Кинк. Право на удовольствие (СИ)

— Не знала, что только в «Кинке» гомосексуалы могут спокойно пообщаться и познакомиться. Была уверена, что подобных клубов в городе предостаточно. А распевал так, что я себе какие-то ужасы вообразила!
— Ужасы? – Он глянул на меня с иронией. – Если я чем-то и хотел тебя заинтересовать, то точно не ужасами. Да, мест предостаточно, но только здесь у всех есть гарантия, что не ворвется фанатик-папарацци с новой идеей для светских сплетен. Кто-то из этих мужчин занимает солидные посты, у многих есть семьи…
— Семьи? – удивилась я.
— Разумеется. Я ведь уже говорил, что иногда целой жизни не хватает для узнавания себя. И слишком часто бывает такое, что себя узнаешь намного позже, чем примешь какие-то решения. Это не клуб для геев, ты неверно поняла. «Кинк» помогает людям определиться, узнать, попробовать. А кто-то из них бисексуал — таким изредка требуются короткие страстные увлечения для отрыва от реальности, не больше.
— Звучит даже мило, — выдавила я, поскольку действительно не увидела никакого кошмара в том, что людям просто предоставили спокойное место для тайных свиданий.
Но Владимира явно смешила моя реакция:
— Особенно мило, что там дальше, — он указал на дверь в конце ресторанного зала, — номера. Для тех, кто не хочет откладывать страстные увлечения на потом. Здесь они выпивают, приглядываются, а затем почти со стопроцентной вероятностью летят трахаться.
— Что?! — я воскликнула неуместно громко. – Так это публичный дом?
— Ну, здесь есть публика и это определенно дом. Потому можешь и так называть. — Он тихо посмеивался. – Ты из какого века к нам явилась, мадемуазель? Еще бы борделем назвала. Ладно, идем дальше — нехорошо пялиться, здесь женщинам не место. В лесбийском зале к тебе отнесутся более благосклонно.
Я поспешила за ним дальше, но успела сообщить:
— Я не хочу в лесбийский зал!
Он обернулся с улыбкой:
— Не буду врать, что меня это не радует. Идем, Лиль, теперь усложняем задачу восприятия.
На закрытых дверях были таблички, но с мелкими надписями, и я стеснялась подойти и прочитать. Но все залы за этими дверьми были огромными, судя по расположению входов. Перед очередным Владимир остановился и лукаво глянул на меня.
— Готова?
— К чему?
Он перехватил меня за запястье, потянул на себя и открыл дверь, предоставляя мне право пройти первой.
Здесь было довольно много посетителей: некоторые стояли, а кто-то разместился на диванчиках, отделенных невысокими перегородками. Я смотрела по сторонам, поскольку долго не могла собраться с духом глянуть вперед и убедиться, что мне не показалось. Володя положил мне руки на плечи и приблизился — то ли для того, чтобы было проще болтать, то ли чтобы удержать меня на месте и не позволить сорваться в бега.
Впереди, за стеклянными стенами-экранами располагались три комнаты, левая свободна. В центральной стоял мужчина – немного полноватый, расплывшийся и обнаженный. Он, закрыв глаза от удовольствия, водил ладонью по стоявшему члену. Упоенно дрочил напоказ, испытывая возбуждение не только от онанизма, но и от того, что все вокруг его видят. Эксгибиционист? Я не могла на него смотреть, едва преодолевая отвращение, скосила глаза вправо и вздрогнула: там, точно так же напоказ, пара занималась сексом. Мужчина накрыл любовницу собой и яростно входил в нее, а она металась по простыни и громко стонала, обвивая партнера ногами. Я отметила, что оба в мягких масках на лицах, скрывающих черты. Странно, если учесть, что тела они показывать не стесняются…
— Интерактивное порно, — пояснил Володя почти в самое ухо. — Никакой видеоролик так не заводит, согласись.
— Я не смотрю порно! — ответила нервно и попыталась развернуться, но он удержал за плечи. — Какая пошлость! Здесь нанимают порно-актеров?
— Зачем нанимать? – Володя будто удивился. – Это же лучше визита к сексологу. Любой секс можно реанимировать, если добавить ему остроты — например, такой. Ты реально думаешь, что она изображает эти стоны?
— Понятия не имею, — буркнула я и снова попыталась вывернуться.
— Лиль, да перестань. — Володя все так же расслабленно улыбался. – Запреты живут только в головах.
А у меня нервы дребезжали от перенапряжения, потому я зашипела, даже не боясь привлечь к себе внимание возбужденных зрителей:
— Я ухожу! И не смей за мной идти!
— Лиль… — он поморщился и вышел следом в коридор.
Но я повторила громко:
— Не смей за мной идти!
Он снова позвал, но я не сбавила хода. А что? Хотела встряски? Встряхнулась как следует, не поспоришь. Увидела перед лестницей значок туалета и бездумно свернула туда – мучительно захотелось умыться и с мылом оттереть руки, словно сама испачкалась увиденным. Внутри, к счастью, никого не было, а коричневый мрамор и зеркала создавали ощущение элитности, заставляли отвлечься мысленно от того, что могло происходить прямо за стенкой.
Холодная вода привела в чувство, а потом, глядя на свое отражение в зеркале, я даже рассмеялась над болезненным блеском глаз. Что на меня нашло? Какая-то ненормальная истеричность. Ну занимаются люди сексом на глазах у других, ну смотрит на это кто-то — мое какое дело? Ведь меня даже заранее об извращенцах предупредили, никакого обмана. Они же никого не заставляют этим заниматься, а клиенты, как я понимаю, за это даже готовы платить сами. Единственный вывод: нормальным людям здесь не место. Мне — не место. Олегу моему — не место. А порно меня не интересует ни на мониторе компьютера, ни тем более в интерактиве. И то, что у некоторых нет самоуважения, — точно не моя проблема. Стонали-то они вполне правдоподобно. Какая жуть…
Успокоилась. Ничего страшного не произошло, теперь спокойно уйду, а карту оставлю прямо тут, на мраморной полке — кто-нибудь обнаружит и передаст Владимиру. А сам он будет вспоминать обо мне только со смехом: как за пять минут довести приличного человека до нервного срыва. Выходить из туалета не хотелось, здесь будто было убежище, но окончательно взяв себя в руки, я решила, что пора. Как раз на выходе столкнулась с девушкой — той самой рыжеволосой барменшей. Она легко улыбнулась, сразу меня узнав:
— Все в порядке, милая? — вероятно, она ко всем так обращается.
— Да, конечно, — мне не хотелось ни с кем обсуждать свое состояние.
— Просто это туалет для персонала. — Девушка открыла кран и наклонилась к отражению проверить макияж.
— Да? Простите, не знала, — я растерялась, и оттого подвел голос. Вполне вероятно, что на табличке это указано, но я просто влетела сюда, не задумываясь.
Но она не расслышала из-за шума воды или невнятной тихости ответа и продолжила другим тоном:
— А, поняла! Тебя на место Ленчика принимают? Ее Тём Саныч давно на третий этаж хочет перевести, но нужен бармен за стойку. А я еще удивилась — чего это с тобой и Панков, и шеф обжимаются. Теперь ясно! Я Рита, но здесь все зовут Марго. Можешь обращаться по любому поводу, новичкам всегда сложно.