Превосходство (СИ)

— Мудрое решение! — радостно воскликнул он. — Конечно же, мы подберём для Вас самое лучшее жилье. О какой сумме идёт речь, позвольте узнать?
— Не думайте о деньгах, просто предлагайте варианты. — Она гордо расправила плечи и откинулась на спинку кресла, словно весь мир умоляющи ползал у её ног.
Риелтор незамедлительно вывалил на Тею обоз предложений разной степени сомнительности. Она охладила его пыл, заявив, что её интересует тихий, уютный дом на окраине города. Посчитать количество монет они с Эмилирионом не удосужились, поэтому остановились на довольно скромном варианте: двухэтажная каменная усадьба, расположенная в северной части города, ценой в три с половиной тысячи золотых монет.
Подкупило их наличие в доме мебели и провизии, как сказал агент: «Вы можете закрыться в доме на неделю, и при этом ни в чем себе не отказывать». Подобный вариант полностью устраивал беглецов. Правда, чтобы «залечь на дно», им пришлось отдать чуть больше половины монет. Мешок знатно полегчал, теперь его можно было нести, хоть и с большим трудом.
Заселились Эмилирион и Тея ближе к вечеру — процесс оформления документов занял довольно много времени. Местное агентство не решалось самостоятельно выкупать дома и выступало в роли посредника. Теперь уже предыдущий владелец частенько пропадал в кабаках, пропивая наследство. Нашли его только к полудню, а привели в чувство гораздо позже.
Беглецам пришлось весь день просидеть в жарком и душном помещении, сил заниматься магией просто не было. Единственное на что хватило жизненной энергии — ров вокруг дома. Создавать его пришлось Тее, Эмилирион целый день «носил» мешок, и поэтому даже небольшую ямку вряд ли смог бы создать.
— Замаскируй его. Плотного участка земли вот такой толщины будет достаточно. — Эмилирион показал пальцами отрезок длиной в пять сантиметров.
— Получается, незваный гость наступит, провалится и упадёт вниз? — спросила Тея.
— Именно. И непременно сломает ноги.
— Довольно жестоко, разве нет?
— Сломать пару костей потенциальному убийцы, пришедшему поздней ночью? — начал он. — Не думаю, что это жестоко. Вполне справедливо.
— Возможно, ты прав. — Она выполнила его просьбу. — А как мы будет выходить за забор?
— Сделай небольшой мост поодаль от ворот. Только постарайся, чтобы его не было невидно. Положим рядом камни, чтобы знать, где можно ходить, а где нельзя.
— Умно!
Закончив с обороной, они отправились ужинать. Погреб ломился от обилия фруктов и овощей, многие из которых Тея никогда не видела. Эмилирион сел за стол, а затем и вовсе лёг на него, в ожидании своей порции зелени.
Тея управилась за пятнадцать минут. Получился на удивление вкусный, но при этом довольно кислый салат. По крайней мере, главную свою функцию — наполнения обессиленных тел калориями, он выполнял.
Вместе с заходом солнца они легли на кровать. Обессиленные. Объевшиеся. Готовые к новым свершениям, но только начиная со следующего утра. Сегодня ни Тее, ни Эмилириону не хотелось ничего делать. Даже на то, чтобы раздеться не было сил.
— Расскажи мне о своём мире, — попросила Тея. — Каким он был и почему погиб?
— Даже не знаю с чего начать. — Эмилирион глубоко вздохнул и продолжил: — Мы испортили нашу планету. В попытках нажиться и сэкономить, люди загадили реки, озёра и даже океаны, что уж говорить о городах. Представь здания в две сотни этажей в высоту, а вокруг поднимается ядовитый смог от машин и заводов — так и выглядели наши города.
— Машины, заводы — это такие звери? — спросила она.
— Металлические, рукотворные… — он слегка понизил голос. — Тебе они вряд ли бы понравились, однако без них, мы жили бы в мире похожем на ваш, только без магии.
— Как можно жить без магии?! — воскликнула она.
— Я так понимаю, у вас эрифийцы живут без магии. Как видишь, им не сильно повезло. — Эмилирион потянулся и зевнул. — Наш уровень развития технологий позволял обходиться без магии. У вас веселее намного, однако, я удивлен, что никто не использует «магию» по максимуму.
— Веселее? — в её голосе появилось раздражение.
— Всё ещё не веришь мне? — он повернулся в ней лицом. — Смерть — это переходный этап к новой жизни.
— Я понимаю, но не могу с этим смириться, — ответила Тея. — Для меня, смерть любого живого существа — это трагедия. Мне не хватает папы, и я бы отдала всё, чтобы встретиться с ним вновь.
— Спешу тебя расстроить, вряд ли возможно воскрешать мёртвых, как и поворачивать время вспять.
— Но, как же Эйрок? — возразила она. — Я видела, как он умер!
— Хороший вопрос… — Эмилирион почесал затылок. — В данный момент, у меня нет ответа на этот вопрос.
— А как погиб ты?
— Моё предыдущее тело испарилось, когда огромный булыжник размером с планету врезался в Землю. Я ничего не почувствовал. Абсолютно ничего. — В комнате наступила тишина. — И в следующее мгновение я очнулся в повозке твоего отца.
— Странно… — Тея нахмурила брови. — А почему ты не родился младенцем? Разве так работает перерождение?
— Ты не перестаёшь меня удивлять. — Он похлопал её по голове. — На этот вопрос я и пытаюсь найти в вашем мире. Надеюсь, что магия мне в этом поможет.
— Я бы тоже хотела в этом поучаствовать, — скромно попросила она. — Ты же не против?
— Только за! Однако пообещай, что вчерашний поступок станет нелепым исключением, которое больше никогда не повториться.
— Обещаю! — громко ответила Тея. — У меня есть ещё один вопрос…
— Спрашивай, — Эмилирион лег на спину и закрыл глаза.
— Вчера ты с кем-то разговаривал, — начала она. — Сатир и Икар, если я правильно запомнила.
— Нельзя ей рассказывать! — заявил Икар.
— Ну же, познакомь нас с ней, — требовал Сатир.
— Икар и Сатир — это части моего сознания, — сказал Эмилирион. — Первый выступает в роли рациональности и логики. Второй — эмоции и тайные желания. Иногда этим телом управляют они, а не я. Вот как-то так и живём. Ещё есть четвёртый компаньон, но о ней тебе знать нежелательно.
— Немезида? — неожиданно спросила Тея.
— Ничего от тебя не скроешь… — посетовал он. — Да, Немезида. Орудие последнего шанса. На её долю выпадает грязная работа. Именно поэтому я не испытываю угрызений совести или жалости.
— Как интересно…
— Не удивляюсь, если это будет тяжело для твоего понимания.
— Получается, когда ты трогал меня за грудь, это был не ты? — Её вопрос вызвал удивление даже у Икара.
— Какая проницательность! — ответил Эмилирион. — А ты не так проста, как кажется. И что ты теперь обо мне думаешь?
— Странный ты человек. — Тея задумалась. — Но я тебе верю, и надеюсь, что ты будешь хорошо ко мне относиться.
— Не переживай, я тебя не обижу. Если честно, ты мне нравишься, и как девушка, и как человек. То есть альсид.
— У меня есть идея… — робко начала она. — Я никогда не пробовала, но подруги рассказывали, как это делается.
Разум Эмилириона наполнился радостными возгласами Сатира. Её двусмысленный намёк был воспринят как сигнал к действию. Однако сил на то, чтобы сорвать с девушки одежду и овладеть нетронутым телом, у него не было.
Эмилирион решил не торопить ситуацию и для начала уточнить, что же она имела в виду:
— Что за идея?
— Мне неловко такое говорить… — прошептала она. — Просто сними рубашку и доверься мне.
— Я знал! Я знал! — заявил Сатир. — Какая же она бесстыдница. Как говорится: в тихом омуте черти водятся.
Эмилирион послушно снял рубашку и закрыл глаза, дабы не смущать спутницу. Тут бы задаться вопросом: «почему она не попросила снять штаны?», однако крайняя необходимость излить семя затуманила его разум.
Тея осторожно коснулась его ключиц тёплыми руками. Пальцы медленно заскользили вниз.
Она остановилась на уровне груди и начала массировать её. Эмилирион поёжился от щекотки — влажные губы поцеловали его живот.
— Прелюдия, — подумал он. — Неужели девственница сделает мне минет?