С первого взгляда (СИ)
— Так и не скажешь мне в каком номере остановилась? — нарушает тишину Артём.
— А чем тебе утренний вариант не понравился?
— Я спросил у администратора, к сожалению, она сказала, что в их отеле такого нет, — ухмыляется Стельмах, поглядывая на наручные часы.
— Зачем тебе номер?
— На кофе зайду.
— А не поздновато для кофе?
Пиликающий сигнал сообщает о прибытии лифта. Артём учтиво пропускает меня вперед и заходит следом. Замираю у дальней стенки с зеркалом, разворачиваюсь и с ужасом понимаю, что благодаря дурацкому стечению обстоятельств, мы остаемся в этой железной коробочке одни. Только сейчас доходит, как сглупила и сама загнала себя в ловушку. Двери, словно с издевкой, медленно закрываются, отрезая нас от внешнего мира, и кабина стоит, потому что никто из нас не решается нажать кнопку.
— Какой этаж? — спрашивает мужчина, спрятав руки в карманах брюк. А я смотрю на Артёма и не могу и слова выдавить из себя.
— Не скажу… — отчего-то продолжаю упрямиться, понимая, что, узнай он номер комнаты, преград не останется вовсе. Прикусываю губу и замечаю, как тяжело сглатывает Стельмах.
— Алия, — голос мужчины просел. Он дергает воротник джемпера, словно тот давит, и, как загипнотизированный, делает шаг ко мне, вжатой в стенку лифта. Мужчина смотрит на мои искусанные от нетерпения, слегка приоткрытые губы, и его взгляд темнеет. Воздух в кабине словно заряжен. Разряды тока почти осязаемо трещат между нами. А в оглушительной тишине слышно только наше тяжелое дыхание.
— Лия… — шепчет Артём и мучительно медленно подходит ко мне, сокращая и до того небольшое расстояние. Зарывается одной ладонью в волосах, сдавливая затылок и подается чуть вперед, замирая в миллиметрах от моих поджатых губ, не сводя с меня своего потемневшего от желания взгляда. Не могу, не хочу я ему сопротивляться, однако упорно сжимаю руки в кулаки и завожу за спину, обхватывая перила. Вцепилась в железяку с такой силой, что, возможно, вмятины останутся и отель предъявит счет.
— Не думаю, что это хорошая идея, — выдавливаю из своих сжавшихся легких сиплым голосом. — Тут камеры…
— Теперь, кажется, ты спасовала? — усмехается мужчина, и я чувствую, как вторая его рука лезет под кофту, касаясь голой поясницы, отправляя волны тепла вдоль позвоночника. Вместе с движением его ловких пальцев по моей спине по коже разбегаются мурашки. Легкие сжимаются, и становится катастрофически мало воздуха. Когда Стельмах запускает ладонь под застежку кружевного бюстгальтера, тело непроизвольно выгибается, а с губ срывается его имя, больше похожее на тихий стон.
— Артем…
— Хватит уже, — легкий поцелуй в уголок губ и тихий грудной стон мужчины, как отдельный вид пытки. — Доигрались, — выдыхает Стельмах мне в приоткрытые губы, обдавая горячим дыханием и уверенно впивается жестким поцелуем. Тело отмирает, оно, в отличие от разума, не готово сопротивляться мужчине. Губы открываются под напором его языка, поддаваясь и признавая поражение. Артем ближе прижимает меня к себе, углубляя поцелуй и одним резким движением собирает мои распущенные локоны, наматывая на кулак. Слегка оттягивает, заставляя меня привстать на носочки, вжимает в стену. Я вцепляюсь дрожащими от желания пальцами в его джемпер и тихо постанываю от жара внизу живота. Свожу бедра от ноющей боли между ног и таю от его уверенных, ведущих в этой «игре» прикосновений. Кровь стучит в висках, а сердце бежит так быстро, что, кажется, выпадает из груди. Губы мужчины грубые, не терпящие отказала. Слегка посасывая и прикусывая, влажный язык мужчины напирает, заставляя выгибаться и отвечать с не меньшим рвением и желанием. Одной рукой Артем по-прежнему держит за затылок, а вторая бродит вдоль всего тела, изучая, лаская, спускаясь к пятой точке. Ладонь сжимает ягодицу и притягивает меня к мужскому телу, давая ощутить внушительную эрекцию у него в штанах.
— Ты сводишь меня с ума, Лий… — шепчет он, всего на считанные секунды отстраняясь, позволяя вдохнуть.
Чисто инстинкттвно я прижимаюсь ближе, закидывая одну ногу ему на бедра, изнывая от охватившего вожделения и похоти, проклиная тот момент, когда двери лифта отрезали нас от внешней жизни. С трудом сглатываю, когда его губы прокладывают дорожку из поцелуев вдоль скул и он прикусывает нежную кожу за ушком, начиная своё путешествие вдоль шеи.
— Нам надо в номер… — шепчу я, обхватывая ладонями лицо мужчины, зарываясь пальцами в его волосах. Собирая растекающийся лужицей разум, пытаюсь начать мыслить здраво. Получается едва-едва, потому что смачный засос на ключице снова вышибает из колеи. Зажмуриваю глаза и откидываю голову на холодное зеркало за моей спиной. Никакие фантазии и близко не идут с реальными и вполне ощутимыми прикосновениями его умелых рук, он определённо знает, как доставить девушке удовольствие.
— М-м-м… — неприлично громко постанываю, когда мужская ладонь накрывает грудь и сильно сжимает сквозь кофту. — В номер, Стельмах… пятнадцатый этаж. Пять двенадцать! — Уже не говорю, а кричу. Как бы оно ни было, но к сексу в лифте, куда в любой момент могут зайти, я не готова.
Но он словно не слышит, его руки уже под кофтой, стягивают кружевной бюстгальтер с налившейся груди, пальцы нежно теребят набухшие соски, слегка оттягивая и дразня. В этот момент понимаю — плевать. Даже если нас застукают, нет мочи терпеть.
Не успеваю опомниться, как его рука проникает под молнию джинсов и уверенно подбирается к трусикам, слегка надавливая сверху; вышибая скоп искр из глаз, слегка оттягивает кружевную ткань, и я чувствую прикосновение его пальцев там как раз в тот момент, когда двери лифта пиликают и… разъезжаются. Разгоряченное тело даже не успевает среагировать, а стыд проснуться.
— Артём?!
Фокусирую взгляд на вошедшей дамочке, и меня словно ледяным колючим ветром обдает, остужает пыл и вмиг сводит желание на нет, когда я встречаюсь взглядом с…
— Жанна? — рычит мужчина, убирая руки в более приличные места и изучая вновь прибывшую в зеркале, к которому я так живописно припечатана.
Внутри все стремительно холодеет, а жар в груди покрывается коркой льда.
Дай мне волю, я бы в этот момент не отказалась превратиться в облачко и вылететь из этой стальной клетки. Только бы подальше и на подольше от этой парочки.
Глава 33. Стельмах
— Какого… ты здесь делаешь?
От злости всего трясет, и хочется прибить любовницу, вызвавшую лифт. Хотя стоило бы поблагодарить. Словно сама судьба в ее лице остановила это безумие. А меня реально накрыло окончательно и бесповоротно. Устал. Надоело бегать и извиваться. Я, как слепой, хотел «рассмотреть» Лию руками. Всю. Касаться везде, целовать и прижимать к себе. Трахнуть, я хотел ее трахнуть. И если бы не Жанка, мы даже не дошли бы до номера.
— К тебе приехала, — ровным тоном говорит подруга. Абсолютно не стесняясь заходит в лифт и тычет длинным пальцем в панель. Хотя, где Жанна, а где стеснение?
— Я просил тебя приезжать?
— Нет, — пожимает подруга плечами, словно ничего и не произошло. — Просто подумала, что тебе нужно будет расслабиться после выступления завтра. Я же знаю, как ты это дело не любишь.
Буквально ощущаю, как раздражена Алия. Девчонка с силой дергает кофту, поправляя, но упрямый край все равно загибается, зацепившись за застежку бюстгальтера. Твою… и когда я успел ее раздеть, ни черта не помню! Словно это время выпало из жизни.
— Давай помогу, — тяну руку к девушке, но она вскидывает ладонь.
— Не трогай, — отталкивает мою руку, избегая смотреть в глаза. — Не трогай меня, Стельмах.
Ну вот, опять Стельмах. И почему из ее горячего ротика это слышится, как оскорбление.
— Где ты остановилась? — спрашиваю у Жанки, не спеша отходить от дочери друга, хотя той явно это причиняет дискомфорт.
— У тебя. Мне на ресепшен сказали, в каком ты номере.
— Отлично, — рычу я и слышу яростной вздох девушки, стоящей по левую руку от меня.
Я смотрю на нее, но Алия отворачивается. Вид у нее, конечно, донельзя возбуждающий. Щеки пылают, губы припухшие от поцелуев, волосы спутаны моими, сука, руками. Все ничего, но сама она, как оголенный провод. Тронь — убьет.