Лишние дети

— Всё заштопали? — спросила она. — Я должна отнести работу сестре-хозяйке.
— Почти, — послышался шепот в ответ, и все вернулись к работе.
— А теперь, девочки, — сказала Фрэнсис, поворачиваясь к Рите и Рози, — давайте взглянем на расписание, чтобы вы поняли, какие у вас обязанности.
Она подвела их к доске, висевшей на стене.
— Рита, видишь свое имя? — спросила Фрэнсис. — Завтра утром тебе предстоит уборка в Фиолетовой спальне, а потом, когда вернешься из школы, будешь помогать в саду. После завтрака ты дежуришь на кухне, придешь туда, и тебе скажут, что делать. Рози, давай теперь тебя поищем в расписании. Ты тоже должна будешь убираться в спальне, а потом, после завтрака, будешь помогать кормить цыплят и собирать яйца. — Фрэнсис улыбнулась малышке. — Тебе это понравится.
Рози взглянула на нее своими круглыми глазками.
— Я не знаю, где цыплята, — сказала она.
— Не волнуйся, — успокоила ее Фрэнсис, — кто-нибудь отведет тебя к ним.
— Только не она. — Рози испуганно оглянулась на Шейлу, которая снова занялась штопкой. — Она мне не нравится.
Прозвенел звонок, и девочки парами выстроились у двери.
— Встаньте в ряд, вместе с остальными, — велела Фрэнсис Рите, собирая штопку. — Когда войдете в столовую., вам скажут, куда сесть.
Она подошла к двери и остановилась рядом со все еще пунцовой Шейлой.
— Полегче с ними, Шейла, они всего лишь дети.
Фрэнсис поспешила к сестре-хозяйке; ей нужно было отдать заштопанную одежду. Она знала, что отныне девочкам придется нелегко, особенно Рите, ведь она нажила себе врага. Шейла не забудет нанесенную ей обиду. Но со временем они привыкнут к «Нежной заботе», как привыкли все остальные.
Прозвенел еще один звонок, и девочки зашагали по коридору в сторону столовой. Там оказалось три длинных деревянных стола, каждый из которых был накрыт на десять человек. В конце комнаты на возвышении находился стол поменьше с шестью стульями, еще два стула стояли отдельно в углах комнаты. Девочки парами чинно вошли в столовую, но потом строй распался, так как каждая устремилась к своему месту. Рита и Рози остановились у двери, не зная, куда им садиться. Шейла направилась к ним. Когда она подошла, Рози отпрянула, но Рита не двинулась с места, хоть сердце ее бешено колотилось в груди.
— Ты, — Шейла ткнула пальцем в Рози, — должна сесть вместе с малышами. — Она указала на стол, стоявший у двери, там за своими стульями стояли девочки помладше. Рози посмотрела на них и еще крепче сжала Ритину руку. — А ты, — Шейла сердито уставилась на Риту, — садись с девочками постарше.
Дав указания, она отвернулась, не волнуясь о том, последуют ли им новенькие.
Рита подвела Рози к столу для малышей и прошептала:
— Садись здесь, Рози. Я потом приду к тебе.
Глаза Рози тут же наполнились слезами.
— Я хочу сидеть с тобой, — заныла она.
Все обернулись на ее плач.
— Ш-ш-ш, Рози, — прошипела Рита, которая чувствовала, что все в столовой смотрят на них. — Я не могу сесть с тобой. Я должна сидеть за другим столом.
Она высвободила руку и побежала к соседнему столу, у которого молча стояло несколько незнакомых ей девочек. Она встала за свободным стулом, откуда ей было хорошо видно Рози.
— Тут нельзя, — прошептала девочка, стоявшая напротив, — этот стул занят. Сядь здесь, рядом со мной.
Рита перешла на новое место, а Рози все ныла и ныла.
— Что за отвратительный звук?
Рита оглянулась через плечо и увидела, что в столовую вошла миссис Хокинс.
Воспитательница подошла к Рози и, резко взмахнув рукой, влепила ей пощечину. Нытье сразу же прекратилось, Рози испуганно замолчала.
— Так-то лучше, — заметила миссис Хокинс. — И чтоб не смела ныть. — Больше не обращая внимания на слезы Рози, она направилась к своему месту за столом на возвышении.
Рита заметила, что к каждому столу приставлена девушка постарше. Она обрадовалась, увидев, что Фрэнсис стоит рядом с тем столом, за которым сидела Рози. Фрэнсис была добра к ним, наверняка она будет добра к Рози.
Остальные старшеклассницы сидели за небольшим столом, где председательствовала миссис Хокинс. Только два места остались пустыми — одно за Ритиным столом, другое за тем, где сидела Шейла и ее подруги. Рита гадала, кого же не хватает, но тут вошли еще две девочки и подошли к стульям, стоявшим отдельно, в углах. Рита взглянула на них и поняла, что это стулья для тех, кто наказан.
 
Миссис Хокинс нараспев прочитала молитву, и все уселись на свои места. Раздался скрип, в дверях появилась толстая женщина в комбинезоне, она толкала тележку с едой. На тележке стояло четыре больших блюда, накрытых крышками, из-под которых валил пар. Старшая девушка по имени Берил указала на девочку рядом с Ритой.
— Дейзи, — сказала она.
Та встала, подошла к тележке и, взяв одно блюдо, поставила его перед Берил, после чего села на свое место. Берил взяла ложку и начала раскладывать еду по тарелкам, которые она брала из стопки, стоявшей перед ней. Когда каждая девочка получила свою порцию, Берил подала сигнал, и все начали есть. Все, кроме Риты. Она разглядывала бледно-желтое месиво в своей тарелке и пыталась понять, что это такое. Другие девочки скребли вилками и быстро запихивали еду в рот, как будто она могла исчезнуть. В столовой царила тишина, слышалось лишь звяканье приборов.
— Ешь, Рита, — приказала Берил, и во всеобщей тишине ее голос прозвучал как трубный глас.
Рита снова посмотрела в тарелку. Кусочки цветной капусты плавали в бледно-желтом соусе с комками чего-то непонятного. Она взяла вилку, осторожно подцепила один кусочек, сунула в рот и чуть не подавилась. Теплая и мягкая жижа на вкус отдавала мылом. Она выплюнула еду обратно в тарелку и услышала всеобщий вздох. Девочки замерли, с интересом наблюдая, что теперь будет.
— Ешь нормально, — сказала Берил.
— Лучше съешь, — шепнула Дейзи, — или получишь это снова на завтрак.
— Никаких разговоров за столом, Дейзи! — рявкнула Берил, и Дейзи опустила глаза, но пнула Риту ногой под столом в подтверждение своих слов.
Рита посмотрела в тарелку. Неужели, если она откажется есть, ей и вправду принесут то же самое на завтрак? Она взяла вилку и на этот раз заставила себя проглотить кусок. Рядом с каждой тарелкой стоял стакан воды. Рита запивала каждый кусок водой, так было легче поскорей протолкнуть еду внутрь. В конце концов она справилась. Дейзи взяла с тележки тарелку с хлебом и маргарином. Все расхватали хлеб, и к тому времени, как Рита расправилась с цветной капустой, его уже не осталось.
— Если бы ты с самого начала ела нормально, — сказала Берил, — то получила бы кусок хлеба с маргарином, но так как ты капризничала, твой кусок достался кому-то другому. Будешь знать в следующий раз.
Когда обед подошел к концу, миссис Хокинс поднялась на ноги, и все последовали ее примеру.
— «Фиолетовые» моют посуду, — объявила она и вышла из столовой.
— Это мы, — объяснила Дейзи. — Мы — «фиолетовые». Пойдем, я тебе все покажу.
Вместе с Дейзи и еще четырьмя девочками они направились прямо на кухню. Судомойка шла за ними, толкая нагруженную посудой тележку, а на кухне их встретила толстая женщина в белом комбинезоне.
— Так, девчонки, — сказала кухарка, когда они вошли, — пора за работу. Ты, — она указала на Риту, — новенькая! Как тебя зовут?
— Рита Стивенс.
— Что ж, Рита Стивенс, меня зовут миссис Смит. Делай то, что тебе говорят, и все будет хорошо. Правильно я говорю, Дейзи?
— Да, миссис Смит, — послушно ответила та.
— Так. Ну, за работу.
Дейзи подошла к глубокой раковине и открыла краны.
— Неси сюда посуду, — велела она Рите. — Мы с тобой все помоем, Дора и Мэри вытрут, а Джоан уберет посуду в шкаф. Я буду мыть тарелки, а ты займись вилками и ножами.
За полчаса девочки вымыли всю посуду, потом вытерли все столы и столешницы на кухне и повесили полотенца на сушилку над плитой. Миссис Смит проверила их работу, оглядела, все ли хорошо вымыто, и в конце концов отпустила их.