Превосходство (СИ)

Эротический массаж затянулся. Обычно к этому времени пары переходят к основному блюду, но Тея и не думала опускаться ниже. У Эмилириона закрались первые подозрения.
— Тебе понравилось? — шепотом спросила она.
Он не ответил. Эрекция достигла пика, а шоу закончилось. Сатир негодовал и требовал продолжения.
Эмилирион открыл глаза и с недоумением посмотрел на неё.
— Что-то не так? — Тея поджала губы, и в целом выглядело опечаленной.
— Видимо я тебя неправильно понял, — с сожалением в голосе ответил он. — Думал, ты имела в виду кое-что другое.
— Прости… — Тея посмотрела на его набухший член. — Ты думал, что я говорю о сексе?
— Хватит игр! — безмолвно закричал Сатир. — Дай я сделаю всё сам.
— Сейчас я всё тебе покажу, — голос Эмилириона изменился, Сатир получил власть над телом.
— Что с тобой? — настороженно спросила она.
— Не переживай, я о тебе позабочусь, — ответил он и один движением снял штаны.
Сатир обхватил её сзади за шею и подтянул к себе, их губы соприкоснулись. Его язык уверенно проскользил промеж её губ. На удивление, девушка отлично умела целоваться.
Не успела она ответить взаимностью, как крепкие мужские руки оказались на мягких бёдрах. А уже через пару секунд Тея уже сидела на нём сверху и, находясь во власти страсти, обеими руками гладила его лицо. Сатир задрал платье и впился пальцами в ягодицы, раздвигая их в разные стороны. Девушка застонала прямо по среди страстного поцелуя.
Сатир прервался, дабы стянуть с неё платье, а затем навис над обнаженным телом. Кровь альсидов в её венах пульсировала, создавая ярко-лиственный ореол, бликующий в последних лучах вечернего солнца. Увиденное заворожило его, хотелось трогать её снова и снова, абсолютно везде.
Неспешной тирадой поцелуев, Сатир добрался от влажных губ до набухших сосков. Как только он дотронулся до правого соска, Тея вновь застонала.
Сатир желал идти дальше: поцелуи, покусывания и сильные сдавливания хаотично сменяли друг друга. Тея начала извиваться, пытаясь сбежать от нападок разбушевавшегося любовника. Но когда он придавил её тело, не давая сдвинуться с места, и впился в левую грудь, будто изголодавшийся вампир, ей ничего не оставалось, кроме как схватиться обеими руками за покрывало и застонать на всю комнату.
Страсть завладело их умами, а стрелка часов ускорила ход.
Солнце спряталось за горизонтом, и две обнаженные фигуры скрылись во мраке ночи. Томные вздохи наполняли полупустую комнату, аромат весны вместе с ветром украдкой пробирался сквозь открытое окно. Только далекий шум ночного города пытался разрушить атмосферу страсти и вожделения.
Сатир оставил прелюдию и лег на спину. Тея посмотрела на него, а затем опустила глаза и прикусила губу, выказывая тем самым свою покорность и готовность идти до конца. Он уверенным движением обхватил её затылок, пододвинулся ближе, чтобы поцеловать, а затем медленно, но напористо повёл её голову вниз. Тея практически не сопротивлялась.
Когда её лицо оказалось рядом с твёрдым членом, Сатир взял его во вторую руку и направил в сторону губ девушки. Она покорно открыла рот, и сама опустилась ниже.
Он прекрасно понимал, что Тея девственница и наверняка не умеет делать минет, поэтому начал с медленных и плавных движений. Член лишь слегка вошёл внутрь её рта, однако она быстро сообразила, что нужно делать, и начала ласкать его языком.
Страсть поглотила Сатира: полностью руководя процессом, он опускал её голову всё ниже и ниже, рискуя проникнуть непозволительно глубоко. Так и случилось — Тея подавилась. В тот же миг она подалась назад, выпустив член изо рта.
— Постарайся расслабиться, — сказал он.
— Хорошо… — негромко ответила Тея.
Она быстро пришла в себя и Сатир вновь прислонил её губы к твёрдому члену. Девушка с опаской начала целовать его.
Возбуждение достигло своего пика, и простые поцелую более не интересовали его. Он намотал длинные волосы на руку, дабы пресечь попытки сопротивления и вошёл внутрь её рта.
Сатир вновь и вновь проникал сквозь влажные губы, не желая останавливаться. Он начал забывать, что перед ним неопытная девственница и опять переборщил. Тея вновь подавилась, однако теперь ей пришлось терпеть — Сатир не давал ей выпустить член изо рта.
Первые нотки оргазма пронеслись по его телу, мысли покинули разум, оставив в сознании лишь неземное блаженство.
В порыве страсти Сатир вошёл максимально глубоко: губы Теи соприкоснулись с его мошонкой, а член не позволял ей дышать. Если бы его попросили описать ощущения, испытываемые в этот момент, то вряд ли он смог бы подобрать слова, несмотря на всё богатство русского языка.
Тея попыталась врываться, однако, как бы она не упиралась руками в кровать, сил у неё не хватало. Она начала жалобно стонать, давая понять, что вот-вот задохнётся.
Сатир прислушался к её просьбе и убрал руку.
Жадно вдыхая воздух, Тея отодвинулась назад. Он смотрел на неё и ехидно улыбался. Девушка, способная на подобное в своей первый раз — бриллиант, от которого ни в коем случае нельзя избавляться.
— Немного осталось. — Коварная улыбка не покидала его лица.
— Я чуть не задохнулась! — воскликнула она.
— Не переживай, не задохнёшься, — ответил Сатир и вновь схватил её за волосы.
В следующую секунду член оказался у Теи во рту, а его проникновения стали более грубыми. Сатир раз за разом входил на максимальную глубину, давал ей несколько секунд, чтобы вдохнуть, и снова проникал внутрь.
Вскоре горло девушки привыкло принимать внутрь себя твёрдый предмет. На мгновение Сатиру даже показалось, что ей это начинает нравиться — хмурые брови и напряженное лицо уступили место пробирающимся наружу демонам страсти, словно она целовалось, а не делала первый в жизни глубокий минет.
Неконтролируемые, протяжные стоны сорвались с его уст — теперь назад пути не было. Сатир взялся двумя руками за голову девушки и начал сильными толчками всовывать член так глубоко, как только мог.
Громкий стон прокатился по комнате, а затем вырвался на улицу сквозь открытое окно. Член начал пульсировать, изливая в горло Теи горячую сперму. Ещё пара толчков, сопровождаемые обрывистыми стонами, и он отпустил её волосы.
Она села на колени и закашляла.
Её лицо постепенно отбросило маску мучения и засияло приятной, искренней улыбкой.
Сатир пришёл в себя, взглянул на Тею и спросил:
— Тебе понравилось?
— Ну как сказать… — начала она. — У меня двоякие ощущения.
— А хотела бы повторить?
— Скорее да, чем нет. Но только не сегодня! — ответила Тея и легла рядом.
— Ничего, привыкнешь. — Он улыбнулся и нежно провёл рукой по её лицу. — Слабое тело мне досталось, подозреваю оно не осилит второй раз. Уж прости, но тебе придётся подождать до завтра, но обещаю, что отплачу тебе сполна.
Тея улыбнулась и спросила:
— Получается, я сейчас не с Эмилирионом разговариваю?
— Какая находчивость! — воскликнул Сатир. — Не переживай ему тоже понравилось.
— Приятно слышать… — прошептала она.
  
Глава 14. Битва экстрасенсов
 
Пока коварное солнце медленно подкрадывалось к не зашторенному окну, Тея безмятежно дремала в объятиях Эмилириона. На протяжении всей ночи он держал её груди, словно маленький ребёнок, который спал, сжимая в маленьких ручках новую игрушку.
Ласнион уже пробудился: с улиц то и дело доносились цокот копыт и шум нагруженных повозок. В отличие от Миранталя здесь практически не встречалась брусчатка, поэтому ненавистные, для любого любителя поспать, звуки не могли разбудить их с Эмилирионом.
Первые прямые лучи солнца прорвались в комнату, угодив Тее прямо в глаза. Она поморщилась и попыталась отвернуться, однако Эмилирион довольно крепко прижимал её хрупкое тело к своей груди.
Бой со светилом длился не долго — ей пришлось приоткрыть глаза, а затем и проснуться.
Тея взглянула на мужскую руку, слегка мешающую нормально дышать и подумала: