С первого взгляда (СИ)
— Что это? — голос удивительно ровный.
— Мучить меня, очевидно.
— Так ты признаешь, что хотел бы… — не могу смотреть на нее, на то, как удивленно округляются глаза и хлопают густые ресницы. Сил нет.
— Твою мать, Лия! — шиплю сквозь зубы и смотрю в ее океаны. — Иногда мало только кого-то хотеть.
— И с каких это пор тебе мало желания, а, Стельмах?
— С твоего появления в моей гребаной жизни.
Мне с ее отцом еще долгие годы в общем проекте вариться, а жениться я не собираюсь. Поэтому руки, губы и член желательно держать от этой малышки как можно дальше. Да даже если бы я и решил ее окольцевать, не уверен, что ей бы понравилась эта мысль, а ее отцу такой зятек. Я вообще пока плохо понимаю, чего голубоглазая малышка своими намеками добивается. Помимо постельных утех явно же у нее, как у любой красивой нормальной девчонки, должен быть прицел на будущее.
— Тогда гори и дальше, — шепчет Алия, устремляя взгляд на выступающего. — Эксперимент проведем, как надолго хватит твоего хваленого терпения.
В итоге, пришел послушать презентации проектов начинающих бизнесменов — и все пропустил мимо ушей. На второй час даже не остался. После перерыва молча свалил в номер, перенося ноющее тело в холодный душ.
***
Весь день буквально по рукам себя бью, чтобы, не дай бог, не позвонить Лие. Как в тупой комедии, стоит только отвлечься на работу, как руки уже набирают ее номер. Тело определённо начинает жить отдельно от мозга. Мысль о том, что она в одном со мной городе, а отягчающие обстоятельства в виде ее отца далеко, не дает покоя.
— Хочешь, я к тебе приеду, Тёмочка? — соловьем поет в трубке Жанка.
— Ты говорила, что у тебя сьемки, — нервно отстукиваю пальцами по стеклянной столешнице, соображая, а нужна ли она мне тут.
— Говорила, но что поделать, не могу, скучаю, — смеется любовница. — Горю!
— Вызови пожарных.
— Что-то ты сегодня злой.
— Злой. Сперма в мозг ударила. Давай, Жанна, наберу тебя завтра.
Вырубаю мобильный и открываю меню, но абсолютно не могу сфокусировать внимание на названии блюд. Промучившись минут тридцать и чудом не доведя официантку до истерики, ухожу.
Вызываю лифт, наблюдая за пробегающими мимо людьми. Особенно люблю глазеть на туристов. Вот жизнь, никаких заморочек, все прозрачно и просто!
Лифт пиликает, двери отъезжают, и в меня впечатывается одна крайне невнимательная особа. Ростиком мне до подбородка. Чисто на рефлексе реагирую и хватаю девушку за талию. Даже смотреть не надо, уже по запаху и волосам знаю имя неуклюжей дамочки.
— Стельмах, ты не пробовал пропускать людей?
— А ты не пробовала не переть, как танк, а вежливо попросить пропустить?
Алия поджимает губы и мечет молнии взглядом.
Мы так и замираем в проходе. Ее ладони у меня на груди, мои у нее… кхм… оказывается совсем не на талии.
— Руки убери, — рычит малышка, да выходит не очень убедительно.
— Ты же хотела проверить мою выносливость, — киваю в сторону лифта, — пошли!
Вместо того чтобы выслушать ответ, я еще и сжимаю ладонями ее аппетитную задницу, прижимая к себе. Чувствую, как сердечко девчонки заходится в бешеном ритме. Алия безумно сексуально прикусывает губу, от чего та краснеет так же стремительно, как и щечки.
— Кхм… молодые люди, разрешите пройти! — встревает в наш интимный момент тактичное покашливание за спиной, заставляя меня не слишком прилично ругнуться.
Отпускаю девчонку и слышу, как мне кажется, вздох разочарования.
— Смотри-ка, Артем, тебя за молодого приняли, — хриплым голоском смеется Алия, дергая безразмерный бомбер. Что за мода у молодых девчонок? Напялят на себя мешки размеров на пять больше и прячут красивые изгибы тела за ворохом ткани. В пору уже митинг собирать в поддержку женственности.
— У тебя какой-то особый пунктик на моем возрасте? — выгибаю бровь. Точно говорю, она доподкалывается, и я ей покажу, каким приятным может быть наработанный с возвратом опыт.
— Ты первый начал.
— Детский сад, — ворчу, пряча руки в карманы брюк.
— Куда уж нам, — жмет девчонка плечами, разводя руками, — ладно, продолжай атаковать едущих в лифте. Я пошла, хорошего вечера.
— Куда? — спрашиваю раньше, чем успеваю сообразить.
— Есть хочу, — бросает из-за плеча и собирается ретироваться Лия. Только черта с два я дам ей уйти! Хватаю за руку и аккуратно тяну на себя.
— Ресторан при отеле?
— Я похожа на человека, который в отпуске не выходит из отеля?
— Ты в командировке.
— Пока, Стельмах.
Черт! Уже будь, что будет.
— Мне скучно, тебе скучно, ну так почему бы нам друг друга не развлечь? — безразличным тоном выдаю. И укладываю руку ей на плечи, притягивая себе под бок. Алия в моих руках неловко сжимается, и я в очередной раз убеждаюсь: дерзость — маска. Стоит только нарушить ее личное пространство, как вся спесь слетает. Это на расстоянии она может быть смелой и «кусаться», а стоит только проникнуть на ее территорию — она в моей полной власти.
Глава 32. Алия
Нельзя мне быть так близко к нему! Рассудок уходит, помахав на прощание ручкой, и чувствую я себя не лучше китайского болванчика. Улыбаюсь и киваю. Потому что мысли в голове только о его прикосновениях и тепле, исходящем от сильного мужского тела. Слава богу, за весь вечер Стельмах всего пару раз нарушает мое личное пространство, потому что иначе я бы не выдержала и либо сбежала, либо начала умолять о чем-то крайне неприличном.
На самом деле мы отлично проводим время в ресторане. Разговор снова заходит о работе, сначала моя попадает под словесный удар, а потом Стельмаха. Артем рассказывает о своей жизни в Штатах, а я о нашей с Майей. Кажется, ему действительно интересно, потому что он сыплет вопросами, на которые я стараюсь отвечать, обходя острые углы. В том числе и вопрос об отце мышки. Думаю, такое признание на него еще рано вываливать.
— Почему ты не хочешь замуж?
Артем откидывается на спинку стула и внимательно смотрит, ожидая ответ, зачаровывая своим взглядом.
— А ты почему не женишься? — усмехаюсь, хотя внутри ни фига не смешно. Замуж-то я хочу. Вот только потенциальный муж не хочет. Сидит напротив и строит из себя заядлого холостяка.
— Не сравнивай. Как твой отец сказал, хер я женюсь. И он прав, — Стельмах картинно заламывает бровь и залпом осушает вино в бокале. — Хреновый из меня будет муж.
— Ты не прав, — качаю головой, отказываясь верить его словам.
— Прав. Ты меня не знаешь, Лия.
Никогда даже на сотую долю не питала надежды пойти под венец с этим мужчиной, но все равно внутри словно что-то обрывается. Так и хочется крикнуть: «Стельмах, ты дурак!», но вместо этого подношу к губам бокал с шампанским и под внимательным взглядом собеседника делаю глоток игристого.
— Ты так и не ответила на мой вопрос.
— Ну, ты же меня замуж не зовешь, — безразлично пожимаю плечами. Уже давно уяснила для себя, что лучший способ убедительней соврать — сказать правду.
Он усмехается. Вот только взгляд серьезный, оценивающий и какой-то виноватый.
— Поверь, не стоит. Я точно не тот, кто тебе нужен. Бегать на задних лапках, вилять хвостом и петь серенады я не умею.
— Выдохни, Стельмах, это была шутка.
— Просто предупреждаю. Лучше бы тебе от меня и таких, как я, держаться подальше.
— Напомнить, что это ты увязался за мной в кафе? — ехидно напоминаю.
— Да не стоит. Я прекрасно помню. Но раз у меня с головой беда, хоть один из нас двоих должен быть с мозгами.
— О чем ты? — я потеряла нить разговора напрочь, попадая под влияние его обжигающего зеленого взгляда.
— Забудь. Мысли вслух.
После ужина мы прогуливаемся по центру города, который преображается в ночи. И уже в начале одиннадцатого возвращаемся, как оказалось, в «наш» отель. Хотя почему-то я не очень удивлена такому стечению обстоятельств.
Мы замираем в холле, и Артем нажимает кнопку лифта. В большом зале относительная тишина, а у меня в груди стремительно просыпается вопиющее чувство несправедливости. Все естество протестует, требуя продолжения «банкета», но мозг вовремя воспроизводит в голове подкинутые матерью слова о благоразумии.