Окно напротив (СИ)

Я почти чувствовала, как моя душа рвется наружу из тела. Так неуютно было мне здесь, на Земле.
- Все будет хорошо. Пошли, - прошептала Маша и подвела меня к своей постели.
Она уложила меня на нее прямо в одежде и накрыла теплым одеялом, еще хранившим ее запах. Меня должно было колотить от холода, но почему-то этого не происходило. Лишь ноги от тепла невыносимо заныли.
Я зажмурилась.
Темные. Почти черные. Цвета ночи с кофейным оттенком. С мелкими бурыми точками, похожими на брызги шоколадной глазури. Его глаза.
Я столько раз рисовала их на полях тетрадей во время лекций, но никак не могла подобрать нужного цвета. Всегда нестерпимо хотелось увидеть их вновь.
Забыть.
Нужно было все пережить и забыть.
- Я поставлю чайник, - Мурзя метнулась на кухню.
- Не хочу, - прохрипела я.
Мой голос прозвучал глухо и надтреснуто, будто с губ слетела стая черных ворон.
Подруга села на краешек кровати и поправила одеяло.
-Согреваешься?
- Не знаю.
Маша не стала меня дергать. Она все-таки ушла на кухню, чтобы вернуться через пятнадцать минут с двумя чашками горячего чая. Поставила их на стол, проверила мои ноги, руки и крепко обняла.
- Где ты была?
Я безразлично уставилась в стену и принялась пересчитывать лепестки огромных цветов, изображенных на обоях.
- Не знаю, - наконец, прошептала я.
Она приподняла меня за плечи и усадила к стене, оставив укрытыми лишь ноги.
- Ты что, не помнишь, куда ходила? Обросла льдом, будто сидела на лавке у подъезда несколько часов в мороз.
Я с благодарностью приняла кружку из ее рук. Мне захотелось вылить этот кипяток себе на лицо, чтобы заглушить одну боль другой.
- В город, - вместо этого слабым голосом ответила я.
Маша покачала головой. Она протянула руку и медленно расчесала пальцами густые, упрямые пряди моих волос. Совсем как моя мама когда-то. Также заботливо и нежно.
- Пешком? – ее голос вырвался из груди, словно маленькая испуганная птичка.
Я поняла, что она очень мне сочувствует.
- Туда на автобусе. А обратно…
Мурзя выпрямилась и отставила кружку с чаем на стол.
- Марьяна, что происходит? – она легонько постучала по моей спине, возвращая к реальности. – Я ничего не понимаю.
Солнце залило всю комнату ярким светом. Лучики пробивались сквозь заледеневшее стекло и разбегались по подушке, словно желтые цыплята. Я замолчала и принялась вертеть головой из стороны в сторону, отказываясь отвечать.
Мурзя тяжело выдохнула.
- Я чего-то еще не знаю?
Пришла пора произнести то, чего больше всего не хотелось бы произносить вслух.
- Аня не брала трубку. И я поехала в город. Нашла ее у Сереги в комнате.
- Не может быть. – Изумленно вскинула руки подруга. - Они что, того?
- Ага, - мне самой не хотелось в это верить.
- Ты видела их? Прямо видела? Или они тебе сами сказали? Не может быть!
Я почувствовала, что мои ноги согрелись. Пошевелила пальцами. Вот, у меня снова появились руки.
- Нет. Она открыла мне. На ней была его рубашка.
Мурзя заметно помрачнела.
- А ты?
Перед глазами вновь всплыла эта картина. Длинные голые ноги в дверном проеме. Бесконечные, как ее огромное предательство. И жестокие слова: чем могу помочь? Чем могу помочь? Как ножом по сердцу. И ее улыбка, которая связывает меня туже веревки.
- А я ушла.
Маша отчаянно замотала головой, словно отказывалась смириться с произошедшим.
- Ну, так, может, ничего и не было.
Меня словно встряхнуло от ее слов, но тут же невидимой рукой опустило обратно на землю.
- Когда у тебя ничего нет с парнем, ты приходишь и надеваешь его рубашку на голое тело?
Взгляд подруги стал слишком напряженным.
- Нет.
Я уронила голову на руки и набрала побольше воздуха, чтобы успокоиться.
- Я не хочу больше об этом думать.
- Подожди, она же твоя сестра. У меня в голове не укладывается!
- Она улыбнулась и спросила «Чем могу помочь», понимаешь?! Как чужому человеку. Просто хотела поиздеваться надо мной! - почти закричала я, глядя Мурзе в лицо.
Во мне в этот миг нечто светлое и огромное вдруг превратилось в прах. Наверное, моя душа. Рассыпалась на миллионы пылинок и исчезла, подхваченная холодным ветром. И так происходило всякий раз, когда я возвращалась мыслями к тому моменту.
- Жестоко, - вздрогнув, произнесла подруга.
- Я хочу скорее забыть об этом.
- А что Серега?
- И о нем забыть.
- Нет. А вдруг он не виноват? Вдруг, у них ничего не было? Нужно поговорить с ним, встретиться, объясниться.
Я посмотрела на нее так, будто она предлагала мне червивое яблоко, и отрицательно покачала головой.
- Не хочу. Я пока даже не представляю, как пережить встречу с сестрой.
Маша кивнула.
- Ты ей сказала про маму?
- Да.
- А она что?
- Не знаю. Я убежала.
- Давай переедем в город и подадим документы в академию?
- Не хочу. Пока Аня не закончит учебу, я туда не ногой.
- Аня?
- Да.
Мурзя сердито скрестила руки на груди.
- А что тебе от нее? Тебе не нужно ни ее разрешение, ни одобрение. Ты можешь ее вообще не замечать! Если она действительно увела у тебя парня, то пусть превратится в обезьяну! Не прощай ее никогда. Забудь навсегда! Его и ее. Пусть остаются в прошлой жизни. Ты начнешь новую!
Я закрыла глаза и мысленно побежала. Быстро-быстро. Далеко-далеко. Меня затрясло изнутри. Ярость и беспомощность, боль и предательство, все это смешалось внутри и рвалось наружу.