Одержимая страстью (СИ)

Глава 6
Когда я вышла из покоев Императора, Амин меня дожидался, стоя на том же месте. Сколько прошло времени, пока я была внутри, не могу сказать, счет ему потеряла, как только переступила порог комнаты. Теперь не могла даже и предположить, как долго отсутствовала.
— Госпожа не пойдет сегодня на конюшню? — спрашивает Амин, как только мы удаляемся на приличное расстояние от Императорских палат.
Я поворачиваюсь к парнишке.
— Сегодня точно нет, — резко отвечаю ему.
И снова плюшечка в его копилку за проявленную выдержку. Паренек на мой выпад никак не отреагировал.
— Как пожелает госпожа.
А я разворачиваюсь и теперь сама уже вышагиваю в направление Святилища. До своей кельи добралась без приключений, и только, развалившись на узкой твердой лежанке, прикрыв глаза, начала проваливаться в сон, как возле двери кто-то завозился. Твою ёперную дивизию. Резко поднимаюсь и упираюсь взглядом в незнакомое лицо.
— Ида, мэроя Лисан зовет в главный зал на службу, — склоняется к полу мальчишка.
«Да что же такое, — негодую про себя, — ни минуты покоя».
— Подожди снаружи пять минут, — только немного подышав, ровным голос отвечаю слуге.
Хотя по его лицу понятно, что последние слова он не понял совсем. Конечно же, как понять, если тут, скорее всего, и времени нет. Но первые понял как надо, выскользнул за дверь и тихо прикрыл ее за собой.
— Господи, помоги мне, пожалуйся, ниспошли мне кого-нибудь, кто сможет объяснить и помочь, рассказать, что происходит, и что мне нужно делать, — я снова ложусь в постель и прикрываю глаза.
Всего-то надо пять минут, чтобы отдышаться от пережитого в Императорских палатах. Ведь справилась с заданием, пусть и не на пять с плюсом, но твердую троечку уж точно могу получить. Надо срочно найти источник информации. В голове мелькнул Ангел, но как его найти, я даже не могла предположить. Да и совсем запуталась в том, как я к нему вообще попала, и откуда могла встретить Принца Элата, если меня везде сопровождает Амин.
Амин. Конечно, большой соблазн именно у него выведать всю информацию, но это же ребенок, и как у него спрашивать про взрослые взаимоотношения мужчины и женщины, не могу представить себе.
—Ида, — послышалось из-за тонкой перегородки.
Усмехнулось нервно. Слышимость, конечно, охеренная. Ну, хоть что-то, главное, что есть за чем укрыться, пусть это и напоминает стены ширмы.
— Уже иду, — нехотя встаю с лежанки, оправляю платье.
Может, стоит переодеться? С другой стороны, если подумать, то кэра обязательно бы пришла сообщить об этом, или же Амин бы остался. Поэтому пошла на встречу с мэрой как есть. Шли быстро, мальчишку даже не заботило, успеваю ли я за ним, отсюда сделала вывод, что он меня ждал только потому, что я его попросила, а дорогу он мне и не обязан показывать, ведь я нахожусь у себя дома, если можно так выразиться.
Впереди послышалось тихое пение и мелодичная игра струнного инструмента. Ну, а какой он тут еще может быть, не синтезатор же. И как только ступаю в обширный зал, сразу же взгляд падает на ту, кто издает эту прекрасную музыку. Тоненькая девочка, укутанная в белую простыню с головы до ног, аккуратно перебирает пальчиками струны и звонким голоском тянет незамысловатую мелодию. Я замедлила шаг, невольно заслушавшись.
— Ида, ты вовремя, — слышу женский голос и оборачиваясь на него.
От ее красоты аж перехватило дух. Вот не зря говорили про красоту греческих женщин, оказывается, не врали люди.
— Это радует, — бубню себе под нос.
И в этот момент все вокруг приходит в движение, как будто только меня и ждали. Со всех сторон стали подтягиваться молодые девушки примерно того же возраста, что и Ида, а дальше началась возня слуг, которые расставляли чаши с горящими свечами на принесенные невысокие колоны. Вазы с цветами размещали по кругу, создавая визуальный эффект кольца, в котором мы сейчас находились. Мне только и оставалось крутить головой по сторонам и наблюдать за происходящим. В груди холодило от неизвестности, и я придвинулась к близстоящей девушке. Та и бровью не повела, стояла спокойно и безэмоционально следила за снующими туда-сюда слугами. А зал тем временем начал наполняться женщинами постарше, они уже были в цветных одеждах и с ярко накрашенными лицами, чем напоминали радужных птиц. Все-таки придется мне Амина помучить, потому как выглядеть и чувствовать себя полным быдлом в таких ситуациях просто нельзя, не имею права ошибаться. Как я поняла, сейчас будет происходить какой-то обряд, а я даже не знаю, что делать. Паника снова поселяется внутри, и ладошки покрываются холодным потом.
— Священные Иды, — громогласно разносится над нашими головами голос мэрои.
Я вся напряглась, потому как «священных» оказалось — быстро пробежалась по девушкам, считая — двенадцать человек, и я тринадцатая. Значит, нас много. Снова окидываю взглядом тех, кто стоит в середине круга вместе со мной, только теперь внимательнее всматриваюсь в лица, вдруг среди этих девушек есть те, с кем я общаюсь.
Красавицы, как говорится, подобранны одна к одной, как будто мы на конкурсе «мисс красотка Греции» находимся. Чистые лица, не подходящие к черным волосам и оливковой коже голубые глаза, такие же черные брови в разлет и, если быть откровенной, то очень друг на друга похожие, как будто сестры. В глазах лед, а губы сжаты в тонкую линию, что говорит о том, что им не нравится происходящее, но сделать они ничего не могут, и поэтому приходится терпеть творящееся вокруг.
— Сегодня последний день празднования Брумалия, так нужно отдать ему должное, ведь завтра уже придется наблюдать восхождение Сатурия!
Громкий звон железных тарелочек друг о друга разносится в зале, и к нам в круг выступают тринадцать мальчишек. Я в замешательстве опять смотрю по сторонам, но то, что вижу, меня совершенно не радует. Передо мной так вовремя возникает Амин и, не смотря мне в глаза, протягивает вперед руки.
— Что, Амин? — шепчу тихо, а вокруг шелест сбрасываемой одежды слышен.
Сглатываю застрявший в горле ком. Твою мать, что же творится?
— Госпожа, ваше платье, — слышу тихий голос паренька.
— Ам-мин, что происходит?
Мальчишка подходит ближе и помогает мне расстегнуть застежку на плече.
— Вы должны сейчас…
Я не расслышала последнего слова, потому что его голос заглушил звук горна, который донесся снаружи. У меня все похолодело и замерло внутри. Ноги как будто свинцом налились, а Амин, стянув с меня белое одеяние, исчез в разноперой толпе. Первое желание было закрыться руками, спрятаться, убежать, но опять же, глядя на соседок, я поняла, что сделаю великую глупость, так как эти красавицы стоят, расправив плечи и выпятив вперед обнаженную грудь, смотрят на всех свысока, будто не они голые стоят, а те, кто за пределами круга, сейчас полностью раздеты.
— Да благословят вас, Священные Девы, Боги наши, да пусть ваши тела наполнятся живительной силой через омовения в водах Священного Алфея, — продолжал рокотать под сводами потолка голос мэрои, — и пусть ваши силы не иссякнут до следующего празднования Брумалия.
Послышался шум воды, и только тут я заметила, что за девчонкой, которая играла на арфе, был вмонтирован в стену каменный бассейн с невысоким водопадом, заполняющим емкость внизу.
Разноцветная толпа теперь выстроилась в шеренгу, образуя живой коридор, и мы по одной выходим из круга и направляемся в сторону бассейна. Одна за одной опускаемся в теплую воду, погружаясь по шею. Все повторяю за Идами и делаю, как они. Конечно, некоторые косятся в мою сторону, видимо, их тяготит мое пристальное внимание, но пусть уж извиняют, ничего поделать не могу.
Снова раздаются звуки горна, теперь уже непосредственно в зале, и следом бьют в барабан. Хочется посмотреть, что происходит, но абсолютное равнодушие со стороны дев, что сидят напротив, говорит о том, что нужно себя вести так же.
— Чертовы ритуалы, — не выдерживает одна из них и, опускаясь чуть ниже в воду, выплевывает в нее злые слова.