Испанский любовный обман (ЛП)

Он не ошибся.
Даже приход апокалипсиса — даже если бы те же самые Четыре Всадника скакали в моем направлении, выкрикивая мое имя, — не смог бы разбудить меня, когда я крепко спала. Что было действительно иронично, потому что разговор Изабель с Аароном по телефону был моим представлением о событии, которое приведет к концу света.
Мои глаза расширились от осознания.
Аарон разговаривал с моей сестрой. Он упомянул мясо. Жареная баранина. Которое было в меню на свадьбу.
Коннотации этого крутились в моей усталой голове.
— Ты в порядке? — спросил Аарон, когда я молча запаниковала.
— Да, — солгала я, заставляя себя улыбнуться. — Супер-пупер хорошо.
Аарон приподнял бровь. Может быть, это было признаком того, насколько я не супер-пупер в порядке.
— Я сказал ей, что ты в порядке, просто спишь. Но я думаю, тебе следует перезвонить ей завтра, — он указал на мой телефон. — Судя по пятиминутному монологу на испанском, прежде чем я успел сказать ей, что это не ты на линии, я бы сказал, что она почувствует себя лучше, когда ты это сделаешь, — губы Аарона дрогнули в том, что было началом улыбки.
— Да, — пробормотала я, немного поглощенная его ртом, когда я должна была пытаться справиться с кризисом. — Хорошо.
Эта ухмылка превратилась в кривую улыбку.
Ох, черт. Почему это так хорошо на нем смотрелось? Он почти не улыбался.
Что было не важно.
Что имело значение, так это то, что Аарон поговорил с моей сестрой, и она никогда не смягчала своих слов. Никогда.
— Итак, Аарон, — начала я, слова рвались наружу, — когда ты разговаривал с моей сестрой, ты назвал ей свое имя. Верно?
Он приподнял бровь.
— Да, именно так поступают люди, когда представляются.
— Хорошо, — я очень медленно кивнула головой. — И как именно ты это сказал? Так, Привет, я Аарон, — я понизила голос, подражая ему. — Или, например, я просто Аарон. Я никто. Привет.
Он наклонил голову.
— Я не уверен, что понимаю вопрос, но я собираюсь пойти на поводу и выбрать первый вариант. Хотя мой голос звучит совсем не так.
Я выдохнула через нос, поднеся подушечки пальцев к вискам.
— О, Аарон. Это нехорошо. Я… — я моргнула, чувствуя, что бледнею. — О Боже.
Аарон нахмурился.
— Каталина, — его голубые глаза обеспокоенно оценивали меня, — может быть, мне следует отвезти тебя в больницу, чтобы тебя проверили. Ты, должно быть, ударилась головой, когда упала.
Он отклонился в сторону, положив одну руку на руль, а другую подняв к замку зажигания.
— Подожди, подожди, — я остановила его прямо перед тем, как он завел машину. — Дело не в этом. Я в порядке. Серьезно.
Он бросил на меня быстрый взгляд.
— Я в порядке.
Он выглядел так, будто не поверил мне.
— Честное слово.
Его руки опустились, упав на колени.
— Но мне кое-что нужно от тебя, — я наблюдала, как он кивнул. Ого, хорошо. Это было легко. —Мне нужно, чтобы ты сказал мне в точности то, что ты сказал Изабель.
— Мы уже говорили об этом. Примерно минуту назад, — он поднес одну из своих рук к затылку.
— Просто сделай это для меня. Порадуй меня. — я слабо улыбнулась ему. — Мне нужно знать, что ты сказал.
Мужчина посмотрел на меня так, словно я просила его раздеться и исполнить хореографический танец посреди Таймс-сквер.
За что я была бы абсолютно не против — но опять же, это не важно.
— Пожалуйста, — я попытала счастья с волшебным словом.
Аарон долго смотрел на меня. И каким-то образом я обнаружила, что слово из десяти букв оказалось ключом к тому, чтобы заставить его сделать что-то для меня, не сопротивляясь.
Он вздохнул, опускаясь глубже на сиденье.
— Хорошо.
— О, и будь также настолько подробен, насколько можешь. Используй ее точные слова, если сможешь.
Он снова выдохнул.
— После того, как она перешла на английский, она сказала, что была рада познакомиться со мной. Что тебе лучше иметь веское оправдание, чтобы не брать трубку, потому что, то сообщение было пугающим. Что глупый хиппи, который отвечал за цветы, собирался испортить ее свадьбу, потому что теперь льняная скатерть на столах не будет соответствовать ее букету.
 
Это заставило меня фыркнуть. Этот бедный флорист поплатится за свои грехи.
Он продолжил:
— И что она увидит меня через несколько дней. На свадьбе, — эта последняя часть стерла с меня весь юмор. — Перед этим она спросила меня, не являюсь ли я одним из тех хипстеров, которые не едят мясо. Потому что в этом случае ей пришлось бы не приглашать меня на свадьбу. Затем она добавила, что пошутила, и сказала, что мне лучше быть там, если я хочу знать, что для меня лучше. Особенно если бы я любил жареную баранину. Я сказал «конечно». Честно говоря, я действительно люблю баранину. На самом деле я ем ее достаточно часто.
Уродливый, громкий, животный стон вырвался из моего тела.
— Mierda. Qué desastre. Qué completo y maldito desastre. (Дерьмо. Катастрофа. Это полная катастрофа) — я поднесла руки к лицу, прикрывая его ладонями и желая, чтобы спрятаться от этой глупой ситуации было так же просто.
— Она тоже сказала что-то в этом роде, когда подумала, что это ты говоришь по телефону, — затем с медицинским интересом он спросил: — Что именно это значит?
— Это значит дерьмо. Кошмар. Трагедия. Катастрофа, — ответила я приглушенным голосом сквозь пальцы.
Аарон хмыкнул в знак согласия.
— Это определенно соответствовало бы тону начала разговора.
— Аарон, — мои руки упали на колени, — почему ты сказал ей, что будешь там? До свадьбы осталось всего несколько дней. Я улетаю в Испанию через три дня.
— Мы только что прошли через это, — сказал он таким же измученным голосом, какой я себя чувствовала. — Я не сказал ей, что приеду. Она предположила, что я буду там.
Я бросила на него быстрый взгляд.
— После того, что произошло? — я сказала ему, пробуя новый подход к теме. — После нашего разговора и того, как мы договорились, что наша сделка отменяется? Ты позволил ей предположить, что будешь там.
Неужели он забыл об этом? Потому что я нет.
— Я же говорил тебе, что мы поговорим об этом.
Когда? Я хотела спросить его. Когда я буду ехать в аэропорт? У нас не было времени ни о чем говорить.
— Но мы не поговорили, Аарон.
Две недели. У него было две недели, чтобы связаться со мной. И как бы сильно я себя за это ни ненавидела, часть меня ждала, что он это сделает. Я только что это поняла. Что ж, по крайней мере, это объясняло, почему я не решилась рассказать Рози. Или моей семье. Пока что.
Я покачала головой. Я была такой глупой.
— И нам это не нужно. Нам не о чем говорить.
Аарон стиснул челюсти, больше ничего не говоря.
Мой телефон пискнул пару раз, но я проигнорировала его. Я был занята, стреляя кинжалами в Аарона.
Истощенная энергией, я сдалась и положила голову на подголовник пассажирского сидения. Мои веки закрылись, и я пожалела, что не могу также закрыться от мира.
Звук моего телефона, снова зазвонившего с еще парой сообщений, заставил меня опустить глаза на колени.
Я снова проигнорировала это.
— Что мне теперь делать? — я подумала вслух. — Через несколько часов Изабель будет звонить всем, чтобы сказать им, что она разговаривала по телефону с парнем Лины, — с воскресенья меня поимели шестью способами. — Думаю, я всегда могу сказать им, что порвала с тобой, — я глубоко вздохнула. Затем я повернулась, чтобы посмотреть на него. — Не с тобой. Но с… — я покачала головой. — Ты знаешь, что я имею в виду.
При этих словах Аарон выпрямился на своем сиденье, еще больше стеснив пространство внутри машины.
Прежде чем кто-либо из нас успел что-либо сказать, мой телефон снова зазвонил. Я подняла его с колен с намерением заставить замолчать.
— Por el amor de Dios. (Ради всего святого)
На моем экране вспыхнуло тревожно большое количество сообщений, подтверждая мои подозрения.