Злодей не моего романа

 Смущение и растерянность резко отступили.
 — Рик, ты — прелесть, — с этими словами я прыгнула на него, оказалась в объятиях теплых рук.
 — Я помню.
 — Уже говорила?
 — Дважды.
 — Не помню.
 — И не надо. Достаточно моей памяти.
 Чуть развернулась и обвела языком контур уха, подражая его собственному движению. Он застонал, прижал меня сильнее. Я с удивлением поняла, что завела с пол-оборота, просто повторив его же жест. Решила продолжить эксперимент. Провела губами по виску, за ухом, лизнула шею.
 — Маленькая, — хрипло прошептал Бес. Значит, тебе так нравится, хороший мой? Как интересно. А если сочинить что наподобие? Помнится, как-то уже прикусила ключицу, в прошлый раз понравилось. Повторим?
 Рик напрягся, выгнулся, зарычал. Даже так? Недолго думая, лизнула место укуса. Застонал. Нетерпеливо стянула белую майку и повторила сначала, только уже с другой ключицей. Зубы, язык. В ответ рык и стон. Эдак я тебя согласна кусать всего. Чем и занялась. Бес извивался на стуле, грозясь сломать хрупкое деревянное безобразие. Расстегнула джинсы, на мгновение задумалась, приняла решение и осторожно прижала зубами сквозь белье самую нежную часть тела своего хищника. Мир перевернулся.
 — Довела, — довольно констатировал мозг. Мягко прогнулась под спиной кровать. Рик нетерпеливо сдернул одежду с обоих, перевернул на живот и, прижавшись всем телом, резко вошел в меня. Я тихо всхлипнула. Горячее прерывистое дыхание шевелило волосы на виске. Услышала странный, еле слышный звук над головой. С удивлением осознала, что причина — я сама, точнее — мои ногти, царапающие постельное белье. Бес, не прерывая движений, поймал неподвластные хозяйке пальцы, переплел со своими, склонился к самому уху.
 — Маленькая, хочу слышать, что ты — моя.
 — Я — твоя, Рик, — послушно выдохнула я. — И останусь твоей, пока ты этого хочешь.
 Он протяжно застонал, ускоряя движения. Выгнула спину, перед глазами заплясали желтые точки, закрыла их.
 — Моя, — уже громче повторил он.
 — Только твоя, — с трудом хрипло шепнула я. Желтые точки плавно переросли в фейерверк. Я зажмурилась, с силой сжав пальцы своего хищника.
 — Ри-ик! — протяжный стон вырвался сам собой, минуя сознание.
 — Скажи еще раз, громко.
 — Твоя, только твоя и твоей останусь, — на тело накатила волна разрушительных по силе эмоций. Я всхлипнула в последний раз прежде, чем расслабиться.
 Сквозь туман в голове пробилось злобное рычание. Бес исчез. Я осталась одна на кровати. Заставила тело слушаться, перевернулась, надела белье, белую трикотажную майку хищника и бегом потрусила к выходу. Именно оттуда доносилось тихое рычание. Во дворе глазам предстала чудная картина. Газон был завален розами. Алыми. Почему-то возникла ассоциация с кровью. Я взглянула на Беса. Он стоял, стиснув зубы, борясь с собой, с ненавистью глядя на цветы.
 — Откуда это? — решилась тихо спросить я.
 — От Томаса.
 — Анжелочке за проигрыш?
 Черные бездонные глаза сердито взглянули на меня. И я поняла.
 — Черт.
  
 Глава 33 
  
 Не зря показались кровавыми. Меня передернуло. Прижалась к мужу. В голову пришла по моим меркам неплохая мысль.
 — Хороший мой, подожди, сейчас не будет.
 В общем, он и сам наверняка справился бы, и даже быстрее и лучше, но для него же будет важнее, если это сделаю я. Бегом спустилась в подвал. Пробежала глазами вдоль полок.
 Ну, где же ты, мой убойный, легко воспламеняемый аналог Bacardi 151? Ага! Нашла.
 Схватила две бутылки. Бегом кинулась в ванную, достала баллончик с лаком для волос, затем метнулась на кухню, сообразила, что плита-то электрическая. Расстроилась. Вспомнила про зажигалку в машине (хорошая такая зажигалка, специально трупы подпаливать). Эх, жаль керосину не успели приобрести, придется ром портить. Выскочила на улицу.
 — Подержи, — сдала поклажу Бесу. Уже успокоившиеся серо-желтые глаза с улыбкой наблюдали за мной. Ему явно нравился ход моих мыслей и максимально возможная скорость передвижения. Залезла в машину, достала из бардачка вожделенный предмет. Отпинала босой ступней из общей кучи немного цветов. Дошла до Рика, с довольным видом подпирающего стену, забрала ром с лаком, вернулась. Откупорила спиртное, скрепя сердце, полила сверху растения, подняла с земли баллончик, встряхнула, щелкнула зажигалкой и устроила незабываемое фаер-шоу, закончившееся пионерским костром из роз. Несколько раз пришлось бегать в подвал за добавкой, цветы-то живые, горят плохо, еще и дымят. Лак извела весь. Благо Анжелочка закупила три баллончика. Как раз хватило.
 Наконец уставшая, всклокоченная, со слегка опаленными ресницами и бровями, я отступила к дому, любуясь результатом трудов своих.