Академия Хаоса. Лабиринт стихий

Платье вдруг стекло по ее плечам, груди, крутой линии бедер, и Джемма перешагнула ткань, собравшуюся у ног синей лужицей. Прекрасная в своей роскошной наготе, она нырнула в воду без единого всплеска и появилась на фоне тумана. Темные волосы расплылись вокруг ее плеч, и она поманила нас пальцем, точно русалка.
— Меня зовут Джемма Кристо, — сказала она. — Я маг воды, патрульный, мастер хаоса. Я — та, кем вы лишь мечтаете стать. Так что слушайте меня, выполняйте все, что я говорю, и, может быть, однажды мы окажемся рядом на охоте.
Миранда закатила глаза и стала расстегивать рубашку.
— Я слышала о тебе, Миранда Корвена, — добавила Джемма.
— Да уж наверняка, — пробубнила подруга, неспешно раздеваясь под холодным взглядом преподавательницы.
— Если ты думаешь, что будешь на особом счету из-за интереса к тебе мастера Адалхарда, то ошибаешься.
— Очень на это надеюсь, — ответила Миранда. — Вот вообще не хочется внимания к моей скромной персоне.
— Действительно, все очень скромно, — фыркнула Джемма, когда Миранда, раздевшись догола, подошла к воде. — Печально скромно, я бы сказала.
Я повесила лифчик на вешалку, прислушиваясь к их разговору. Миранда дерзила, а Джемма, похоже, издевалась над ней?!
Айрис скинула разношенные черные туфли и с наслаждением погрузила ноги в белый песок. Ровена осталась в белье и теперь нерешительно трогала воду ногой. Я подошла к Миранде, заглянула ей в лицо. Черные глаза превратились в две щелки, а на щеках алел румянец.
— Могу сразу сказать, что тебе магом воды не бывать, — с жалостью вздохнула Джемма, все так же разглядывая Миранду. — Ты очень сухая. Сучок, я бы сказала.
— А вы — сучка, — выпалила я и сама внутренне ахнула от того, что сказала. — Вашим отношениям с ректором пришел конец! Скоро он женится. На Миранде. Но это не повод вести себя как...
— Сучка, — повторила Джемма, поворачиваясь ко мне, и ее синие глаза превратились в осколки льда. — Что ж...
Она медленно приподнялась над водой, вырастая из нее, точно богиня, и пошла по глади, как по твердому полу. Там, где изящная ступня с алыми ноготками касалась воды, мгновенно появлялась корка льда.
— Я расскажу вам про Лабиринт, — произнесла она весело. — Вы ведь все боитесь его.
— Нет, — ответила Айрис.
— Да, — прошептала Ровена.
Но Джемма смотрела на нас с Мирандой.
— В конце Лабиринта вы станете той стихией, которую выберет ваш хаос, — сказала Джемма. — Вы превратитесь в воздух, огонь, силу природы или смерть. А может, тебе повезет, — пруд вспучился под ее ногами горбом, и женщина посмотрела на меня сверху вниз, — и ты станешь водой. Я помогу тебе, — пообещала она ласково. — Всегда проще пережить что-то во второй раз, ведь так? Когда знаешь, что тебя ждет, не так страшно.
Она плавно повела длинными пальцами, и вода хлынула ко мне, закрутилась вокруг ног белыми бурунами, и поднялась до колен, взбираясь по коже.
— Не то чтобы я была против ваших отношений с Адалхардом, — заявила Миранда, — но теперь из принципа поставлю вопрос ребром.
Джемма лениво рассмеялась, и вода всплеснулась мне до пояса. Я будто попала в водоворот, из которого не могла сделать ни шагу.
— За ребрами дело не станет, — ответила Джемма. — Только они у тебя и есть. Бедный, бедный Родерик. Он, наверное, зажмурится и будет думать обо мне...
Злость исказила ее черты, мигом состарив на десяток лет. А я забилась в панике. Вода дошла до груди, я пыталась вырваться изо всех сил, но водяной столб снаружи покрылся коркой льда, сковав мое тело броней.
— Выпустите меня! — выкрикнула я, поднимаясь на цыпочки.
— А волшебное слово? — мягко напомнила Джемма, склонив голову к плечу.
Просить? Умолять? Я сцепила зубы, чтобы не стучали от холода.
Миранда схватила камень, ударила по льду, так что тот пошел трещинами, но тут же стал еще толще. Мои руки и ноги онемели, и я их почти не чувствовала.
— Зови на помощь! — выкрикнула Миранда Ровене, и та сняла с вешалки блузку, неуверенно глянув на Джемму.
— Не надо никого звать, — спокойно произнесла та. — Это урок, который вы все должны запомнить. Нельзя! Злить! Мастера! Хаоса!
Вода поднялась до шеи, плеснула в лицо.
— Если в этой дерзкой и невоспитанной девушке таится магия воды, то ничего с ней не станется, — сказала Джемма и обратилась ко мне: — Позови свой хаос. Почувствуй его. Глубокий вдох...
Я набрала полную грудь воздуха, задержала дыхание. Я смутно видела Миранду через слой воды и льда, слышала приглушенные крики, стук. Грудную клетку жгло, в глазах помутнело. Тело вдруг захлестнуло волной изнутри, от кончиков ног до макушки. Хаос!
Все вокруг меня словно взорвалось, а после я потеряла сознание, меня закрутил черный водоворот, и все исчезло.
***
— Она нестабильна, Родерик!
— А ты стабильна, Джемма? Ты что творишь? Едва не утопила студентку на первом же занятии!
— Она обозвала меня сучкой!
— Арнелла Алетт?
Ректор явно удивился, и я почти увидела, как должно быть приподнялась его перебитая бровь.
С трудом разлепив веки, я поморгала, облизнула губы. В горле першило и саднило, и дышать было тяжело, как будто на грудь положили камень. Отчаянно хотелось пить, что довольно забавно, если учесть, что я только что едва не утонула.
Потолок надо мной был белым и гладким, узкая постель, на которой я лежала, стояла посреди белого зала. Шкаф со склянками и шторка, за которой тенями виднелись силуэты спорщиков, — вот и весь интерьер. А что еще нужно в лечебнице, где исцеляют магией? Разве что стакан воды. Как раз такой, о котором мне мечталось, стоял рядом на тумбочке: слегка запотевший и полный почти до краев.
— И твоя эта... — Джемма запнулась, словно у нее язык не повернулся назвать Миранду невестой, — тоже хороша. Она взорвала лед. Разнесла всю колонну. Меня ранило осколком!
— Ты отличный целитель, Джемма, — ответил ректор. — Уверен, не осталось ни царапины.
— Просто ты не видел, что произошло, — сварливо сказала женщина.
— Не видел, — согласился он. — Значит, Миранда призвала огонь?
В его голосе отчетливо послышалась радость.
Я достала руку из-под простыни, прикрывавшей меня до шеи, потянулась к стакану.
— Ледяное крошево, пар, полкабинета в труху... Ты ведь еще помнишь, что происходит, когда встречается пламя и вода, — голос Джеммы изменился, став томным и нежным. Ее силуэт качнулся к мужчине.
— Помню, — ответил он и отстранился. — Но многое изменилось.
— Ничего не изменилось, — жарко возразила она, обвив его шею руками. — Я все так же люблю тебя. Я всегда буду тебя любить, даже если ты запечатаешь свой хаос. Даже если станешь обычным. Я не могу без тебя, Родерик! А ты отталкиваешь меня, как будто я совсем чужая! Собрался жениться на другой! А ведь я ждала твоего предложения долгие годы!