Миссис Всё на свете

– Спасибо, – поблагодарила она.
Мужчина кивнул, отвернулся и сдернул окровавленную простынь с кровати. Женщина вывела Бетти в коридор, посадила в лифт и проводила до диванчика, на котором ждала Джо с романом «Герцог» Сола Беллоу. Сестра вскочила, едва увидев Бетти, и поспешила взять ее под руку.
– Ты как? – спросила она.
– Нормально, – кивнула Бетти, прислонившись к ней.
– У меня есть аспирин.
Джо усадила Бетти на диванчик, сбегала к неприветливому бармену за стаканом воды, чтобы запить таблетку. Бетти сказала, что вполне может ходить, однако Джо заставила ее подождать внутри, пока она подгонит машину к самому входу.
Всю дорогу домой Бетти молчала, прижав сумочку к животу и прислонившись головой к окну. По радио Beatles пели Ticket to Ride, Beach Boys пели Help Me Rhonda, потом Боб Дилан затянул Mr. Tambourine Man. Услышав Дилана, Бетти тут же выключила приемник.
– Что?
– Все нормально. – Голос Бетти звучал так, словно его передавала радиостанция, чей сигнал угасает. Чувствовала она себя соответственно.
– Ты уже выбрала специальность? – нарочито бодрым голосом поинтересовалась Джо. – Когда мы разговаривали в последний раз, ты склонялась в сторону английского.
– Пожалуй, сделаю перерыв в учебе. По крайней мере, на семестр.
Бетти не стала говорить сестре, что в Мичиганский университет уже не вернется – ни после этого семестра, ни позже. Она и представить не могла, как будет ходить по тому же кампусу, есть бургеры в Union, сидеть на занятиях в тех же аудиториях, где была в качестве девушки Девона Брейди – девушки, которая вызывала всеобщее восхищение, которую никто не насиловал и не бросал.
– Решила отчислиться?
В голове Бетти раздался оглушительно громкий голос доктора: «В следующий раз хорошенько подумай, стоит ли раздвигать ноги!» Она знала, что этот голос, эти слова будет слышать очень долго, может, и до конца своих дней.
– Найду какую-нибудь подработку в университете Уэйна в Детройте, машинистки-то всегда нужны, – промолвила она, повторяя мантру миссис Слоун, которая учила ее машинописи. – А ты должна снова поехать.
Джо промолчала.
– Я все тебе верну! – пообещала Бетти, и в ее голове сложился план. – В этом семестре поработаю в Hudson’s, мама поможет мне устроиться. Скоплю денег, и ты продолжишь свое путешествие – ты должна его продолжить!
Бетти было невыносимо вспоминать, как та ужасная женщина забрала деньги Джо, и думать о том, что сестра упустила шанс вырваться, ради которого так много работала… Стыд и печаль сворачивались в груди в тугой узел, и камнем лежали там, где раньше билось сердце.
– Не переживай, – ответила сестра. – Выяснилось, что Шелли не сможет поехать. Мое путешествие вышло бы совсем не таким, как я себе представляла.
Джо следила за дорогой, стараясь не смотреть Бетти в глаза.
Бетти покрепче сжала сумочку и прикрыла веки, прислушиваясь к спазмам в животе.
– Спасибо, – сказала она, когда Джо подъехала к дому. – Спасибо тебе за все!
Бетти выбралась из машины и побрела по дорожке, сгорбившись, как Бэббе. Стоял конец августа, густой и влажный воздух гудел от шума газонокосилок, поливальных установок и пения цикад – такие приятные, знакомые звуки под широким и невинным небом Среднего Запада. Скоро начнется школа. В ясном утреннем свете детишки будут смеяться и окликать друг друга, матери в бигуди высунутся из парадных и станут торопить шалунов или звать обратно за забытым домашним заданием или разрешением родителей на экскурсию. Потом придет Хэллоуин, и дети в костюмах постучатся в дверь, прося конфеты. Следом День благодарения, Ханука и Рождество. Снег выпадет и растает, вырастет трава, ее подстригут, она вырастет снова. Миссис Джонсон из дома напротив принесет семена тыквы и перца, Сара предложит ей розы, львиный зев и гортензии, а Бетти будет чувствовать себя все такой же грязной, скверной и испорченной…
Девушка ушла в спальню, задернула шторы, забралась в постель и накрыла голову подушкой. Проспав промежуток времени, который вполне мог длиться час, восемь часов или целые сутки, она проснулась, прошаркала к столу, что-то съела, не чувствуя вкуса, и снова заснула.
Однажды утром на пороге комнаты появилась Сара.
– Бетти, вставай! В одиннадцать у тебя собеседование в отделе хозтоваров.
Бетти вылезла из постели, приняла душ и надела единственную одежду, которая еще была ей впору, – старое платье Джо из зеленого полиэстера. С располневшим телом и кругами под глазами ничего не поделаешь, зато можно вымыть волосы, уложить их в прическу, подкрасить губы и нарумяниться. Поехав с матерью в центр, Бетти пообещала менеджеру, мистеру Бридлаву, что будет работать как следует, и поблагодарила за представленную возможность. Когда мистер Бридлав ей улыбнулся, обнажив пожелтевшие зубы, и объявил: «Рады принять вас в нашу команду!», Бетти ощутила огромную усталость. «Добро пожаловать на нашу карусель», – подумала девушка. Круг за кругом, круг за кругом.
На ланч Бетти ела чизбургеры, жареную курицу или мясной рулет, в то время как Терри, Марси, Лиз и другие девушки с ее этажа брали салаты или творог с ананасом. К чему следить за своим весом? Раньше Бетти думала, что красота – сила; теперь она знала, что от нее сплошные неприятности. Милое личико, стройная фигура, улыбка – все это слабые места, и Бетти хотела обзавестись непрошибаемой броней. За ужином она вяло ковырялась в тарелке, потом, когда мать и Джо засыпали, доставала из морозилки мороженое или из буфета смесь для выпечки Bisquick, добавляла яиц, молока и пекла блинчики, которые смазывала маргарином, заливала сиропом и глотала, почти не жуя. От мороженого сильно болела голова, словно в лоб втыкался ледоруб, блинчики обжигали язык, и девушка понимала, что добром это не кончится, но остановиться уже не могла. Еда наполняла ее без остатка и успокаивала, и даже приступы тошноты и рвоты были лучше, чем стыд, чем усмешка подпольного акушера, сделавшего ей аборт, чем его пожелание в следующий раз не раздвигать ноги.
В буфете снова завелся «Метрекал». Сара начала готовить на ужин мясной салат с помидорами, яйцами и сыром, Джо, которая устроилась работать учителем истории в среднюю школу в Детройте, пыталась вытащить Бетти на пешие прогулки, покататься на велосипедах или поиграть в теннис в парке. Однажды утром в Hudson’s мимо Бетти прошла ее школьная подруга Лора Окс, собравшаяся на очередную распродажу постельного белья, и даже ее не узнала. Бетти чуть не сгорела со стыда, заперлась в комнате отдыха и прождала двадцать минут, чтобы Лора наверняка успела купить белье или полотенца и уйти. Бетти изучила себя в зеркале. Лицо круглое и бледное, тонкие волосы безжизненно свисают на щеки. Под глазами темные круги, вид измученный, как у девушки, знающей, что все плохо и лучше уже не станет.
«Сама виновата! Сама обдолбалась невесть чем. Сама сошлась с Дэвом и поверила, что он хочет быть со мной».