Лишние дети

— Скажи: «Да, мисс Ванстоун».
Рози удивленно взглянула на сестру, а затем послушно повторила:
— Да, мисс Ванстоун.
— Так-то лучше. А теперь идите за миссис Хокинс.
Темноволосая женщина взяла чемоданчик, и девочки последовали за ней по коридору к узкой лестнице.
— Будете ходить по этой лестнице, — обратилась она к ним. — По парадной вам ходить нельзя.
Никто из девочек не ответил, тогда она свирепо взглянула на них и рявкнула:
— Нужно отвечать, когда к вам обращаются! Это понятно?
— Да, мисс, — пробормотала Рита.
— Да, миссис Хокинс, — поправила ее женщина.
— Да, миссис Хокинс.
— Здесь всех называют по именам, — продолжила миссис Хокинс. — Просто «мисс» не подойдет. Сейчас покажу вам, где вы будете спать.
Они поднялись по лестнице и оказались в длинном коридоре, по обеим сторонам которого тянулись двери. В середине этого коридора была парадная лестница; еще одна лестница в дальнем конце вела наверх, в башню.
Указав на дальнюю лестницу, миссис Хокинс сказала:
— Эта лестница ведет в мою комнату, но вы не должны подниматься по ней ни при каких обстоятельствах. Только если я лично пошлю за вами. Это понятно?
Рита, уже запомнив, как правильно отвечать, поспешно проговорила:
— Да, миссис Хокинс.
Миссис Хокинс открыла зеленую дверь и провела девочек внутрь.
— Это Зеленая спальня, — сказала она. — Роуз, ты будешь спать здесь.
Спальня была крошечной. Шесть узких кроваток втиснули в нее таким образом, что едва хватало места, чтобы пройти между ними. Рядом с каждой стоял табурет и деревянная тумбочка с металлическим тазиком наверху. Широкое окно выходило в сад, но вид портила черная железная решетка. Ни один ребенок не смог бы выпасть… или убежать. Зеленой в комнатушке была только дверь.
Миссис Хокинс указала на одну из кроватей:
— Вот, Роуз, это твоя кровать, а это комод, где ты будешь хранить свои вещи.
Она открыла чемоданчик и достала из него зубные щетки и фланелевые ночные сорочки. Одну щетку и сорочку положила в комод.
— Извините, мисс… миссис Хокинс, — поспешно поправилась Рита. — Это моя зубная щетка, у Рози — розовая.
Миссис Хокинс смерила ее долгим взглядом, а потом закрыла дверцу комода.
— Роуз, сядь на табурет и жди, пока я вернусь, — велела она. — Рита, идем со мной.
Она повернулась и вышла из комнаты, а Рита прошептала Рози:
— Сядь на табурет и подожди, Рози. Я вернусь через минуту.
У Рози задрожали губки, она готова была расплакаться, но Рита подтолкнула ее, и она села.
Миссис Хокинс отвела Риту в другую комнату, которая находилась в противоположной стороне коридора. Та была совершенно такой же, как и Зеленая спальня, только дверь была фиолетового цвета.
— Ты будешь спать здесь, Рита, — сказала миссис Хокинс и указала на кровать у окна. — Вот твоя постель.
— Пожалуйста, миссис Хокинс, — начала Рита и вдруг замолчала, потому что мужество внезапно покинуло ее.
— Что такое?
— Пожалуйста, миссис Хокинс, можно мне спать в одной комнате с Рози? Без меня ей будет страшно.
— Нет, нельзя, — невозмутимо ответила миссис Хокинс. — Зеленая спальня для малышей, а Фиолетовая для детей постарше, вроде тебя.
— А вы отдадите нам наши вещи? — спросила Рита.
Она видела, что в чемоданчик сложены их новые платья, брюки, майки и носки. Сейчас они были одеты в школьную форму, но к каждой форме полагалась еще запасная юбка, блузка и свитер.
— Ваши вещи уберут в общий шкаф. Вам выдадут другую одежду.
— Но у нас есть новые платья… — начала Рита.
— Здесь все общее, — перебила ее миссис Хокинс. — Не у всех девочек есть новые платья. Наденешь его, когда это будет уместно, и не раньше. А теперь положи ранец в комод и пойдем.
Рита провела в «Нежной заботе» меньше часа, но уже поняла, что спором она ничего не добьется и что у нее, скорей всего, многое отнимут. Она быстро положила ранец в комод и подумала, как хорошо, что успела спрятать в тетрадку папину фотографию.
Рози ждала их, сидя на табурете, вся заплаканная. Рита поспешила положить ранец сестры в ее комод. Внутри был спрятан Пушистя. Рита твердо решила, что никому, даже миссис Хокинс, не позволит отобрать у сестры ее любимую игрушку.
 
Миссис Хокинс показала девочкам, где находится туалет, а потом провела их вниз по лестнице в большую комнату в задней части дома, окна которой выходили в сад. Несколько девочек собрались кружком и шили, другие сидели за большим столом и делали домашнюю работу. Все они были в выцветших хлопчатобумажных платьях в синюю клеточку и в черных теннисных туфлях. Прически у девочек тоже были одинаковые: коса или аккуратный хвостик на затылке. Когда вошла миссис Хокинс, все встали.
— Это игровая комната, — пояснила миссис Хокинс. — Здесь вы будете делать домашнюю работу после уборки, мытья посуды и других обязанностей. Шейла Невин!
Крупная девочка в очках в проволочной оправе, штопавшая носок, отложила работу и встала.
— Да, миссис Хокинс?
— У нас две новенькие, Рита и Роуз Стивенс. Я показала им спальни, а ты должна последить за ними до конца дня. Их уже занесли в список дежурных. — Она махнула рукой в сторону пробковой доски, висевшей на стене. — Объясни им, в чем заключаются их обязанности. Рита, Роуз, слушайте Шейлу.
Как только за ней закрылась дверь, девочки, сидевшие в комнате, зашумели. Рита и Рози стояли у двери, Рози все еще держала Риту за руку. Новенькие робко озирались, все с любопытством их разглядывали, а Шейла смотрела сердито и недовольно. Эта круглолицая и темноволосая девочка была старше их обеих. Ей было лет тринадцать. Она близоруко прищурилась, разглядывая своих подопечных, потом нахмурилась.
— Почему мне постоянно поручают нянчиться с малышней? — простонала она. — Эй, вы двое, подойдите поближе, рассмотрим вас получше.
Ни одна из сестер не шелохнулась, тогда Шейла схватила Рози за запястье и дернула с такой силой, что малышка вскрикнула.
— Я же сказала подойти ближе!
— Отпусти ее! — закричала Рита. — Ей же больно!
— Так ей и надо! Нужно было сразу слушаться, — огрызнулась Шейла.
Рози заплакала, тогда девчонка повернулась к ней и шикнула:
— Заткнись! Нечего канючить, рева-корова!
— Отпусти ее! — снова крикнула Рита, но Шейла только расхохоталась в ответ и еще крепче сжала руку Рози.
— А ты заставь меня! — усмехнулась она, но тут же вскрикнула от боли.
Рита внезапно наклонилась и впилась зубами ей в руку. Она сжала зубы как можно сильней, Шейла тут же отпустила Рози и отдернула руку. Рита схватила сестру и оттащила ее в сторону. Раздался взрыв хохота, девочки, сидевшие кружком, весело смеялись. Шейла повернулась к ним, ее лицо пылало от гнева и унижения.
— А ну-ка, заткнитесь все!
— Зачем пристаешь к детям? — раздался голос от двери. — Разве не помнишь, каким был твой первый день?
Рита обернулась и увидела, что в комнату вошла еще одна девушка. Она была самой старшей, почти взрослой. Девушка с интересом наблюдала за происходящим. Рита и Рози жались друг к другу, а Шейла держалась за руку. На ее бледной коже четко выделялся темно-красный след от Ритиных зубов.
— Еще как помню, — проворчала Шейла. — Тяжелый был день. Жизнь здесь невеселая, и чем скорее дети это поймут, тем для них лучше.
Незнакомая девушка подошла к Рите.
— Привет, я Фрэнсис, — поздоровалась она. — Если тебе что-то непонятно, можешь спросить у меня. — Наклонившись к Рози, она достала из кармана платок, вытерла малышке глаза и помогла высморкаться. — Не плачь, все уже хорошо. — В ее голосе слышалась ласка. — А теперь скажите мне, как вас зовут.
— Я — Рита, а это моя сестра Рози. Ей всего пять, и я должна присматривать за ней.
— Конечно, — согласилась Фрэнсис, — но кусаться при этом совершенно необязательно. Тебе лучше попросить у Шейлы прощения.
— Ни за что! — яростно выкрикнула Рита. — Это пусть она просит прощения у Рози.
Какое-то мгновение Фрэнсис разглядывала девочек, а затем пожала плечами.