Злодей не моего романа

 — Невоспитанная девчонка.
 — Во-от, — развела руки Катя, словно это все доказывало.
 — Где Рик? — отмахнулась я от них.
 — Ушел эту Марину искать.
 — Марианну.
 — Один фиг!
 Я нахмурилась.
 — Уйдите. Мне пять минут на сборы надо и чаю завари, пожалуйста, Кать.
 Сестренка кивнула.
 — Он что-нибудь еще сказал, когда уходил?
 — Он вообще никогда ничего не говорит, — пробубнил недовольно гот.
 — Гриш, — ухватилась я за мысль. — За что ты вчера перед Риком извинялся?
 — Я обещал, что не стану отвечать на твои вопросы.
 Я проматерилась. Вот же Бес белый! Ладно.
 Катеринка потащила нас шляться по центру. Мы бесцельно бродили, болтая ни о чем, сопровождаемые мрачным Гришей, от нечего делать заходили в магазинчики, я рассказывала сестренке то, что не стала рассказывать при родителях. Она расстраивалась моей нерасторопности в деле хищных убийств, а когда я, к тому же еще, и не смогла объяснить, каким образом Кларк раскрыл дела, совершенно разочаровалась во мне.
 — Ну, ты даешь! — щебетала она. — Раз в жизни выпал такой шанс, а ты...
 — Я была занята другими вещами.
 — Вещами или мужчиной?
 Вот же нахалка! Ответить я не смогла, потому как увидела его, Рика. Нет, не живого Рика во плоти, а картинку. В витрине «Букваеда» красовалась большая подарочная энциклопедия оккультизма. С открытой страницы на меня напряженно взирал маленький хвостатый Бес. Я замерла, дыхание перехватило.
 — Что? — изумилась сестренка.
 — Пойдем.
 Я забежала в магазин и прямиком кинулась к заветному предмету, разглядеть поближе.
 — Что? — уже более настойчиво повторила Катя.
 — Это Рик.
 — Лен, ты больная!
 — Я знаю, Катюш. И боюсь, это не лечится. Остается смириться.
 Сестренка засмеялась.
 — Ладно, допустим. И что ты собираешься с этой картинкой делать?
 Не знаю, как работает мой блаженный мозг, но видимо как-то работает. Жила же я с ним все это время. Кажется, снова повторяюсь. Так вот, этот самый блаженный выдал гениальную идею, укоренившуюся в сознании с первого мгновения.
 — Кать, помнишь, ты встречалась с парнем, татуировщиком?
 — О! Мать! Тебя понесло! Ты это серьезно?
 — Я похожа на человека, который шутит?
 Катя опасливо оглядела мое лицо.
 — Нет. Однозначно нет. Лен, ты соображаешь? Вася, конечно, отпадный художник и картинку сделает конфетку, но...
 — Кать, уговори! Ты можешь! Мне же не во всю спину!
 — Допустим. А с этим что делать? — она кивнула в сторону Гриши, угрюмо подпирающего косяк у входной двери, и притягивающего любопытные взгляды противоположного пола. Я оценивающе прищурилась.
 — А этот нам не помеха, еще и бальзамом поработает.
 — Это как? Вылижет, что ли? Как себя вчера? Я видела. Вообще с ума сойти! Потрясно.
 Я с ужасом представила последствия.
 — Нет. Ты что? Рик тогда ему язык вырвет, а мне голову открутит! Заставишь поплевать.
 — Фу! Реально больная. Теперь понятно, в кого я пошла. А Рику понравится?
 — Не думаю. Это неважно. Я хочу сделать. Звони скорее.
 Катерина покачала головой и достала телефон, а я бегом побежала покупать книжку.
 Вечером вышла от Васи, открывшего для сестренки салон в воскресенье, счастливая, довольная и даже почти не пострадавшая (спасибо возмущенному, но послушному Грише) с татуировкой на спине, изображающей угрюмого чертика с всклокоченной шевелюрой цвета моей кожи.
 Без приключений добрались до квартиры, где нас с порога встретил хмурый Рик. Катя пискнула, попрощалась и предусмотрительно ретировалась, утянув за собой сопротивляющегося Гришу.
 — Где вы были? — отчеканил Бес. Я подумала, что вернуться он должен был совсем недавно. Секунд десять назад. Дольше просто бы ждать не стал.