Кинк. Право на удовольствие (СИ)

— Меня Володей зовут.
— Лиля, — ответила я, просто потому что нельзя не ответить. И исправилась: — В смысле, Лилия.
— Серьезно? – Он слегка изогнул широкую бровь.
— Вполне, — удивилась и опять нахмурилась.
Он рассмеялся – громко, не стесняясь окружающих.
— Верю. Просто обычно такими славными именами девочки по вызову представляются – легко запомнить и проникнуться.
— Что?! – Я, забыв о воспитанности, отшатнулась.
— Ничего, пошутил я, — он сказал примирительно. – А зачем все еще тут стоишь?
Да что же он ко мне прицепился? Ладно бы только кофе облил – это даже не происшествие. Но общение явно затянулось, и никак не придумывалась причина вежливо от него избавиться:
— Чемодан свой жду. Все пассажиры багаж получили, а моего еще нет.
— Наркотики перевозишь? На досмотре попалась?
— Что?! — отреагировала я еще громче.
Владимир как-то устало закатил глаза к потолку и вздохнул. Потом махнул рукой и прошел мимо к конвейерной ленте. Начал спрашивать мужчину в форме, торопить. Зачем он устраивает шум? Мне еще скандала не хватало из-за пятнадцати минут ожидания! Избалованный перец, такие всегда на рожон лезут, изображая из себя хозяев мира.
Однако через пару минут окликнул:
— Лиль, твоё?
Я схватила серый чемодан и принялась благодарить — в первую очередь сотрудников, конечно, но и Володе адресовала одно из своих «спасиб». Похоже, накладка произошла случайно – мой багаж просто забыли на погрузчике. Поспешила отойти, чтобы не мешать работе своими вещами. Володя настиг меня в полтора шага.
— Тебя встречают? На стоянке мой водитель ждет – давай хоть подкинем тебя куда надо. Засчитаешь извинением за пятно на футболке.
— О, не стоит беспокоиться! Я на такси.
— Я и не беспокоюсь, Лиль. Идем. Я, может, и маньяк, но на водителя глянешь — душевнейший человек. И если тебе так не покажется, там тебя на такси и посажу.
Он ловко перехватил ручку и покатил чемодан вперед, а мне пришлось догонять. Если честно, я не погрузилась в страх, что он мои вещи похитить собрался – не воруют торговцы из бизнес-класса потертые чемоданы. Похоже, действительно посчитал себя обязанным хоть чем-то помочь «кофеиновой жертве». А я никак не могла придумать слов отказа, чтобы он помогать перестал.
Про водителя Володя не соврал — от черного квадратного джипа к нам шагнул мужчина, тоже в деловом костюме, но куда попроще. И с абсолютно непроницаемым лицом теперь сам перехватил мой чемодан за ручку, чтобы погрузить в багажник. Мне лишь кивнул, будто именно меня и ожидал увидеть в такой компании.
— Как долетели, Владимир Алексеевич? Звонили из конторы – у вас телефон отключен.
— Все отлично. Сейчас девушку подвезем, потом к Артему.
— Конечно.
В том, что это именно водитель, я не сомневалась. Уж очень по-деловому прозвучал их диалог, хотя сам автомобиль не производил впечатления утонченности: внедорожник на огромных колесах – бесспорно, тоже недешевый и солидный, но подчеркнуто грубоватый. А я все еще не придумала слов отказа, хотя и не усомнилась, что меня не пытаются похитить или что-то в этом духе. Просто зачем такие хлопоты? Из-за какой-то футболки? Но вдохнула и отправилась по направлению за своим чемоданом.
Володя занял место сзади рядом со мной. У меня только коротко спросили адрес и перестали обращать внимание. Он вынул смартфон и включил, сделал несколько звонков, большинство из которых заключались во фразах: «Да, прилетел» и назначении времени встречи. Только в разговоре с одним собеседником он рассмеялся и ответил на вопрос чуть подробнее: «Так отдохнул, что мне еще пару недель отдыха требуется. Ах ты ж зверюга трудоголичная… Да сегодня, сегодня заеду, не шипи». Я смущенно пялилась в боковое окно и изображала, что меня здесь нет. Однако успокоилась окончательно. Олегу, конечно, об этой поездке рассказывать не стану — разозлится и снова назовет меня слишком наивной, раз с незнакомыми мужиками в машину села. И ведь будет прав, а я терпеть не могу, когда люди правы в описании моей доверчивости.
— Лиль, – Володя отвлек меня от созерцания. – Как тебе Варшава? Была в Лазенковском дворце?
— Не была, — я ответила после паузы, а расслабленность дала возможность для более развернутого ответа: — Я не туристом туда ездила, а по работе.
— Вон оно что. Сочувствую. – Он смотрел на меня довольно внимательно, это немного сбивало с мысли.
— Напрасно! — чуть взвилась я. – Это отличный шанс проявить себя! В моей фирме отбирали самых ответственных сотрудников для этой командировки!
— Вот сейчас не понял. — Володя слегка подался вперед, ему как будто было важно смотреть собеседнику в глаза. – И ты оказалась единственной достойной?
— Нет, конечно!
— А-а, — он сделал паузу, поскольку ему его интерес казался резонным, — где же тогда остальные?
— Еще на несколько дней задержались… отдохнуть, на банкете с партнерами отпраздновать. А мне надо было документы привезти и отчет составить.
— Посмотреть Лазенковский дворец они остались? – Владимир ухмыльнулся.
— Возможно.
Я не понимала причину его саркастического взгляда, но отчего-то захотелось объясниться:
— Вообще-то, это нормально. Я самая молодая из команды. Логично, что мне и выполнять основные поручения. И без того я очень благодарна начальнице за такую возможность!
— Логично, — неожиданно согласился он. – А работаешь кем?
— Бухгалтером, — я почему-то начала краснеть, будто призналась в чем-то непристойном.
Мужчина заговорил очень вкрадчиво:
— Лиль, а правильно ли я понимаю, что ты, самый молодой бухгалтер, и отправлялась в эту командировку только для того, чтобы хоть кто-то работу делал, пока все остальные занимаются, — он хмыкнул, — нетуризмом?
— Возможно! – ответила с небольшим вызовом. – Это странно?
— Да ничего странного. Ездят на том, кто возит, — он помолчал немного, подбирая слова. — Слушай, Лиль, я до пятницы буду занят, но в субботу утром мы могли бы с тобой встретиться в каком-нибудь кафе. Поболтаем о том о сем.
Меня предложение потрясло так сильно, что я снова начала испытывать страх. Взвизгнула, приложив к тону весь имеющийся гнев:
— Я замужем!
— Ты решила, что я к тебе подкатываю? — Он улыбался теперь мягко, однако глаза оставались внимательными. — Ничего подобного, даже не надейся, у меня очередь на полгода вперед расписана. Просто выпьем кофе и поговорим. Ты в аэропорту до завтрашнего дня бы стояла, не осмеливаясь свои вещи потребовать, а теперь еще добавились детали. От этого надо избавляться, Лиль, как от проказы, иначе так за всю жизнь ничего сто́ящего и не увидишь. Обещаю, что на этот раз буду вливать кофе в себя, а не на тебя. Считай этот жест тоже извинением за произошедшее.