Гордость и Принуждение

Наконец, машина остановилась у того самого клуба, только со стороны пустынной парковки для персонала. На улице уже порядком стемнело. На парковке стояла та самая машина, в которой увезли Фогеля и мне на какой-то момент стало легче. По крайней мере, его не нужно будет искать.
Вермель открыл заднюю дверь и грубо вытащил меня за руку из салона.
– Вот, Ива, твои новые апартаменты, – он театральным жестом указал на здание. – Здесь тебе предстоит провести несколько лучших дней в своей жизни. Возможно, последних дней.
Я молча шла за ним, трясясь от злобы. Сбегать пока нет смысла. Я должна убедиться, что Фогель и Алекс у них. А в идеале увидеть их.
На входе нас встретил Красовский. Его лицо было таким же добродушным и надменным, каким я видела его всегда. Меня почему-то совершенно не удивило его предательство.
– Все готово, – оповестил своего товарища Красовский. – Все гости прибыли.
– За Фогелем там тщательнее следите, – давал распоряжения Вермель, пока вел меня через темный коридор. – Этот здоровый лось троих спокойно уложит.
– Конечно, – легко соглашался Красовский. – Он связан, обездвижен и под охраной. Не вырвется.
Затем открылась дверь такой же комнаты, в которой я обычно сидела, но раза в четыре больше и просторнее. У дальней стены виднелись две знакомые фигуры: Фогеля и Алекса. У меня сжалось сердце от облегчения. По крайней мере, они живы и в сознании. Двое дорогих мне людей были прикованы к железным опорам, поддерживающих первый этаж. Они сидели, тяжело дыша и глядели только на меня. Если им тяжело дышать, значит их избили?
Едва мы зашли, как в комнате нарисовалось ещё пять человек. Все они до этого были рассредоточены по темным углам и потому не бросились в глаза. Также я заметила ещё одну фигуру: Хэла Рона. Его лицо выражало панику, а взгляд беспокойно перебегал с одного человека, на другого.
– Лили, какого черта ты творишь?! – спросил Хэл на английском, и я поняла, что один из участников клуба – женщина. Да ещё кто! Это ведь жена мистера Рона.
– Заткнись! – тут же прервала его Лили, пнув по ноге. Хэл взвыл, и я поняла, что он совсем не умеет терпеть боль.
– Начните с девки, – она бросила распоряжение. – Этот задохлик, – она снова пнула Рона, – думаю даже на ней расколется. Я буду наверху.
Тяжелой поступью она прошла мимо меня, оставляя шлейф от едких цветочных духов.
Мое сердце бешено забилось. Я не имею права на панику. Чтобы они со мной не сделали, я все выдержу. Это когда-нибудь прекратится. Рано или поздно, но у них кончатся силы, а у меня – нет.
– Ну что, Ивочка, – Вермель наклонился к моему уху. – Снимай трусики, сейчас ты выйдешь на новый уровень эксплуатации.
    
Глава 68
Вермель подвел меня ближе к Алексу и Фогелю, остановив между ними.
– Не смей ее трогать! – грозно прорычал Рейн.
– Какой злой и страшный серый волк, – усмехнулся Вермель и головой указал кому-то на Фогеля.
Тут же к Рейну подошёл один из незнакомых мне мужчин и приставил нож к горлу.
– Ивочка, – Эрнест погладил меня по волосам, – попытаешься нам нагрубить или врезать, господину Фогелю будет немного больно. Он не умрет и обязательно досмотрит шоу до конца, но уже с дыркой в каком-нибудь месте.
Я не сводила взгляд с Рейна, полный сосредоточенности и спокойствия. Я будто хотела передать ему свою уверенность и стойкость.
– Что тебе нужно?! – снова зарычал Рейн. – Говори!
– У, какой нетерпеливый, – тоном обиженного ребенка ответил Вермель. – Дай мне собраться с мыслями, а то ты меня напугал.
Эрнест прошёлся ладонями по моей талии и, найдя молнию от юбки, резко расстегнул ее. Она тотчас упала к моим ногам, а я зажмурилась, чтобы восстановить глубокое дыхание.
– Хватит! – крикнул Рейн. – Ублюдок!
– Осторожно, – протянул Вермель, расстегивая одну за другой пуговички на моей блузке. – Я ведь могу и разозлиться.
Вниз слетела последняя деталь одежды, оставляя меня в одном белье и босоножках. Я уже не могла смотреть на Фогеля. Жгучий стыд залил мне лицо румянцем. Теперь он увидит мой позор воочию и вряд ли захочет ко мне потом притронуться. Жалость и брезгливость совсем не те чувства, которые мне бы хотелось видеть впоследствии в глазах любимого мужчины.
Пальцы Эрнеста дотронулись до моей промежности через трусики, и я дернулась от неожиданности, но тут же снова взяла себя в руки.
– Тварь! – выкрикнул Рейн уже с заметным немецким акцентом. – Я лично сверну тебе шею! Что ты хочешь от меня?!
– Алекс! – Эрнест обратился к моему другу, игнорируя Рейна. – Скажи, какого это быть другом такой горячей шлюшки, как Ива? Что ты делаешь? Подглядываешь за ней в ванной? Нюхаешь ее белье? А может ты все-таки был мужиком и трахнул ее разок? Или не разок? Давай, расскажи. Уверен, господин Фогель очень хочет об этом узнать.
Алекс молчал, а Рейн снова начал сыпать проклятьями.
– Что ни разу не поимел ее как следует? – удивлялся Вермель. – Какая плохая у тебя подруга. Ничего, сейчас она все исправит. Сама.
– Ивочка, – Вермель прошёлся пальцами по моей спине. – Иди, доставь своему другу удовольствие. Отсоси ему как следует.
К этому моменту у меня уже выключились все эмоции. В голове была пустота. Я снова почувствовала себя школьницей. Это чувство было настолько привычно мне, что я не ощущала отчаяния. Были просто апатия и желание умереть на месте.
– Ивочка, иди, – ласково подбодрил меня Эрнест. – Или ты хочешь начать с меня?
Однако он не дал мне сделать выбор, а просто толкнул в спину.
Я прошла пару шагов и остановилась напротив Алекса. Я не смотрела ему в глаза. Вообще никого не видела перед собой. Мне казалось, что я уже схожу с ума. Ещё чуть-чуть и я просто отключусь от шока.
– Так вот, старичок, – как ни в чем не бывало Эрнест сел на корточки перед Рейном. – Ты сейчас вместе с Хэлом подписываешь все документы, что мы тебе дадим, а затем вы оба надолго отправитесь за решетку, лишившись всего своего состояния.
– Я все подпишу, – сквозь зубы процедил Рейн. – Прекрати это!
– Одна проблема, – Эрнест сочувственно сдвинул брови на переносице. – Хэл не согласен. Убеди его и все закончится.
– Я ничего не буду подписывать! – снова раздалась английская речь. Он будто понял, что предлагают Фогелю. – Я не для того столько лет работал, чтобы лишиться всего из-за какой-то девчонки!
– Ивочка! – снова позвал меня Вермель. – Мне кажется, ты забыла зачем подошла к своему другу. Он жаждет твоего внимания.