Злодей не моего романа

 Не без помощи спустила его джинсы и белье. Бросила взгляд исподлобья. Черные от желания глаза внимательно наблюдали. Я наклонилась и обвела языком головку, получив в награду протяжный полурык-полухрип. Пропутешествовала вниз, каждым движением вырывая новое доказательство желания. Рик, я ведь не прошу тебя подчиняться или слушаться, я прошу только доверять. К языку присоединила губы, бедра шевельнулись навстречу моей ласке. Он попытался встать. Слишком рано. Я уперлась ему рукой в грудь.
 — Нет.
 В черных глазах сверкнул гнев:
 — Да.
 Меня рывком подмяли под себя, освобождая от нехитрого одеяния. Еле слышно треснул шов на майке. Я подчинялась, помогала ему, обнимала и шептала что-то ласковое, нежное, звала по имени. Сейчас не вышло, повторю попытку позже, а нет, тогда еще раз, до тех пор, пока ты не сможешь расслабиться, позволить мне доставить тебе наслаждение и принять его без страха или гнева.
 Несколько минут спустя я лежала под ним, дико уставшая и не менее дико счастливая. Бес попытался подняться, освободить меня от тяжести своего тела. Я обняла его за шею.
 — Не уходи.
 Он подставил локти, перенеся на них основной вес, и заглянул в глаза. Не знаю, что он искал в них и нашел ли. Единственное, что я знала — не хочу покидать, даже если понадобится остаться в этом полоумном книжном мире. Ужаснулась собственным мыслям, но отгонять не стала. Уж лучше быть честной с самой собой, чем искать оправдания и уловки.
 Рик склонился и провел носом по чувствительному месту за ухом. Я съежилась под ним и засмеялась. Такова природа человеческих нервов. Когда тебя одолевает желание, такие прикосновения возбуждают, когда же ты удовлетворена, нервные окончания реагируют иначе. А сейчас я была удовлетворена сверх меры. Он повторил движение. Я взвизгнула, попыталась выбраться из-под него.
 — Рик! Что ты...
 Подавилась смехом. Теперь он забавлялся с такими же точками на шее. Я извивалась, но сдвинуть этого мужчину с места, если он сам того не позволит, нельзя.
 — Ри-и-ик! — визжала я.
 — Ты всю улицу разбудишь, — он принялся за бока и бедра, пробегая по ним пальцами.
 — Ри-ик!
 — Ты сама просила остаться.
 — Нет, я не это имела в виду!
 — А я это.
 Сквозь веки видела искрящиеся смехом глаза, и на душе было потрясающе тепло и светло. Мимо медленно проехала машина. Я испуганно пискнула, свернулась, постаралась полностью спрятаться под своим хищником, опасливо выглянула из укрытия. Угроза миновала, я выдохнула, вернулась к его глазам. Он смеялся искренне, от души.
 — Что? — не поняла я.
 Покачал головой, поднялся, надел на меня белье и джинсы. Я больше не пыталась возмущаться. Если таково его желание, я не возражаю. Пока. Оделся сам, через голову натянул мне новенькую майку. Точнее, бывшую когда-то новенькой... С двух сторон по швам шли здоровенные дыры. Это стало последней каплей. Я уткнулась лбом в его грудь и начала заливаться смехом, икая и всхлипывая.
 — Хана маеч-чке. А мне оп-пять нечего носить.
 Я слышала над головой и его смех тоже. Это было замечательно, я готова была петь: несмотря на окружающие события, несмотря на его проблемы со стаей, ему было хорошо сейчас, а от этого было хорошо мне. Он снова отдал свою майку, оставшись обнаженным по пояс. Мне нравилось смотреть на него, пока он вел машину, обнимать, пока нес сквозь лес. Подходя к своему дому, Рик вдруг поставил меня на землю, спрятал за спину и оскалился. Я осторожно выглянула из-за его плеча. Никого. Он медленно потянул меня следом, мы миновали входную дверь, коридор. Гостья, а точнее бесцеремонная посетительница, развалилась на кровати. Невысокая, худенькая, изящная, по-кошачьи гибкая, ухоженная. Я с тоской подумала о своем внешнем виде. Из яркого только синячищи на плече и шее, все изящное, что было, то бишь каблук, — поломалось, от ухоженности осталась вымытая Бесом голова.
 Женщина улыбнулась мягко и обворожительно-сексуально.
 — Здравствуй, Эрик.
 Его лицо прямо светится счастьем! Я так же свечусь, когда подруги мамы пытаются представить мне своих «замечательных чуть-чуть разведенных сыночков с тонкой душевной организацией».
 — Тебе плохо жилось? — Рик вернулся к невозможно-ледяному тону, с которого я его узнала. Он снова оделся в ту броню, под которую я только-только начала проникать. Эх, принесла же нелегкая!
 — Нет. Очень хорошо, но скучно. А потом вдруг узнала, что ты ее завел, — она кивнула в мою сторону. — И что влиянию она не поддается. Прям как я когда-то. Захотела взглянуть.
 Рик стиснул зубы. Посильнее высунулась из-за его спины. Женщина плавно вскочила с кровати, приблизилась к нам, обходя по кругу. Я чувствовала липкий, оценивающий взгляд. Стало подташнивать.
 — Эрик, я красивее. Меня так никто и не заменил, правда? — она усмехнулась. Я внимательно наблюдала. Незваная наглая гостья не нравилась мне, это верно и понятно, но помимо ревности в душе поднимался горький привкус некоей догадки.
 — Эрик, что ты с собой сделал? — она печально покачала головой. — Так жалко твоих волос. Мне так нравилось их перебирать. А куда же делись те шелковые рубашки, что я тебе дарила?