Авантюрист. Калифорния

Чертов мэтр Абенамар, руку мне буквально вывернул наизнанку пока доставал эту пластину. Теперь еще месяц, а то и больше буду одноруким. Как выяснилось, это было необходимо, пластина уже порядком окислилась и потихоньку начала меня отравлять. Но теперь все должно быть хорошо.
И как же здорово, что у нас теперь есть платина, в дальнейшем можно будет обойтись без этого живодерства, я имею ввиду извлекание имплантов. Платина практически не окисляется и человек годами сможет проходить с такой пластинкой.
Конечно, возрастает риск переломов, упругость костной ткани и металла разная, но даже с пенициллином соотношение риска и пользы от такой сложной, да еще и повторной операции не в пользу пользы. Была бы эта пластина платиновой или золотой, фиг бы я согласился на еще одну операцию, но сталь мне выбора не оставила.
И кстати, учитывая что, у нас полномасштабная война на носу надо будет озаботиться изготовлением большого количества различных имплантов из платины. Раненые большое нам спасибо за это скажут.
Но это когда будет, а сейчас я неделю провалялся на больничной койке, Всё-таки занесли мне инфекцию, но творение моей жены работает отлично. За эту неделю у нас случилось сразу два события.
С Аляски вернулся Шиай со своими солдатами. Война с тинклитами закончилась нашей победой. Те оказались серьезным противником и за то время пока мои солдаты были на Аляске, состоялось несколько упорных сражений. В одном из них тинклиты даже прорвались на позиции нашей артиллерии и уничтожили пару орудий, прежде чем их уничтожили.
В этом бою здорово отличился приданный Шиаю инженер, мой тезка Александр Милос. Он, вместе с артиллеристами, вступил в бой с прорвавшимися тинклитами и подручным шанцевым инструментом зарубил троих. Правда его самого ранили и врачу, который был придан отряду Шиая, пришлось ампутировать ногу.
А вообще это удивительно, как семинолы, дети болот жаркой Флориды показали себя в противоположных условиях Аляски. А показали они себя хорошо, даже очень. Тинклиты впечатлились моими воинами и согласились подписать вечный мир с их вождем.
Они имели в виду Шиая, но тот поступил правильно, и привез вождей тинклитов в Калифорнию, ко мне, это со мной они будут подписывать договор, и мне они будут клясться в верности, когда я встану с кровати конечно.
Потеря двух орудий это неприятно, но не смертельно, намного важнее, что мы проверили новые пушки в очень суровых условиях. И они прошли проверку. Шрапнель и фугасные гранаты продемонстрировали высокую эффективность, а сами орудия оказались достаточно удобны в эксплуатации и достаточно надежны.
Так что пушки испытаны, и можно разворачивать их массовое производство. Лука и Костас уверяют меня, что мы можем производить аж четыре, а то и пять орудий в месяц. Я этим прожектерам не очень верю, но даже если они будут выдавать мне два орудия в месяц, то за восемь месяцев у нас будет, аж шестнадцать орудий, четыре батареи.
Вполне хватит для вооружения нашей армии, особенно если учитывать могущество боеприпасов и дальность стрельбы.
Второй новостью стала шхуна «Надежда», которая пришла из Охотска. Иван Александрович Кусков привез сразу четыре десятка русских переселенцев с семьями. И это было просто прекрасно для нас, потому, что это не просто переселенцы, это казаки во главе с сотником Семеном Игнатовым.
Как сказал Кусков, этот сотник был настоящей занозой в заднице и у местного градоначальника и у казачьего сотника. Поэтому, когда капитан Надежды сделал, подкрепленное золотом предложение, то лучшие люди Охотска даже не колебались. В итоге они и Игнатова сплавили, притом не куда-нибудь, а аж за океан, и денег себе в карман положили.
Кусков договорился с ними о том, что в марте апреле придет еще один корабль из Калифорнии и тоже заберет будущих переселенцев.
Как рассказал мне Резанов, перед которым Кусков держал подробный отчет, Игнатов достал свое начальство неуемной энергией, которая била у него буквально через край. Этому двадцатипятилетнему казаку хотелось драк, богатства и славы. А какую славу можно заработать на берегу студеного моря, на самом краю необъятной Империи? Да никакой.
На сегодня он у меня будет первый посетителем, надо посмотреть на этого молодца, что-то, а драк тут у него будет столько, что на троих хватит. Если он хорош, то и слава с деньгами приложатся.
 
* * *
— Проходите сотник, садитесь, и можно без чинов, зовите меня мистер Гамильтон, — выглядит этот казак очень внушительно. Высокий, широкоплечий и видно, что сильный. Лицом он тоже удался, про таких еще говорят, что они бабам нравятся.
— Хорошо, мистер Гамильтон, что у вас с рукой? Ваши люди сказали, что вы были ранены?
— Да, все верно, один испанец, собака в упор выстрелил.
— Что ж вы его подпустили-то на выстрел?
— А он выстрелил уже после того как сдался. Кто же знал что он такой бесчестный.
— Да уж. Но я бы успел ему эту руку отрубить, — вот как! Каков орел!
— Вы хороший боец на саблях?
— Еще ни разу не встречался с тем, кто может меня одолеть.
— Это вы удачно зашли, секундочку. Доктор, можно вас на минутку, — позвал я мэтра Абенамара.
— Слушаю вас, господин президент.
— Капитан Плетнев сейчас должен быть в порту с Дукасом. Телеграфируйте туда, пожалуйста. Он мне нужен.
— Конечно, господин президент, — сказал Абенамар и вышел.
— Если капитан Плетнев в порту то через полчаса мы посмотрим, как хорошо вы фехтуете.
— Этот Плетнев он кто? Пехоцкий или драгун? Вряд ли тут есть кто-то из гвардии.
— О нет, он моряк.
— И вы хотите сказать, что мне с моряком надо будет на саблях биться? Это ерунда какая-то.
— Сотник, вы азартны?
— Есть такое дело.
— Знаете, я тоже, поэтому, давайте так. Если вы этого моряка победите, то я вам золота там, полпуда.
— А если проиграю?
— А тогда вы будете мой с потрохами, забесплатно служить будете там, где я скажу.
— А почему это я буду вам служить? Я служивый человек государя нашего, Александра Первого.
— А я попрошу камергера Резанова, и он вас сюда прикомандирует, тем более что у нас тут скоро война с англичанами начнется, а я вашему императору скоро союзник буду.
— Это как вы будете союзником государю-императору?
— Господин Резанов сегодня завтра подпишет со мной союзный договор, и все, сотник, вы будете мой до последней косточки.
— А это точно, что вы, а англичанами воевать будете, мистер Гамильтон?
— Наверняка.
— А зачем им эта Калифорния?
— Об этом чуть попозже. Главное что война будет. И у нас есть месяцев восемь, чтобы подготовиться.