Стань моей свободой

Аня из налоговой видела, как они выходили из кабинета весьма довольные друг другом.
Так что, стоило шаблонному по истечение срока доложить о мелких ошибках и попросить продления, им с напарником вежливо приказали сворачиваться и возвращаться в альма-матер. Поэтому он и уходил с кислой миной, зная, что его провели, но, не имея возможности это доказать.
— Незабываемый опыт, — фыркает Алёна, выходя из-за моей спины.
— Может быть, но повторять бы не хотелось, — в тон отзываюсь я.
— Сейчас бы в отпуск, — мечтательно вздыхает она, облокотившись о спинку кресла, — чтобы отключить телефон и забыть про цифры.
— Так иди, — улыбнувшись, я вижу новое сообщение от Насти Кабировой. — Квартальный отчёт ты сдала, бухгалтерию проверила от и до, самое время отдохнуть.
— А и правда, — озаряет Алёну. — Отпустишь?
Вместо ответа я выразительно указываю рукой на дверь.
— Тогда увидимся через месяц? — всё ещё сомневается она.
— Хорошего отдыха, — фыркнув, ставлю я точку и перевожу взгляд на экран.
В письме риелтора ещё три офиса. Кажется, это уже третья или четвёртая партия, но всё не то. Точнее, не так. Всё не Гоголя. И как бы да, в условиях соглашения с Яном я прописывала покупку того здания по средней рыночной цене и в щадящую рассрочку. Вот только в жизни всё оказалось несколько сложнее.
— Кать, позови ко мне Аллу, — прошу я, набрав номер, и кладу трубку.
 
— Звали, Алиса Константиновна? — она не то чтобы мне рада, но откровенно злорадства не видно.
— Проходите, садитесь, — указываю я на кресло перед собой.
— Что-то случилось? — гораздо вежливее, чем пару месяцев назад интересуется Алла. Хотя красные шпильки всё ещё при ней.
— Случилось, — сложив ладони перед собой домиком, я улыбаюсь, — вы уволены.
Секунда, вторая, третья. Приподняв бровь, она смотрит на меня, я с улыбкой отвечаю тем же.
— Могу я узнать причину? — кажется, искренне интересуется она. Хотя, Алла и искренность…
— У меня много недостатков, — я продолжаю улыбаться. Неудивительно, учитывая, что пришлось терпеть её целых два месяца. — Но главный из них — я не работаю с теми, кто мне не нравится. А вы мне не нравитесь.
— Вы мне тоже, — не впечатляется Алла, — но вряд ли взаимная неприязнь считается достаточной причиной для увольнения.
— Вам нужны более веские? Как хотите, — хмыкнув, я откидываюсь на спинку кресла. — Вы грубо высказываетесь на моей территории обо мне же. Вы устанавливаете свои порядки и наказываете моих сотрудников. И в недостаточной мере исполняете свои обязанности. Хотите ещё? — Положив локти на подлокотники кресла, я подаюсь вперёд. — Извольте. Я не буду работать с лицемеркой, захотевшей утопить собственную лодку.
— Не понимаю, о чём вы говорите.
Актриса. Да такая, что только аплодировать и закидывать цветами.
— Я говорю, что можете строчить на меня доносы хоть ежедневно. Не поможет. — Выражение её глаз меняется всего на миг, но мне достаточно и этого. — Гораздо больше мне интересно на что вы надеялись, подставляя компанию, в которой сами и работаете.
— Заявление подписано сегодняшним числом? — вместо ответа нехорошо прищуривается Алла.
— Не хватает только вашей подписи, — выпрямившись, я указываю на лежащую с её стороны стола распечатку. И она раздражённо подписывает, едва не прорвав бумагу насквозь. — А теперь поговорим.
— Не о чём, — высокомерно задрав подбородок, Алла поднимается и идёт к двери.
— Я у тебя что, мужика увела? — вопрос заставляет её застыть на половине пути.
— Мужика? — презрительно кривится она, разворачиваясь.
— А что, есть другая сфера, где наши интересы могли пересечься?
— В отличие от тебя, мне мужики без надобности! — Алла резким шагом подходит и, наклонясь, опирается ладонями о мой стол. Вот это я понимаю ненависть! — Я не выхожу за одного, сплю с другим, а болтаю с третьим. Всё, чего я добилась, пришло исключительно адским трудом. Адским! Папочка не давал мне денег на капризы. Любовничек не помогал с открытием бизнеса. Мужики не вились около моих ног, готовые на всё, что угодно!
Вот оно что! То есть из нас двоих это я лицемерная дрянь. Хотя, может и так, вот только про какого любовничка речь, учитывая, что Кир мне не помогал, а Андрея я тогда ещё не знала? Или это так, её фантазии на тему?
— Что мешало тебе завести парочку таких же любовников? — иронизирую я, чувствуя, что ещё чуть-чуть и она на меня кинется.
— Мне?! — нервный смешок и Алла отталкивается руками от моего стола. — Папаша-алкоголик, бюджет, общага и мытьё полов по ночам. Вот что мне мешало, пока ты разгуливала по клубам, просыпаясь в постели незнакомых мужиков! — А вот даже интересно, это все мои так думают, или только с Аллой не повезло? — Пока выбрасывала деньги на шмотки и машины. Пока со скуки не решила поиграть в бизнесменшу!
— Класс, — усмехаюсь я в ответ. — Ты бедная и несчастная, а я золотая молодёжь. Это понятно, классовое неравенство и все дела, но сколько таких как я было вокруг. К ним же ты не шла работать. Или?..
— Я устраивалась к успешной, с нуля раскрутившей бизнес, девушке. — Ещё один презрительный взгляд. Я должна впечатлиться? — А потом оказалось, что от того успеха здесь только постельные игрища и папины деньги. И бесконечное, ничем не оправданное высокомерие мажорки, которая даже архитектурный смогла закончить со второго раза!
А, ну конечно, у неё-то красный экономический. Вот только работает она далеко не топ-менеджером «Газпрома».
— Встретив достойного мужчину, я впервые в жизни решила воспользоваться удачей, — кривится она. — Повелась на его серьёзный взгляд, на спокойную уверенность, а оказалось, что и этот принадлежит тебе! Чем я хуже?
Разве что психозом, но кого волнуют такие мелочи!
— Андрей с тобой спал? — Очередная мелочь, добавленная в копилку нашего «счастья». С другой стороны, с момента его предательства я многое переосмыслила и теперь не психану, даже если он с половиной города перетрахался. Исключительно из лучших побуждений.
— Если бы! Сказал, что вашему счастью мешает лишь твоя работа, — криво улыбается Алла. — Надеялся, что найдётся такой человек, которому можно будет доверить «Саркани», и тогда ты целиком посвятишь себя семье. А спустя несколько встреч предложил мне стать таким человеком. Тем более, я уже работала управляющей, и ничего не стоило перехватить инициативу…
Как бы хваталка не треснула!
— С возможностью выкупа бизнеса, — добавляет она.
Вот чего он хотел? Отстранить меня от дел, а потом уговорить на продажу? И я бы может, удивилась, если бы не перегорело.
— И как, получилось? — откровенно злорадно издеваюсь я, не имея никакого желания жалеть мерзавку.