Её величество

люди обычно будучи влюбленными. Отсюда невозможность прогнозирования счастливого будущего семьи. Я так это понимаю.
– Порядочным человеком надо быть, тогда и проблем не будет. А если один гонор и претензии в голове, так на кой такой муж нужен. Ты к нему подходы ищешь, выкладываешься, а он еще и выпендривается: «То не хочу, того делать не стану», – возмутилась Аня.
– Ерунда все эти твои разглагольствования. Сколько людей, столько и вариаций на тему, – фыркнула Инна.
– Не дано Федору любить и жертвовать собой, – вздохнула Аня.
– Только ли ему? – Жанна опять позволила себе улыбку, значение которой подруги прекрасно поняли.
– Эмма не считала, что чем-то жертвовала для семьи. Это было ее потребностью. Правда, до тех пор, пока не знала… – Аня не стала продолжать.
– Мужчины и самоотречение, мужчины и «чистый огонь самопожертвования»? Не встречала таких. Если бы увидела, глаза на лоб полезли бы от удивления, – засмеялась Инна.
А Жанна вдруг заявила:
– Даже господь не всякую жертву принимает.
– Жанна, что я слышу? А как же: «Подлинные устремления, суть человека, его истинное «я» проявляется в самоотречении, в самопожертвовании»?
– Во имя семьи – не видела, а ради науки и карьеры – приходилось, знаю примеры, – сказала Аня.
– А я знаю такого. Жизнь положил на жену-пьяницу, поэтому многого не успел сделать в литературе, – сказала Жанна.
– Сердце каждого человека – кладбище неосуществленных проектов, – усмехнулась Инна. – Стоила ли та женщина его жертвоприношений?
Она, наверное, об этом не задумывалась?
– Главное, чтобы он об этом не думал, – ответила Инне Аня.
– О детях сам заботился. Удивительный человек! Побольше бы таких, – пожелала Жанна.
– А женщины – думай не думай – тянут и своих непутевых мужей, и неудавшихся детей, – вздохнула Аня. – Стоят ли мужья того?
– Религия требует сострадания, – ответила Жанна.
– Только от женщин?
– Стоят, не стоят. Бог все равно повернет по-своему.
– В инфантильности мужчин обвиняешь Всевышнего? – удивилась Инна.
«Без мужчин подруги не следят за своей речью, не контролируют о ком и что говорят. Все у них на эмоциях. Так ли они понимают Федора? Я почти не слышала их доводов «за» и «против». Из гуляки вырос страшный человек, тиран с полным отсутствием положительных черт? По одному спектру причин представили Эмминого мужа исчадием ада, какого и свет не видывал. А если многослойно просканировать, объемно изучить его жизнь, то картина может выстроиться иная», – вяло размышляла Лена.
– Не скулите, все мы полны противоречий. В нас воюют одновременно любовь и неуважение, страсть и ненависть, зависть и эмпатия. А зависть – движущая сила злобы. Страшна ненависть, замешанная на зависти, – сказала Жанна.
– А говорят, что она – движущая сила творчества, – не согласилась Инна.
– Не зависть, а соперничество. Оно как катализатор, – пояснила Лена.
– Все в нас переплетено. Одно восстает против другого, а что побеждает и почему – вот в чем вопрос. – Инна натянуто усмехнулась. – Вот мы с последним мужем то параллельно шли, то схлестывались в ссорах, пытаясь взять реванш за прошлые поражения. И что делили? Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, что счастливые семьи строятся на здравом смысле. А его-то как раз людям и не хватает.
– Ты хочешь сказать – некоторым мужчинам, которых душат приступы себялюбия? – уточнила Аня.
– Твоя теория выведена из массовых представлений или только на основании личного опыта? – слегка съехидничала Жанна в адрес Инны.
– Не критикую я мужчин, жалею, – стала оправдываться Аня, заметив направленный на себя ироничный взгляд Инны.
– Может, еще и посочувствуешь им? Сомкнем наши ряды и выступим единым фронтом… против них?
– Я хорошим сочувствую, – буркнула Аня и прикрыла лицо простыней.
– В чем состоит причина власти женщины над мужчиной? – Аня посмотрела на Жанну.
– Во власти над тем в нем, что он в себе особенно любит. Любит лесть – льсти. Любит разнообразие – будь актрисой. Даже не испытывая мощной страсти, возбуждай, разжигай, доставляй мужу удовольствие, а заодно и себе. Доброму – жалуйся на свое нездоровье, умного – поддерживай. Все просто, как кусок хозяйственного мыла.
– А мужчины над женщиной?
– Аналогично. А у Эммы было полное пренебрежение к своей особе. Она только вкалывать умела. Но ведь известно: как ты себя ценишь, так и к тебе относятся. Не надо, даже безумно любя, стелиться перед мужем, выказывать свои слабые места, иначе оседлает, да еще пришпоривать станет и безобразно отыгрываться на тебе за свои же слабости. О себе самой тоже надо печься.
– Безжалостно заклеймила, – пробурчала Инна. – Только по чужим шпаргалкам жизнь не проживешь, свои надо писать.
– Но и опыт поколений игнорировать не стоит, – незамедлительно ответила уверенная в своей правоте Жанна.
– Давай поставь всем нам диагноз, выясни причины наших неудач с мужчинами.
– Разрежу, посмотрю, определю, – отшутилась та.
– И все же… – пристала к Жанне Аня.
– Каждому хорошему человеку хочется идеальных отношений. Но вероятность этого варианта слишком мала. Даже достаточно положительные люди слишком разные. Один направляет свой ум на единомыслие в семье, другой себя любит чуточку больше. Вот и приходится уловками и уступками достигать приемлемого баланса «сил». Только продуманная и осмысленная жизнь может быть счастливой, – выдала Жанна свою многократно апробированную и отредактированную теорию.
– Противно приспосабливаться, – заявила Аня.
– Надо, если любишь и хочешь иметь нормальную семью, – ответила Жанна. – Уступать можно и нужно, но до определенного предела.
– Ладно, поверю на слово. А в чем слабость мужчин и женщин? – задала риторический вопрос Аня.
Диссертацию на эту тему Жанна защищать перед Аней не стала, к Инне повернулась.
– Нас всех в школе воспитывали лозунгом: главное для человека – преданность своей стране и своей семье. Но некоторые – не будем называть их имен – плохо учили уроки. Как на духу скажу: я тоже, – рассмеялась Инна.