Испанский любовный обман (ЛП)

Я почувствовала, как что-то сдвинулось у меня в груди. Что-то очень тонкое и маленькое, что я почти пропустила, но это не помогло моему дыханию — все еще прерывистому после аукциона – вернуться к нормальному.
Он сделал еще один шаг ближе.
— Иногда я убежден, что тебе нравится заставлять меня страдать, — его обычно глубокий голос звучал приглушенно. Придавая его словам запоздалое качество.
— О, — я нахмурилась. Мой рот открылся, но я все еще боролась несколько мгновений. — Хорошо, у тебя есть полное право злиться, но, честно говоря, мы квиты, потому что ты должен был предупредить меня, что это будет настолько интенсивно, — я неловко рассмеялся. — Если бы я знала, я бы добавила звезду ниндзя или даже две к своему наряду. Они определенно пригодились бы Леди в красном.
Аарон возвышался над моим невысоким ростом, спокойный и все еще пристально смотревший на меня так, что я снова переступила с ноги на ногу.
Между нами снова воцарилась тишина, привлекая мое внимание к тому, что мы больше не были окружены толпой, собравшейся перед сценой. Вместо этого с другой стороны крыши доносился гул голосов, сопровождаемый приятной мелодией.
Аарон нарушил тишину, сказав: — Потанцуй со мной.
 Глава 9 
Он протянул руку, позволив ей повиснуть в небольшом пространстве между нашими телами.
 Потанцевать? 
Уставившись на его руку, я заколебалась. Не совсем уверена, была ли у меня причина сомневаться в его предложении, или это было просто то, как я автоматически отреагировала на Аарона.
— Это часть сделки? – услышала я свой вопрос.
Аарон нахмурился.
— Наш танец, я имею в виду. Просто для вида, верно? — Я объяснила.
Я не была слепой — или глупой — и я была почти уверена, что танцы – это не то, чем нам нужно заниматься. Но большая часть меня была совершенно сбита с толку, и с каждым мгновением я становилась все более растерянной. Поэтому, сказав это вслух, я просто бросила себе спасательный круг, за который могла ухватиться, пока не разберусь с беспорядком в своей голове.
— Верно, — ответил Аарон, хмурый взгляд исчез, а его рука все еще ждала моего решения. — Просто для вида.
Я приняла его предложение, позволив его большой ладони обхватить мою, не уверенная в том, насколько хорошей была эта идея.
Аарон мягко потянул меня за собой, и мои ноги задрожали от странной смеси предвкушения и беспокойства. Его рука была теплой и твердой напротив моей, заставляя меня чувствовать себя хорошо и покалывающе, хотя я могла сказать, что она отягощала тот спасательный круг, за который я пыталась держаться зубами и ногтями.
Я все еще не была уверена, насколько это хорошая идея, когда он мягко потащил меня туда, где собралась небольшая группа людей, чтобы потанцевать.
Но именно тогда, когда он остановился, повернулся и подошел близко — так близко, — мой разум, наконец, отметил это как плохую идею. Так сильно, что часть меня начала спорить, должна ли я убежать или притвориться, что упала в обморок прямо там и тогда, мне не пришлось бы сталкиваться с тем, что мы собирались сделать.
Танцевать.
Вместе.
Как в случае с Аароном Блэкфордом — человеком, с которым я так долго враждовала, — и со мной.
 О, святой Иисус. 
Аарон обнял меня за талию, и я почувствовала, как электрический разряд распространился по моему телу от тех мест, где его руки лежали у меня на спине. У меня перехватило дыхание, и что-то тяжелое и твердое опустилось на дно моего живота.
С трудом сглотнув, я откинула голову назад. Мне показалось, что я увидела дерзость и настороженность в его взгляде. Все сразу. И это вызвало во мне непрошеный прилив предвкушения.
Я положила руки на грудь Аарона — заметив, какой твердой и упругой она была под моими пальцами, — но в отличие от сегодняшнего вечера, когда я случайно прикоснулась к нему, на этот раз я позволила своим рукам отдохнуть там. Только тогда он притянул меня к себе. Мое маленькое тело сразу же прижалось к его гораздо большему телу.
Мгновение спустя мы уже двигались, почти все части наших тел, начиная с груди и ниже, были прижаты друг к другу. Движения Аарона были уверенными, направляющими, в то время как мои были жесткими и непослушными.
 
Выдохнув через нос, я попыталась расслабить конечности. Чтобы сосредоточиться на механике танца. Чтобы успокоить это раскаленное сознание, бушующее внутри меня. Но осознание того, насколько близко были наши тела, вызывало тревогу в моей голове и делало невозможным думать о чем-то еще, кроме этого.
Танцевали. Мы танцевали. Тела покраснели. И это было то, чего мы не должны были делать. Ситуация, в которой Аарон и Лина, которые едва терпели друг друга, не должны были оказаться, потому что это было не то, что делали люди, которые терпеть не могли друг друга.
Аарон быстрым движением закружил меня по кругу и еще раз прижал к себе, заставляя мое сердце биться быстрее, чем оно должно было биться.
Музыка была медленной, идеально подходящей для того, чтобы покачиваться и забывать обо всем, кроме плавного ритма. Идеально подходит для того, чтобы потеряться в покое, который может принести пребывание в чьих-то объятиях. Но чем больше мы раскачивались, тем дальше я была от ощущения чего-либо, напоминающего покой. Не тогда, когда Аарон был таким… большим, твердым и теплым рядом со мной.
Наверное, поэтому я и споткнулась. Прежде чем я поняла, что происходит, мои ноги перепутали ритм и спутались вместе, и они, вероятно, отправили бы меня прямо на пол, если бы не мужчина — пара сильных рук, крепко обхвативших меня, — который удерживал меня на месте.
— Спасибо, — пробормотала я, чувствуя, как мое лицо горит, а тело напрягается еще больше. — И прости.
Господи. Я никогда так сильно не краснела за одну ночь. Я не узнавала себя.
Руки Аарона крепче обняли меня.
— Просто меры предосторожности, — сказал он, притягивая меня еще ближе.
Каждое нервное окончание в моем теле превратилось в конец провода под напряжением. Мою кожу покалывало, сердце бешено колотилось, а в голове все кружилось.
— О. Хорошо, — слова достигли моих ушей, сдавленные, как будто они вырвались из меня с бульканьем. — Спасибо.
Кожа на моем лице еще больше нагрелась.
Аарон замурлыкал, как раз в тот момент, когда его большой палец очень легко коснулся моей спины, нарисовав один-единственный круг, который оставил крошечный след из гусиной кожи позади. Мурашки пробежали по всем уголкам и укромным уголкам моего тела.
Как бы я ни убеждала себя, что это была простая физическая реакция на то, что меня прижимают к мужскому телу, обнимают мужские руки, в конце концов, это было мужское тело Аарона и руки Аарона. Итак, либо я слишком долго была одной, либо сходила с ума. Потому что это было… приятно. Действительно приятно.
 Чертовски приятно. 
Эти океанско-голубые глаза на мгновение остановились на моих губах. Так быстро, что я была убеждена, что мне это почудилось. Но это не имело значения, потому что затем его лицо опустилось, приблизившись так близко, как никогда раньше, и заставило меня забыть обо всем этом. Вместо этого заставляя меня замечать детали, на которые я раньше никогда не обращала внимания. Например, какими полными были эти губы, которые я так часто видела сжатыми в линию. Или как его ресницы были длинными и темными и так идеально обрамляли голубизну его глаз. Или как я могла видеть линии мягких складок, украшающих его лоб, прямо над тем местом, где покоилась эта хмурая, почти неподвижная черта.
Я была так погружена во все это, что одна моя нога снова споткнулась, но руки Аарона крепче обхватили меня за талию, когда он повернул голову в одну из моих сторон.
— Разве ты не должна быть хороша в этом, Каталина? — спросил он в нескольких дюймах от моего уха. Я почувствовала, как воздух покидает его рот на моем виске.
Стараясь не обращать особого внимания на то, как близко его рот был от моего лица, я сосредоточилась на своих ногах и ответила почти рассеянно: — Что ты имеешь в виду?