Злодей не моего романа
Обеспокоенные серо-желтые глаза тут же возникли напротив моих.
— Рик, я... — лихорадочно соображала как бы потактичнее объяснить суть происходящего в моем организме. Бес прищурился, потом закрыл глаза и провел в воздухе носом. Я с тревогой наблюдала за ним. Длинные ресницы порхнули вверх, открыв почерневшие глаза. Не говоря ни слова, он одел меня, оделся сам, подхватил на руки и выскочил из дома. Я зажмурилась, огляделась только после того, как мы остановились. Бес спустил меня на ноги. Я с опаской взглянула на вывеску круглосуточной аптеки, зашла внутрь. Бес не отставал ни на шаг. За выбранное, ясное дело, расплачивалась не я.
Дома, закрывая перед ним дверь ванной, я смотрела все в те же абсолютно черные глаза и вздрогнула, когда с той стороны короткие ногти царапнули деревянную поверхность.
— Безумие, — испуганно шепнуло сознание.
— Рик, — тихо позвала я из-за двери. Прошло несколько мгновений, прежде чем хриплый голос прошептал:
— Да?
— Ты так... всегда?
Молчание. Я терпеливо ждала.
— Нет. Только с тобой, — мне с трудом удалось разобрать слова. — Маленькая, не бойся меня.
— Кто тебе сказал такую глупость?
Я поотмокала немного под душем, оделась и открыла дверь. Он стоял в той же позе, как я его оставила, прямо передо мной. За это время цвет глаз ничуть не изменился. Рик снова повел носом возле меня, веки на мгновение прикрылись в каком-то странном блаженстве. Ну, ладно. Он прав. Немножечко пугает. Я осторожно прошла к кровати. Бес не трогал меня, просто беззвучно шел рядом. На постели мы расположились точно так же, не касаясь друг друга. Он не шевелился, тем не менее, мне было не по себе. Проворочавшись минут сорок, все же погрузилась в дрему.
Пробуждение было резким. Память пнула сознание последним маленьким странным фактом. Я открыла глаза. Взору предстала все та же картина. Рик, нависая надо мной, словно собака водил носом вдоль тела. Глаза закрыты.
Бойся своих желаний, Леночка. Хотела отвлечь мужика? Получите, распишитесь. Отвлекла. Будто наркотой накачали.
— Ну и где вы? — крикнула из глубины дома бабушка. Мой злодей резко выпрямился и зарычал на дверь.
— Ой! — возмутилась Анжелочка. — Куколка! Сколько у тебя по времени длятся такие дни?
— Четыре, не больше, — осторожно крикнула я, косясь на оскаленного Беса.
— Я тебе в холодильник продуктов сейчас принесу, ты пока полчасика из спальни не выходи, а то он кинется. Кто к дому приближаться будет, сама сразу кричи, чтоб не подходили.
— А как я узнаю, что кто-то приближается?
— А ты на него посмотри!
Намек ясен. Мгновение спустя рык прекратился, Бес тряхнул головой, словно отгоняя наваждение. С тревогой взглянул на меня. Мягко улыбнулась своему сторожу. Черные глаза устало закрылись. Я отсидела обещанные полчаса и медленно сползла на пол. Рик, не отрываясь, следил за мной. Спрыгнул следом. Честно и искренне не знала, как себя с ним вести и что делать. Дошла до кухни. Сварила кофе, сделала бутербродов, не сходя с места, съела. Единственное, что шло в голову, что, наверное, резких движений лучше делать не стоит. Ну, так... На всякий случай.
— Рик, — наконец, не выдержала я. — Теперь каждый месяц так будет?
Он молчал, зажмурился, стиснул зубы. Снова взглянул на меня. На этот раз знакомый серый цвет вернулся, без желтого ободка, но хоть что-то.
— Нет. Это первый раз. Я справлюсь. Говорил...
— Инстинкты, — подсказала я.
— Да.
Родные глаза вновь затянула ночная чернота. Я вздохнула, допила кофе. Подумала, налила еще. Видимо, придется ближайшие три дня сидеть в четырех стенах. Жуть.
Рик развернулся к окну и зарычал.
— Черт! — пискнула я. Потом вспомнила наставление Анжелочки и прокричала громко. — Уходите! И ближайшие три дня там не маячьте!
Бес вновь вернулся к более-менее нормальному состоянию. Оперся о кухонную стойку. Толстая доска хрустнула и раскрошилась под его ладонью. Вот ж ты танк без башни! Ну и что мне с твоим блудным кланом делать? В голову пришла вполне, на мой взгляд, логичная мысль. Теперь бы еще подручных материалов достать.
— Рик, — позвала я. Он снова повторил все сначала, возвращая на несколько минут относительное спокойствие в глаза.
— Да?
— Тут есть краска?
— В подвале.
— Пошли, — кивнула я. Сбежала. Нашла приличную банку ярко-синей и белой. Схватила первую. Поковырялась, кистей не обнаружила. Ну не рукой же рисовать, правда? Поднялась на кухню, выудила ложку, обмотала ее салфеткой и поскакала на улицу. Рик все это время не отставал ни на шаг. Про себя подумала, что закончу — покормить мужика надо. Когда он ел последний раз?
Забор был как холст. В том смысле, что сплошной, белый, прямо разворот для больной фантазии. Открыла банку, перемешала, прикусила губу и принялась выводить текст. Для начала на одной стороне, потом на другой. По логике, они на забор сверху становятся, увидят мои шедевры по-любому, глазастые. Когда я закончила, надпись гласила: «К Эрику нельзя, убьет. Возвращайтесь...» — и снизу дата.