Развод и другие радости

– Ребят, мне Лею надо забрать из детсада, никаких ресторанов, – вздыхаю я.
– Так бери ее с собой! – щедро машет рукой Денис. – Мы же не в ночной шалман, мы в итальянскую пиццерию, тут в двух шагах. И игровая комната там есть. Скажи там ребятам, что у нас корпоратив. Гуляем!
Вот так мы оказываемся в «Траттории Триколоре», да еще всем офисом. Шумно сдвигаем столы, заказываем пиццу и огромные кувшины с домашним вином.
  
– За нашу прекрасную Ольгу! – поднимают бокалы.
– Незаменимую! – наперебой предлагают тосты.
– Всего два месяца она с нами, а я уже начал высыпаться, – хвастается Денис.
– А у меня в почте показалось дно! – добавляет Марк.
– Зато все остальные у нее в ежовых рукавицах.
– Эй, на Олю не наезжать, она нам как мать родная!
– Строгая.
– Но справедливая.
– Если чехам вовремя проект сдадим, назначим тебя богиней.
– И зарплату еще поднимем.
– Эй, ну зарплата уже лишнее…
– Знаешь, я ей сейчас даже свою долю в компании готов отдать, лишь бы она нас не бросила, мы же обратно скатимся во мрак и примитив, – качает головой Марк.
– Оля, не бросай нас!
– Ну-ну… – бормочу, оглядываясь в поисках Леи. Она наотрез отказалась идти в детскую комнату, сказала, что будет вести себя хорошо, и до сих пор действительно приставала только к нашим парням. Они еще не успели познать ее разрушительную мощь, поэтому умилялись и кормили своей пиццей.
Черных косичек нигде не видно. Я приподнимаюсь со стула, оглядывая зал поверх голов. Стискиваю в руке бокал с вином.
– Мама! – Лея выныривает откуда-то сбоку и тут же хватает меня за подол юбки.
– Лея, сядь! – командую я так, что садится даже Денис. Но не Лея.
– Мама, там олень!
Я ловлю дочь и пытаюсь усадить на соседний стул, но она выворачивается, как обезьянка, и скачет куда-то вглубь зала, к приватным кабинетам.
– Лея! Какой олень, не говори ерунды! Лея! Лея!
Я встаю и спешу за ней, потому что моя несносная егоза уже успела броситься под ноги официанту и только чудом не опрокинула на себя целый поднос с тарелками.
– Лея!
– Привет, дядя Олень! – верещит она где-то впереди.
Я заворачиваю за колонну, в полутемный зал, где расположены ниши с приватными столиками и можно спрятаться от шума основного зала, и с изумлением и стыдом вижу, как Лейка виснет на высоком широкоплечем мужчине.
Буквально карабкается по нему с воплем:
– Дядя Олень! Я тебя нашла!
Я уже готовлюсь извиняться, но тут он поворачивается ко мне и… И правда – олень.
 
Сентябрь. Влад
 
– Нет, нам реклама не нужна сейчас, – сказал Макс. – Но хочешь, я папу Диму спрошу, он жаловался, что нормальных рекламщиков днем с огнем не найти, а у него какой-то новый сногсшибательный проект.
– Спроси, пожалуйста. – Влад сжал зубы, выговаривая это «пожалуйста». Унижаться перед былым приятелем, который теперь поднялся выше, было мучительно. – Мне нужны большие заказы.
– А что ты у отца не спросишь? Вы же вроде помирились?
– Ну как – помирились… – Влад подтянул к себе кружку с пивом. Задумчиво посмотрел на нее. Макс терпеливо ждал ответа.
Признаваться в том, что после ссылки, в которую его отец и отправил, Влад еще с ним не разговаривал, не хотелось. Ребяческое желание сначала доказать, что может обойтись и без его помощи.
Поэтому он перевел тему:
– У тебя-то как? Никогда бы не подумал, что ты первый женишься.
– Знал бы, что так бывает, женился бы после школы, – хмыкнул Макс, в одну секунду непроизвольно так широко улыбнувшись, что Влад почувствовал укол зависти. – Слушай, а почему реклама? Ты же вроде ночной клуб хотел открыть?
– Нет, оказалось – не мое, – отмахнулся Влад. – Вырос я из этого.
– Ты уже вырос из модельного агентства, проката суперкаров и борделей… то есть, прости, массажных салонов… – перечислил Макс его последние проекты. Это он еще про бар и тату-салон не знал. – Чтобы папе Диме что-то сказать, мне лучше знать, насколько у тебя в этот раз серьезно.
– Ты, блин, как всегда, – поморщился Влад. – Знаешь, что мой отец мне тебя в пример приводил? Вот, сказал, как надо.
– Юлиан Владимирович? – Макс смущенно хохотнул. – Да брось. Я многому у него научился, но ты же его сын, и он доверил тебе свой бизнес.
– Как доверил, так и отобрал! – Влад скрипнул зубами.
– Кстати, хотел тебя спросить, что случилось два года назад? Почему ты рванул куда-то? Прости, но я никогда бы не подумал, что такой человек, как ты, захочет строить деревни каким-то там погорельцам в Сибири. Вообще не твой стиль.
– Я…
От необходимости отвечать Влада спас пронзительный вопль:
– Дядя Олень!
На него налетел вихрь, мгновенно снося со стула, смахивая со стола вазу с салфетками, которые взметнулись и опали вокруг огромными хлопьями снега, словно новогодняя метель. Влад облился пивом, чертыхнулся и вскочил на ноги.
– Ты… – Он осекся, увидев, что у вихря две растрепанные косички и довольная мордашка темноглазой девчонки. – Ты кто?!
– Ты меня не помнишь, дядя Олень? – огорчилась она так, что даже косички поникли.
Рядом кто-то хрюкнул. Влад медленно повернул голову.
– Олень… – Макс ржал так, что его сворачивало креветкой. – Я бы ждал, что на тебе повиснут с воплем: «Папа!» Но ты отличился!
Влад огляделся в поисках хозяйки этого… существа, которое продолжало висеть на нем и пыриться большими грустными глазами. Метрах в трех от столика стояла, сложив на груди руки, женщина, смотрела на это и совершенно не планировала помогать ему с обузданием вихря.
– Дядя Олень, почему ты не подарил планшет? – вопросил вихрь с косичками, подергав его за рукав.
Женщина усмехнулась, прикусив губу, склонила голову набок – и тут Владу в лицо будто шибанул вспыхнувший прожектор. Пронзительный свет и накативший жар вернули его в памяти на много месяцев назад. Новосибирск, Новый год, ночь…
Он не сразу ее узнал, потому что большую часть времени видел с закушенными губами, растрепанную, стонущую. Голую. Под скромными джинсами и оверсайз-свитером у нее оказалась такая фигура…
Песочные часы – тонкая талия, упругая грудь, крутые бедра. Одно удовольствие было вести рукой, чувствуя перепады, как у гитары. Настоящая женщина. За одну фигуру можно десятку влепить. Но за страстность…
Повысить рейтинг до сотни – и не пожалеть.
С того января у него было немало дам… и не дам – нагонял два года перерыва. Но такой дикой и отзывчивой – не было. Влад надеялся, что тоже не сплоховал и вспомнить есть что.
– Влад? – хмыкнула она, подтверждая, что она его помнит.
– А ты… как тебя? Хель?
– Хель я для друзей. Для тебя – Ольга. – Имя щелкнуло цирковым кнутом.
– Ну что ты стоишь, забери от меня… – взмолился он, пытаясь отцепить руки девчонки от себя.
– Лея, иди ко мне, – позвала Ольга. – Дядя Олень занят. Обещает другим девочкам новые платья и планшеты.
Она кивнула ему за спину. Он обернулся – у их столика стояла девушка в коротком розовом топике и недоуменно смотрела на эту картину. Ну да, Влад сам назначил ей свидание, надеясь после встречи с Максом продолжить вечер куда приятнее. Но теперь на нем висело темноглазое недоразумение, а рядом стояла женщина, снова спрятавшая свое роскошное тело под простой рубашкой и офисной юбкой.
– Я хотел оставить тебе денег, – прошипел он Ольге.
– Да, помощники Санты всегда оставляют деньги. Мол, нынче времена такие, не обессудьте, некогда дедушке по магазинам бегать, купите себе что-нибудь сами…
– Хель!
– Для тебя – Ольга, – холодно напомнила она.
Но у Влада язык не поворачивался называть случайную любовницу именем матери. Да еще полной формой, которую она предпочитала. Он бы с этой и связываться не стал, если бы не дурацкое имя Хель.
– Оль, – смягчил он. – Давай нормально поговорим, только…
– Дядя Олень! – напомнила о себе девчонка.
– Хватит меня так называть! – взорвался Влад.