Теплые объятия метели

– Да, только магия вскоре совсем исчезнет, а с ней и наш мир, – горько усмехнулась.
– Папа говорил об этом. Он считает, что нужно приложить все магические силы для возрождения источников. Только вот их нужно найти… Да и магов с высшим уровнем дара мало. Вот бы та легенда ожила.
– Про дракона и любовь? – усмехнулась.
– Да.
– Красивая сказка, которая ею и останется.
******
Вечером, когда я уже сходила на ужин, ко мне в комнату постучались.
Я уже была готова лечь в обнимку с книжкой и котом отдыхать. Накинув теплый халат, который мне принесли Рики и Дора, открыла дверь. За ней стоял Олаф. Высокий детина с густой бородой и добрыми глазами. На его шапке еще не растаял снег, а нос покраснел от мороза.
– Госпожа, – снял он с себя шапку.
– Проходи, Олаф. Нечего на пороге стоять, – я отошла от проема, разрешая войти в комнату.
Дверь за мужчиной закрыла на замок. Кот сел на постели, и не отрывая взгляда смотрел на Олафа.
– Как там дети? Как матушка?
– Дети вот хорошо, – вздохнул мужчина, – Целыми днями учатся с маменькой. Читают, пишут, изучают счет. Мальчишки помогают чистить снег и топить печь. Госпожа Винтер, дело вот в чем… Матушка моя захворала совсем. Ноги сильно болят, да коленки распухли, словно под ними жидкость какая…
– А на теле есть розоватые пятна размером с медяк?
– Да и они чешутся, – кивнул Олаф, – Она помрет?
– Нет, но мне нужно срочно ехать к вам… Какой день она больна?
– Дык вот, сегодня поутру все вылезло.
Отлично!
– Без разрешения я покинуть замок не могу, но завтра у меня встреча с Его Светлостью, и мы с ним приедем. Олаф, ты сейчас едешь домой и делаешь компрессы и мазь. Травы я тебе дам, капуста имеется?
– Обижаете! Самый вкусный овощ.
– Отлично. Компрессы клади на колени, они немного снимут отек и воспаление. Менять каждые четыре часа. А на пятна наноси мазь. Чесаться меньше станут. С мамой все будет хорошо и болезнь не заразная. Скорее возрастная, потому что нападает только на пожилых.
Олаф сразу повеселел. За матушку сильно волновался. Ясное дело, мама – одна. Ее надо любить и беречь. Только пока у нас есть родители, мы можем чувствовать себя маленькими детьми.
Я сразу ринулась к своим вещам и стала искать травы. Хорошо, что с собой из избы прихватила. Стоит туда после вернуться за вещами.
– Как Атти?
Спросила, пока складывала все в мешочек.
– Замечательно. Защищает детишек, пока те в приюте и плачет, что нельзя спасти всех. Худо там, госпожа, худо. Детей много, еды мало, да и зима набирает обороты. Магии обогрева не хватает, а печи топят только к вечеру, чтоб спалось теплее. Еда холодная, хлеб и тот черствый. Детишки молодцы, молчат и никому и слова не говорят, хотя их спрашивают, где они ходят днями, что возвращаются счастливыми.
– Ничего, еще немного потерпеть осталось. Совсем капельку.
– Госпожа целительница, а вы как?
– У меня есть кров, еда и цель. Замечательно.
– А правда, что между невестами борьба идет?
Рассмеялась.
– Может, и идет, но я о ней не знаю.
– Вы осторожничайте, леди. Люди разные бывают.
Протянула ему мешочек.
– Спасибо, Олаф. Завтра увидимся. Пока не могу сказать в какое время…
– Я утром приеду и буду ждать. Понимаю, что ваш отъезд зависит от воли Его Светлости.
Точнее и не скажешь.
Может, стоит сейчас с ним поговорить?
Я выпроводила Олафа, обдумывая вопрос. Вспомнила, что герцог сейчас вероятно занят…
Но ничто не мешает передать ему записку.
Я быстренько села за стол, достала пергамент, перо и чернила и стала выводить буквы.
Айрин и Ник
– Ты сегодня поразительно тих, Ник.
Герцог и его друг сидели в оранжерее и пили чай. Возможно, лучше бы заменить его вином, но вечер не располагал.
– Да что возомнила о себе эта девчонка? – Сай стукнул по столу кулаком, отчего тот треснул посередине.
Рин расхохотался.
– Знаешь, это я стоял там и трепетно гладил твою руку. Вышло забавно.
– Смеешься? – прошипел Ник, – Это просто возмутительно! Да как ей такое в голову прийти могло?
– Друг, Винтер сделала это не специально. Она не рассчитывала, что ты вторгнешься своим голосом и произведешь фурор.
– Надо было предупредить.
– Тебя она задела, да? – Айрин довольно ухмыльнулся, – Надо же! Давно тебя так не распирало от девицы.
– Не от кого… распирать, – выплюнул Ник, – Я сегодня в бордель, ты со мной?
– Зачем? – Айрин облизал губы, – Когда в замке полно дам, готовых ублажить меня, да и тебя.
– Спасибо, но не хочу, чтобы потом постельные грелки мне глаза мозолили.
В дверь постучались, и краснощекая горничная вошла в оранжерею. Протянула сложенный и запечатанный лист.
– Леди Найрис просила передать вам, Ваша Светлость.
– Спасибо, и ступай…
– Рики, мой лорд.
Служанка ушла, а Айрин с Ником переглянулись.
– Читай уже, – не выдержал Сай, – Что этой пигалице от тебя понадобилось?
– Эта пигалица – истинная леди и маг. Прекрати вести себя, как придурок.
Айрин недовольно покачал головой. Друга он совсем не узнавал. Он словно собак спустил на леди Найрис. Вздохнул и стал читать вслух:
Ваша Светлость!
Прошу прощения за столь позднее послание, но посчитала неуместным прийти сама…
– А вчера ворвалась, как ни в чем не бывало, – процедил сквозь зубы Ник.
– Она нашла труп, – начал злиться герцог и продолжил.
Но обстоятельства сложились так, что мой дар очень нужен пожилой женщине, которая живет на окраине города. Без помощи целителя, ей придется совсем худо. Сегодня она перетерпит, я подсказала как, но завтра… Завтра я прошу вместо прогулки с Вами поехать к ней. Вместе. После завтрака я буду ожидать вас с ответом. Увы, если вы откажете, то мне придется нарушить одно из правил отбора. Жизнь человека для меня на первом месте. Надеюсь на понимание. Спокойной ночи!
Винтер
Айрин замолчал.
– Ты поедешь? – Ник выхватил письмо и прошелся по нему взглядом.
– А есть иные варианты? Человеку плохо, ему надо помочь.
– А если это ловушка, Рин? Если Найрис попала в сети заговора?
Герцог закатил глаза. Ник всегда был чрезмерно подозрительным и недоверчивым. Ему везде мерещились шпионы и злодеи.