Мой чёртов Дарси (СИ)
— Мисс Пеневайз, — тянет Дарси мое имя, и уголок его губ приподнимается в легкой кривой улыбке. Он опять в том же настроении, в котором был на уроке танцев, и от осознания этого меня прошибает озноб, — Прошу.
Виконт подходит к небольшому шахматному столику в укромном уголке кабинета и отодвигает одно из глубоких кресел.
На негнущихся ногах подхожу к отведенному мне месту и усаживаюсь на самый краешек. Но Дарси так резко задвигает кресло со мной, что невольно проваливаюсь в самую глубь. Уверена, он специально, хотя ни один мускул на лице виконта не дрогнул. Все тот же пронзительный цепкий взгляд.
— Вина, — произносит, улыбаясь. И это не вопрос. Просто идет к столику у камина, берет бутылку, стоящую на нем, и наливает два полных бокала. Да и бутылку не забывает прихватить с собой. Я вопросительно вскидываю бровь.
— Хотите опоить меня, мистер Дарси?
— Возможно, — виконт усаживается напротив и протягивает мне бокал.
— Так боитесь проиграть? — я невольно улыбаюсь. Он и правда на кота похож. Сытого такого. Ухоженного. Который за крысами охотится разве что из спортивного интереса, а сам предпочитает домашние котлеты и паштет.
— Скорее, мечтаю выиграть, — загадочно улыбается Дарси и отсалютовав мне бокалом, делает неспешный глоток, — за вас, Анна. Я ведь могу вас так называть? Вы позволите?
Я тоже отпиваю рубиновую жидкость и моментально чувствую, как сладковато-терпкий привкус щекочет язык, а расслабляющее тепло разливается по телу.
— Как, в таком случае мне называть вас, сэр? — откидываюсь на кресло, чувствуя себя уютней.
Виконт улыбается и начинает расставлять шахматы, не сразу отвечая.
— А как бы вы хотели, Анна? — произносит наконец неприлично хрипловатым голосом, отчего я невольно стискиваю бокал в руке.
Дарси смотрит на меня в упор, прожигая голубыми глазами, и я теряюсь, не зная, что сказать. Отвожу взор, с преувеличенным вниманием разглядывая искусно вырезанные фигурки. Я думала, меня не смутить флиртом. Но это… Я не знаю, как далеко он хочет зайти. Как далеко можно зайти мне. И это будоражит. Нужно прекратить, поставить его на место, но внизу живота так сладко ноет, щеки огнем горят от вина и его откровенного взгляда. И я не могу. Просто делаю еще один глоток.
— Вы хорошо играете, Анна? — спрашивает Дарси. Мое имя он каждый раз так четко выделяет, будто гвоздь вгоняет в гроб моей добродетели.
Я поднимаю на него взгляд, задумчиво ведя пальцами вверх и вниз по гладкой фигуре слона. И тут же одергиваю руку, замечая, как пристально он следит за этим жестом. Черт, я не имела ввиду ничего такого. Краснею еще пуще.
— Наверно, — голос немного срывается, окрашиваясь хрипотцой, — Наверно, хорошо.
— Тогда, — он снова впивается пронзительным взглядом мне в лицо, слова шелестят вкрадчивым шепотом, — может быть сделаем ставки? Или на желание? Азарт увлекает, не правда ли?
Я вздыхаю судорожно. Он таким бархатным тоном это говорит. Словно змей- искуситель. Сам грех, не иначе. Если бы мужчин набирали в "секс по телефону", Дарси бы состояние заработал.
— Чего бы вы хотели от меня, Анна? — продолжает чертов виконт, и его взгляд задерживается на моих губах, голос становится еще ниже, — Я с удовольствием сделаю вам приятное…
Он сейчас о чем? Боже, жарко тут что — то стало. И взор Дарси от губ скользит вниз прямо к вырезу платья. Мне кажется, или кожа идет красными пятнами именно в тех местах, куда он смотрит? Верхнюю часть груди начинает нещадно покалывать, будто пальцами по ней проводит. Я делаю еще глоток, заодно прикрывая рукой зону поражения. И чуть не закашливаюсь, так как, сама не заметив, опрокидываю в себя целый бокал.
Дарси хмыкает и елейным голосом выдает:
— Еще вина, мисс Пеневайз?
Молча протягиваю ему пустой фужер. Да, жажда мучает. И вообще, трезвой я это не вытерплю.
— Давайте уже играть, мистер Дарси, — брюзжу, не смотря на него.
Он пожимает плечами и делает ход.
— Вы не сказали свое желание, — вопросительно изгибает бровь, требуя ответа.
— Не знаю, — я смотрю только на доску. Потому что на него не могу. Запах одеколона Дарси щекочет ноздри, вызывая предательское желание прижаться к его горячей коже. Вино, полумрак, голубые глаза, буквально пожирающие меня… Голова кругом идет. И только шахматы возвращают в реальность. Хоть чуть-чуть.
— Не знаю, — повторяю рассеянно, тоже делая ход, — Пусть за мной просто будет желание, которым я смогу воспользоваться в любой момент.
— Неплохо, согласен, — ухмыляется виконт, двигая пешку. И откидывается на кресле, наблюдая за мной из-под опущенных ресниц.
Некоторое время мы молчим, делая ходы. А потом я все- таки интересуюсь осторожно.
— Вы не сказали, какое ваше желание, мистер Дарси, — улыбаюсь, так как в этот момент я съедаю его коня.
— А вы не догадываетесь, Анна? — и виконт безжалостно расправляется с моей королевой. Черт. Как я не заметила?
— Я желаю вас, мисс Пеневайз, — будничным тоном сообщает Дарси, дьявольски улыбаясь.
17
Ооо, это того стоило.
И пусть он переходит все разумные границы, но лихорадочно горящие смущением зеленые глаза мисс Пеневайз окупают это сполна. И если бы только смущением… Скулы покрыл нежный румянец, разливающийся до самой шеи и немного задевающий зону декольте. Нежно-розовая грудь соблазнительно поднимается в вырезе платья от учащённого дыхания, губы приоткрыты, щеки чуть втянуты, будто она кусает их изнутри. И смотрит так, словно думает влепить ему еще пощечину или просто подойти и сесть сверху. От этой мысли в штанах становится ощутимо теснее, и Дарси хмурится, чувствуя, что теряет контроль над ситуацией. Он же только утром был у Каролины.
Дьявол.
Кто бы мог подумать, что у него будет вставать как по свистку на один только смущенный румянец деревенской девчонки. Никогда раньше за собой такую тягу к неопытной невинности не замечал. Впрочем, неопытной ли? Этот вопрос не давал ему покоя. Хотелось нагнуть и просто проверить. На секунду перед глазами мелькнул запретный образ, как он раскладывает ее прямо на столе в кабинете, небрежно задирает юбки, так что они скрывают от него невинное лицо мисс Пеневайз, и запускает руку между беспомощно разведенных ножек, чтобы убедиться, что еще никто там не побывал. Дарси, откашливаясь, заерзал в кресле, кладя ногу на ногу и пытаясь хоть как-то скрыть свое плачевное состояние.
— Что вы имеете ввиду, мистер Дарси? — шепчет пасторальная пастушка, подрагивая ресницами и прикусывая нежную губу.
У неё такой рот… Дарси опять подвисает, завороженно следя за тем, как белые зубки прикусывают розовую кожу и медленно отпускают, оставляя след. Пухлая нижняя губа принимает обычную форму, словно спружинив. Такими губами только по члену скользить. Можно даже не заглатывать. Дьявол. Она ведь что — то спросила? Так, с него точно вина достаточно.
— Вы настолько невинны, Анна, что не знаете, что это значит? — хрипло выдавливает из себя виконт, и она поднимает на него затуманенные зеленые глаза, — Я говорю о том, что происходит между мужем и женой. И что и так обязательно произойдет между нами…
— Мы пока что не муж и жена, мистер Дарси, а значит ваше желание как минимум не уместно, — мисс Пеневайз вдруг горделиво расправляет плечи, отчего ткань на груди врезается в аппетитные полушария, на юном лице появляется воинственное выражение, — А если честно, то и оскорбительно…
— Вас оскорбляет мое нетерпение?
Черт. Уже явно ничего не будет. Но остановиться и сменить тему Дарси не находит в себе сил. Мисс Пеневайз лишь мгновение назад была податливой, растерянной и смущенной. Казалось, только руку протяни. И вот опять зеленые глаза метают молнии оскорбленной добродетели, а пухлые губы презрительно кривятся. Словно что-то щелкает в ней, позволяя дать отпор.
— Меня оскорбляет ваше неуважение. Я его ничем не заслужила, — цедит разгневанная пастушка и, опуская взгляд на доску, делает ход, — выберете другое желание, сэр.