Испанский любовный обман (ЛП)

Вскоре после этого, и пока моя челюсть оставалась на прежнем месте, улыбка, предназначенная для очень ограниченного числа людей, ожила на лице мамы.
Затем я увидела, как она вздохнула, наполовину удивленно, наполовину смиренно. Как будто она была согласна принять заявление Аарона, не сопротивляясь, пока он продолжал говорить по-испански. Что она тоже приберегала для очень немногих.
Мой очень удачливый и очень фальшивый парень одарил ее вежливой улыбкой.
— Каталина все равно не занимает так много места, — внезапно сказал Аарон. — Мы найдем способ прижаться друг к другу. Верно, bollito(булочка)?
Моя голова повернулась в его сторону.
— Да, — процедила я сквозь зубы. — Мы прижмемся друг к другу.
Пообещав себе, что он заплатит за это позже, я в ужасе посмотрела на отца. К моему большому разочарованию, я обнаружила, что он ухмыляется. Моя мама, с другой стороны, просто кивнула, переводя взгляд с Аарона на меня, оценивая нашу разницу в размере и росте.
Что, к счастью, не было бы проблемой. В удобной квартире, которую мои родители снимали в разгар сезона для отдыхающих, было две спальни. Как и все в квартире, комнаты были маленькими и функциональными, в них было только то, что было строго необходимо. Но это означало, что мы, Аарон и я, не будем обжиматься. Мы даже не собирались жить в одной комнате.
Спасибо небесам.
Это напомнило мне, что моим родителям пора уходить.
— Хорошо. Спасибо вам двоим, но этого достаточно для приветствия, — сказала я, подходя к ним и слегка подталкивая их к двери. — Нам нужно распаковать чемоданы и подготовиться к мальчишнику и девичнику.
— Vale, vale,(Ладно, ладно) — сказала моя мама, схватив папу за руку. — Ты видишь, Хавьер? Они хотят побыть одни, — ее брови слегка изогнулись. — Ya sabes (Ты знаешь).
Мой папа пробормотал что-то неразборчивое, показывая, что ему неинтересно выяснять, почему.
Поэтому я проигнорировала намек матери и, крепко обняв родителей, выставила их за дверь. Тем временем Аарон вежливо поблагодарил их еще раз — по-испански, для моей мамы – и остался в углу, где он стоял.
Когда мои родители наконец ушли, я повернулась к Аарону и обнаружила, что он кладет оба наших чемодана на кровать. Он расстегнул молнию и начал извлекать одежду и туалетные принадлежности.
— На самом деле, тебе не нужно этого делать, — сказала я ему, не потрудившись открыть свои сумки.
Аарон приподнял бровь.
— Мы будем спать в разных комнатах, — объяснила я.
— О? — это было единственное, что исходило от него.
Игнорируя тот озадаченный взгляд, которым он только что бросил на меня, я направилась в коридор, чтобы отвести его туда, что должно было быть его комнатой.
С его собственной кроватью.
Прямо за мной, всего через несколько секунд после этого, появился Аарон.
— Та-да! — я сделала жест руками. — Вот твоя комната. Твой комод. Хотя твоя ванная комната находится в коридоре. И, да, это будет твоя кровать.
Я указала на двуспальную кровать, оценивая ее нелепые размеры. Комната была намного меньше, чем я помнила.
Взглянув на Аарона, который был прямо рядом со мной, я обнаружила, что он осматривает кровать, скрестив руки на груди. Точно так же, как моя мать сделала несколько минут назад, я оглядела его с головы до ног.
Да. Это не сработает.
— Хорошо, — сказала я, признавая, что он никогда, никогда не поместится там. — Я поменяюсь с тобой комнатами. Возьми другую, она больше. Я возьму эту.
— Все в порядке, Каталина. Я буду спать здесь.
— Нет, ты не будешь спать здесь. Ты не поместишься в этой крошечной кровати, — указала я на очевидное. — Даже не по диагонали, я думаю.
— Все в порядке. Иди распаковывай свои вещи. Я справлюсь.
— Ты не сделаешь этого. Ты ни за что не сможешь здесь спать, — настаивала я, игнорируя неприязненный взгляд, который Аарон бросил на меня через плечо.
— Я так и сделаю.
Упрямый, твердолобый человек, подумала я.
— Ты здесь единственная твердолобая, — сказал он.
Я прищурила глаза, глядя на телепата.
 
— Ну, если ты хочешь быть моим чайником, я с радостью буду твоей кастрюлей, — я указала на кровать. — Докажи это. Покажи мне, что ты туда вписываешься, и я оставлю тебя в покое.
Аарон вздохнул, распрямил руки и поднес ладонь к лицу.
— Не могла бы ты просто… — он остановился, качая головой. — Знаешь что? На этот раз я собираюсь пошутить над тобой. Просто чтобы не тратить впустую наши жизни, споря об этом, пока мы не окажемся в одинаковых инвалидных колясках.
Он ошибался, одинаковые инвалидные коляски никогда не входили в мои планы, когда дело касалось Аарона Блэкфорда.
В два шага мой фальшивый и очень высокий парень оказался прямо перед скромной кроватью.
Он не поместится. Я была в этом уверена. Поэтому я откинулась назад и стала ждать, пока он докажет, насколько я была прав.
Как только Аарон забрался на крошечный предмет мебели, матрас слишком сильно подпрыгнул под его весом. С громким скрипом он поправил свое тело, лежа на спине. Пару раз менял позу, так как матрас скрипел под его весом. Ничего.
Он. Не. Помещался.
Глядя на мужчину, который был явно больше, чем кровать, стоявшего передо мной, свесив ноги с рамы и уставившись в потолок, я не могла не позволить ухмылке, с которой боролась, наконец вырваться на свободу.
Дело было не в том, что я все это время была права. Нет. Довольная и зубастая улыбка, которая расколола мое лицо, имела прямое отношение к сварливому Аарону, который лежал по диагонали на крошечной двуспальной кровати с хмурым взглядом, который простирался на многие мили. Лучше всего было то, что он посмеялся надо мной и доказал это только потому, что я ему так сказала. Просто потому, что мы были одинаково упрямы.
И это… только заставило меня улыбнуться шире.
Подойдя ближе, я не отказалась от мегаваттной улыбки, когда посмотрела на него сверху вниз.
 — Удобно?
— Очень.
— Я просто держу пари, что тебе никогда в жизни не было так комфортно.
Он закатил глаза.
— Хорошо, — сказал Аарон, садясь, пружины простого и — давайте посмотрим правде в глаза – скорее всего, дешевого матраса громко скрипели под его весом. — Значит, ты была права, — продолжил он, подходя к краю, пытаясь покинуть кровать, которая, казалось, превращалась в зыбучие пески, поглощая каждое его движение. — Теперь, если бы ты просто…
Прежде чем я успела понять, что происходит, конструкция кровати с грохотом обрушилась, поглотив часть матраса и Аарона вместе с ним.
У меня вырвался вздох, когда мои руки взлетели ко рту.
— Господи Иисусе, мать твою, — прорычал Аарон.
— Боже мой, Аарон, — хихиканье, сорвавшееся с моих губ, когда я уставилась на более сварливого, чем когда-либо, человека, сидящего посреди пружинистой катастрофы, которого вероятно, было слышно до самого Нью-Йорка.
Он и близко не выглядел нормальным, если судить по тому, как он сердито смотрел.
Но я все равно спросила: —Ты в порядке? — я попыталась успокоиться, и мне это удалось. Но я не смогла сдержать смех. Поэтому я рассмеялась.
Затем я засмеялась громче.
— Да. Все хорошо, — проворчал он. — Ничего такого, с чем я не мог бы справиться.
— Хорошо, но на всякий случай… — я протянула руку, чтобы помочь ему, но мы оба замерли, когда из-за входной двери квартиры донесся крик. Голос, от которого у меня по спине пробежали мурашки.
— Hola! (Привет) — раздался пронзительный крик.
 Была ли это… 
— Hay alguien en casa (Есть кто дома)? — снова позвал тот голос, который, как я поняла, был мне знаком — и с которым я был связана.
 Нет. 
Женщина, чьи рыжие волосы, я была почти уверена, должны были появиться примерно через две секунды, спросила, есть ли кто-нибудь дома. Как будто она, вероятно, уже не знала.
Чаро. В квартире была моя двоюродная сестра Чаро. И, судя по быстрому стуку ее каблуков, она будет в комнате примерно через…