На край любви за 80 дней
Вернувшись на место, я окончательно убеждаюсь, что объектив не подлежит восстановлению. Внутри камеры позвякивают осколки стекла. Правда, сам корпус цел, даже затвор работает. Если в конце этого безумного путешествия я все-таки получу работу, то можно будет подумать о новых линзах.
– А, «Кэнон»? – раздается голос с другой стороны прохода. – Что до меня, я предпочитаю свой старенький «Пентакс». Правда, теперь таких уже не выпускают.
Симпатичный усатый старикан в белоснежной панаме и тщательно выглаженных хлопковых брюках протягивает мне свой фотоаппарат.
– Макс Хаммер, – говорит он, тыча себя в грудь, и я беру фотик: старый, испещренный вмятинами и царапинами.
– Вы снимаете на пленку? – изумленно спрашиваю я. – Это ведь жутко дорого!
– Привычка – вторая натура, – пожимает плечами старичок, бережно принимая у меня свое сокровище. – Я посвятил свои золотые годы фотографированию этой страны «от моря до моря и до моря».
Я не могу удержаться от улыбки.
– Не слишком ли много морей, Макс?
Он весело хмурит брови под панамой.
– У нас, между прочим, три океана, милая девушка. Не забывайте об Арктике!
«Как же, забудешь ее», – думаю я, вспоминая ледяные брызги на палубе «Полярного медведя».
– Значит, решили немножко разбавить свои океаны Америкой? – спрашиваю я у старичка.
Он бросает на меня озорной взгляд.
– Не дождутся. У меня зуб на теперешнюю администрацию. Вернусь, только когда они исправятся.
Он начинает любовно полировать линзы фотоаппарата, и я понимаю, что разговор окончен. Тем не менее я заинтригована.
– Вы ведь знаете, что мы едем в Ниагара-Фолс? Между прочим, это в штате Нью-Йорк.
Теперь в его улыбке сквозит жалость.
– Разумеется, юная леди. Только этот автобус идет на канадскую сторону водопада.
В ответ на мой ошарашенный вид новый знакомый начинает сочувственно похлопывать меня по руке, которой я судорожно схватилась за спинку сиденья.
– Ничего страшного, – говорит он. – Если вам надо на другую сторону, там есть мост.
Я вскакиваю с места и бегу к Абдулу.
– Стоять во время движения запрещено, – заявляет водитель.
Я сажусь на пустое сиденье у него за спиной, что не облегчает диалога. Тем не менее я стойко продолжаю.
– Мы ведь едем в штат Нью-Йорк, Абдул? – ору я.
– Отвлекать водителя во время движения запрещается! – кричит он в ответ.
– Я всего лишь спросила, куда мы едем, друг!
Отчаяние в моем голосе заставляет водителя сжалиться. А может, ему понравилось, что я назвала его другом. Он стучит согнутым пальцем по расписанию, приклеенному к приборной панели со стороны двери. Я встаю и начинаю читать.
– Стоять во время движения запрещено, – повторяет Абдул, и я торопливо отхожу назад, успев прочесть все, что хотела: «Ниагара-Фолс, Онтарио».
Я вновь достаю из чемодана телефон и минут десять ловлю прерывистый вайфай. Пункт назначения нашего автобуса – действительно Ниагара-Фолс со стороны Онтарио. Тем не менее Макс Хаммер прав. Между двумя Ниагарами есть круглосуточно открытый мост.
Я уже закрываю телефон, как вдруг приходит письмо от Томми. Я не слышала новостей из дома целую вечность и, волнуясь, открываю послание. На этот раз он меня не критикует, хотя и домой особо не зовет, только пишет, что больше недели назад пропала Рианна и Мерв в отчаянии. Томми скуп на детали. Он лишь добавляет, что в день моего приезда планируется финальная распродажа.
Я пишу, чтобы они не сдавались; Томми не отвечает. Вайфай постоянно пропадает, и я даже не уверена, что письмо отправилось. Я звоню. Телефон Мерва сразу переключается на автоответчик. Я в отчаянии набираю номер Доминика. Ничего. Что с вами, люди? Что за дурацкая привычка не отвечать на звонки?
Макс, который сидит через проход, вырубился. Панама сползла на один глаз, и он так сильно храпит, что один ус поднимается, как от ветра. Я завидую его безмятежности и злюсь, что не умею расслабляться.
Откинувшись на спинку кресла, я пытаюсь дышать, как учили на занятиях йогой. Я так близко. Почти у цели. Через несколько часов буду дома. Безумное путешествие закончится. И с магазином все будет хорошо. Иначе и быть не может.
Не успевает Абдул остановить автобус, как я хватаю чемодан и несусь к выходу. Городок напоминает Кони-Айленд. Казино, музеи восковых фигур, сувенирные лавки, кинотеатры: «Спешите увидеть водопад в 4D, как настоящий!» Зачем смотреть на водопад в кино, если он шумит прямо за дверью? Может, они для пущего эффекта поливают зрителей водой?
В любом случае у меня нет времени рассматривать все эти чудеса. Я машу на прощанье Максу Хаммеру с его «Пентаксом» и бегу к Радужному мосту через реку Ниагара. Насколько я могу судить, он скорее зеленый. В воздухе висит водяная пыль, а шум водопада заглушает остальные звуки.
От реки веет зимним холодом, и, подойдя ближе к мосту, я замечаю в воде куски льда. Вода, падающая на американскую сторону, принимает фантастические формы, перекатываясь через глыбы льда в основании.
Вайфай не ловит, но я в последний раз лихорадочно проверяю сообщения и, сунув телефон в карман, бегу к американской границе. Заходить на Радужный мост надо через стеклянную дверь, за которой стоят автоматы, принимающие канадские монеты достоинством в один доллар и американские купюры. Чтобы перейти на ту сторону, нужно просунуть в щелочку четыре четвертака. Раздобыть их можно в автоматах.
Это означает, что мне приходится вернуться на другую сторону дороги к банкомату. Я испытываю робкую благодарность, когда мне предлагают выбор валюты, и через несколько секунд впервые за долгое время держу в руках американские деньги. Скормив машине доллар, я поднимаю над головой чемодан и штурмую турникет. И вот я уже шагаю по пешеходной дорожке.
Уворачиваясь от туристов, делающих селфи и семейные фото на фоне заледеневшего водопада, я бодрой трусцой направляюсь на американскую сторону. На середине моста висит табличка и два флагштока, символически отмечающие самую протяженную неохраняемую границу в мире. Я знаю, что надо бы сделать пару снимков для «Экслибриса», но нетерпение слишком велико. И – о чудо! – на той стороне даже нет очереди на пограничный контроль. Я заставляю себя подойти к стеклянной двери, и меня подзывает жестом пограничник, готовый распахнуть дружеские объятия.
Как только я протягиваю ему паспорт, у меня за спиной раздается пронзительный крик.
Глава 63
Снимок: Замерзший водопад
Инстаграм: Роми_К [Ниагара-Фолс, граница США и Канады, 30 апреля]