тоже мне подвластна. Но не души и не сознания. Тонкие материи мне покорить не удалось. Нет предрасположенности. А ну и бес с ними! Спасибо Вселенной и за те таланты, что достались мне. Могло быть и хуже, если честно. Можно сказать, что я и так сорвал куш по навыкам.
С такими оптимистичными мыслями я и провалился в сон, вспоминая вкус ее губ и гадая, о чем сейчас думает моя Искорка такого близкого счастья.
  
Искушение или издевательство?
 
Покинув демонов, я поспешила в свою комнату. Отдых. Мне очень и очень, просто критично, как необходим отдых. Желание прям свернуться комочком и реветь, словно маленький ребенок. Но! Я взрослая, поэтому справлюсь. Да, меня, конечно, потряхивает изнутри, словно я на грани истерики, но не так, чтоб уж разреветься. Думаю, в моём случае можно обойтись и простым избиением боксерской груши. Как жаль, что папа мне запретил ее покупать. Как сейчас помню тот глупый разговор, улыбнулась я, окунаясь в воспоминания трёхлетней давности и пуская воду из душевки прямо на уставшую от сегодняшнего дня голову.