Слово рыцаря тьмы
Сиятельная Леди тяжело вздохнула и продолжила.
— Тёмный жрец. Я ненавидела его, боялась — и восхищалась им. Он разделил мою вину, и попытался всё исправить. Именно он обучил моих первых жриц, и организовал первые пограничные отряды. Он наградил меня насмешливым титулом — Сиятельная Леди, но люди восприняли иронию всерьёз. От него я узнала, что нарушенный мною ритуал должен был не просто погасить светило, но изменить законы мира. Срединный мир должен был стать миром Тьмы, преобразоваться так, что людям, животным и растениям больше не потребовался бы свет. Мы убили звезду, но не дали ничего взамен. И тогда хитрый Аристрарис подсунул умирающему миру меня. Подделку, жалкую копию светила. Глупую жричку, истекающую краденой Силой, яростным предсмертным Светом убитой звезды.
А ещё, он создал комнату Тьмы, в которой я отдыхаю ночами, а мир отдыхает от меня. Вложил в неё всю свою Силу, без остатка. И умер всего через несколько лет, как обычный смертный, непонятый и неоценённый мною при жизни.
Димка неопределённо кивнул, не зная, как реагировать. Посочувствовать, или промолчать. В конце концов, решил, что молчание — по-прежнему золото.
Леди продолжала, усталым, почти безнадёжным голосом:
— Я много думала о том, как можно вернуть всё на круги свои. Этот мир постепенно деградирует. Ты видел зелёных людей? Люди-деревья, люди-цветы, уже не способные существовать без магического света. Маги становятся всё слабее, рождаемость падает, земля, страдающая от перепадов температур, всё хуже даёт урожаи. Я пыталась передать послание одной из старших жриц. Если договориться о времени, можно перебросить мостик света над бездной Тьмы. Чтобы те, кто старше, могущественнее и мудрее меня, пришли и зажгли звезду, передали ей заимствованную мною Силу. Но посланники — могучие маги, храбрые воины, и даже двое моих собственных детей, бесследно сгинули на путях Тьмы.
Ты говоришь, что у тебя будет собственный ребёнок… А ты представляешь, что чувствует мать, раз за разом посылающая в бой своих детей?! Бросающая их на милость Тьмы каждую ночь, из года в год! В мирах Света моих мальчиков назовут метисами, и осудят меня за связь с людьми Срединных миров, осквернённых Тьмой. Но они — моя гордость, моя надежда и спасение! Я до сих пор жду, пока вернутся Левиз и Рубион, шагнувшие во Тьму, чтобы передать послание, и не поверю в их смерть, пока не увижу их тела. И буду ждать столько, сколько потребуется, хоть целую вечность…
В час, когда уходит надежда, остаётся лишь слепая вера. Знаешь, как звучало последнее пророчество Аристрариса? "Этот мир спасёт единение Света и Тьмы. Лишь отбросив предубеждения можно зажечь звезду".
Голос рассказчицы набрал силу, отражаясь эхом от гигантских зеркал:
— Скажи мне слуга Тьмы, как ты понимаешь это? Должна ли я во благо мира родить ребёнка, в котором соединятся две изначальные Силы, пусть это и считается невозможным? Или просто должна умолять тебя объединить силы с одним из моих детей, и доставить Кирана или Дарбена в ближайший Срединный мир, чтобы уже оттуда мой ребёнок отправился по тропам Света? А может быть, попробовать оба способа? Как уговорить тебя, чем заплатить?
Землянин тяжело вздохнул:
— Простите, Леди, но я бесполезен в обоих случаях. Вам ничем не поможет дитя с наследственным проклятьем, а провести кого-то по путям Тьмы — мне просто не хватит Силы. Мало того, что я сам блуждаю там наугад, так ещё и любой спутник начнёт там "светиться"! Его просто сожрут, как бы силён он не был, и меня за компанию!
Ответом ему был мелодичный смех. Именно смех, искренний и задорный, не истеричное хихиканье:
— Ах, бедняжка, ну как же можно быть таким наивным! Я усомнилась с самого начала, и хорошенько всё проверила. Это ключ, врождённый ключ к Тёмным путям, а никакое не проклятье! Когда существо, не обладающее должной Силой, нужно отправить в другой мир, в него вкладывают такой ключ! И я давала такие всем моим посланникам, просто вливая немного своей крови в их вены, а мои дети его просто унаследовали. Демон из сна обманул тебя и твоих предков!
Димка с недоверием покачал головой:
— Вы уверены? Но почему тогда меня вызывает каждый колдун по первому желанию? И почему я не могу ориентироваться? Какой же это ключ, если я брожу по путям, как какой-нибудь безмозглый Пожиратель, и даже обратно вернуться не могу?
— Это действительно странно. — Охотно согласилась Леди. — Мой ключ, унаследованный от матери, позволяет легко находить путь, и тем более, даёт возможность просто вернуться к его истоку, высшей жрице Света Аинти. Я мало знаю о Тёмных путях, но, может быть, тебе мешает заклятие?
— На мне есть заклятие? — Землянин невольно принялся осматриваться, и даже провёл рукой по груди, но снова услышал смех.
— Ты его не увидишь! Это ведь заклинание Тьмы, вложенное прямо в твою ауру, чёрное на тёмном. Я бы тоже не увидела, если бы мой Свет не деформировал твою Тьму. Вот и проступили все эти вычурные завитки и символы. Не знаю что это, но накладывал настоящий мастер, очень тонкая работа!
Димка сразу принялся перебирать вероятных виновников. "Дядя"? Сомнительно, зачем ему делать тайком то, что он мог запросто устроить честно. И даже силой, если бы младшему родственнику эта идея не понравилась. Но кто? И вдруг вспомнился ещё один сон. Неприятный, тревожный сон, посетивший его в лесу мудрых деревьев. Демон, наложивший проклятье, пришёл пообщаться. Нахамил, почему-то назвал родичем и… точно, что-то должно быть сделал! Слишком был реален этот укол в сердце!
— Тварь! Сука бесформенная! Значит, это было реально? Но зачем?!
— По твоему тону я полагаю, что это не благотворное заклинание. Хочешь — я сниму его? — Леди сейчас говорила абсолютно серьёзно. — Можно сказать, верну долг. Ты ведь тоже снял одно заклинание Света, не позволяющее мне открыть тёмную комнату… Подойди поближе.
— А получится? — Усомнился Димка, с опаской приближаясь к трону — Это ведь совсем другая Сила!
— У тебя же получилась! Как раз в случае, когда это противоборствующая Сила, имеет значение не мастерство, а личное могущество.
Землянин отчётливо вспомнил, как он кромсал заклинание Света, и всерьёз забеспокоился. Он же не бесчувственная дверь! Как знать, что он почувствует при таком взломе?
Но протестовать было уже поздно, изящная и на удивление горячая ладонь легла к нему на грудь… И был Свет…
Он считал, что познакомился с этой Силой во время боя со Светлячком, но сравнить было просто не с чем. Как будто в каждую клетку тела вливался раскалённый металл, а глазам вообще было доступно только бесконечное, немыслимо яркое сияние. Он был прозрачным стеклом, через которое светит прожектор. Он падал на яростную белую звезду, и понимал, что сгорит раньше, чем коснётся пылающей равнины, раскинувшейся до самого горизонта…
Димка лежал на твёрдой поверхности, изо всех сил вцепившись во что-то, и содрогался всем телом, ожидая, пока мучительная боль окончательно покинет тело. Интересно, сколько времени он провёл в таком положении? Он всё ещё у трона, но тогда то, во что он вцепился…
— Может, ты всё-таки отпустишь мою лодыжку? — Леди явно была чем-то огорчена. Может быть, тем, что он слишком крепко держался за свою единственную точку опоры? — Мне нравятся страстные мужчины, но для этого есть место и время!
— Тебе помочь, матушка? — Старый маг запыхался, что, однако, не мешало ему рваться в бой. Ну конечно, толком не разобрался, а туда же, демонов обижать! Между прочим, это Димке помогать нужно! Именно его чуть не испепелили мимоходом!
— Прошу прощения, я не специально! — Землянин с трудом, по одному, разогнул застывшие в судорожной хватке пальцы. Подняться было чуть проще, хотя шатало его не хуже, чем после Васькиного дня рождения, где они тайком от взрослых выпили бутылку водки на двоих и почти без закуски.
— Не беспокойся, я крепче, чем кажусь, — Спокойно ответила Леди. — Но, похоже, я всё же переоценила твою Силу. Ты едва не растворился в моём Свете. Заклинание снято, ты чувствуешь какую-нибудь разницу?