Долина дракона
Свист мечей и шестоперов, вопли ярости и боли сливались в одну страшную мелодию. Она звенела в ушах Гордого, делая его неуязвимым.
Лорелея шла чуть позади, прикрывая его спину. Глаза ее горели радостью, из горла рвался азартный крик. Казалось, она наслаждается бойней.
Постепенно битва превратилась в свалку. Ни одна сторона не могла взять верх. Воздух дрожал от надсадных хрипов и предсмертных стонов.
– Нужно что-то делать! – выпалил Красный. – Нужно ударить им в помощь!
Он наблюдал за сражением с холма. Где-то там, в долине, затерялись Дикий, Гордый, Лорелея, лорд Оуск и другие. – Рано, – мрачно ответил лорд Норд. – Они еще не отступают.
– Когда начнут отступать, станет поздно! – бросил Красный, кусая губы.
– У нас слишком мало воинов! Лучшие уже в битве! – процедил сквозь зубы Норд. – Тот запас, что есть, нельзя так глупо расходовать!
– Значит, пора расходовать мой запас, – послышался вкрадчивый голос.
Все обернулись и увидели Мудрого. В своих лохмотьях, с колыхающимися на ветру спутанными сальными волосами, он тоже глядел на битву.
– Хватит нести бред! – завопил Красный. – Путаешься под ногами, толку от тебя никакого! Убирайся отсюда, неудачник!
Мудрый посмотрел на брата и улыбнулся одними губами. От этого зрелища Красному стало жутко, и он прикусил язык.
Мудрый отошел подальше от конных воинов, присел на корточки и снял с земли слой дерна. Под ним тлел небольшой костер. Мудрый подбросил в него сухой травы, и черный удушливый дым столбом поднялся в воздух. Достав из рукава флейту, Мудрый встал над костром и заиграл пронзительную мелодию. Музыка вползала в душу, наполняла ее безумным беспокойством, лишала воли. Лорд Норд в ужасе заткнул уши, Красный побледнел.
Он смотрел, как белые пальцы танцуют на дырочках, как вздрагивают опущенные длинные ресницы музыканта, и буквально ощущал, как его душа выворачивается из тела. Не хватало лишь какой-то одной ноты, чтобы Красный, забыв обо всем, кинулся в битву.
Дым над костром вдруг стал подниматься с промежутками, словно в такт жуткой мелодии. Он танцевал, и этот танец одновременно был сигналом. Квадраты дыма плыли в долину, и каждый из них оседал на одном из курганов.
– Что это, что это? – шептал посиневшими губами лорд Норд.
Красный проследил его взгляд и увидел, как на поле появляются вооруженные воины и устремляются в бой. Движения их были странными, и помутившимся умом Ворон осознал, что они танцуют под флейту.
Это было настолько противоестественно и страшно, что Красный едва не потерял сознание. У него пошла носом кровь.
Между тем расстановка сил на поле боя изменилась: получив неожиданное подкрепление, объединенные войска пошли вперед, а армия Лугайда стала медленно отступать с левого фланга, там, где благодаря помощи из-под холмов наметился перевес.
Но Черным отрядам на правом фланге приходилось нелегко. Это были опытные, закаленные воины, но все же на каждого из них приходилось слишком много противников. Лугайдийцы наседали. А наемники, которые должны были удерживать фланг, дрогнули.
Младший Ворон, отставший от Дикого и Гордого в круговерти битвы, отпихнул от себя раненого лугайдийца и запрыгнул на конский труп, чтобы оценить обстановку. Он увидел, что положение на правом фланге плохо, и бросился бежать туда, уклоняясь от стычек.
– Стоять! – кричал он. – Вольные воины, держать строй! Держать!
В его звонком чистом голосе прорезалась властность. Наемники повиновались. Младший, размахивая мечом, врубился в свалку, превратив отступление в медленную тяжелую атаку.
Черные отряды не упустили шанс – Владыки Улада хриплым ревом воодушевили воинов и снова остановили наступление Лугайда.
* * *
Брес сам вел свою армию в атаку. Пусть и под надежной защитой – рядом держались его личный отряд охраны, лучшие воины королевства, и верный Брайен – король принял участие в сражении и даже собственноручно сразил мечом нескольких противников.
Стремительной победы не случилось. Битва замедлилась, развалилась на множество мелких стычек и преимущество на отдельных участках брали то союзники, то Лугайд.
– Вперед! Вперед! – ревел Брайен.
– Атакуйте! – кричал Брес, срывая голос.
Его армия была лучшей, она упрямо шла в нападение, но при этом не продвигалась ни на шаг. Затянувшееся противостояние утомило бойцов с обеих сторон. Казалось, еще немного, еще одно небольшое усилие, и кто-то дрогнет. Но воины по-прежнему умирали, а победителя все не было. Солнце миновало зенит и стало сползать к горизонту.
Все изменилось, когда войско союзников внезапно получило небольшое подкрепление, – армия Лугайда начала медленно отступать.
Черные отряды, горцы, приморцы, наемники – все они с новыми силами устремились вперед.
– Сигналь атаку! – крикнул Брес. – Веди наемников! Пора!
Брайен подозвал жестом гонца и отдал приказ. Запели трубы, призывая наемников спасать положение.
Но Вольное воинство не двигалось с места.
– Что там происходит? – заорал Брес, уже всерьез отбиваясь от наседавших воинов, закованных в черненую сталь. – Где эти проклятые наемники?!
Брайен беспокойно озирался.
* * *
Выстроившись в шеренгу, наемники угрюмо ждали своего часа. Вдруг вперед выступил огромного роста человек с татуировкой на лице и наголо обритой головой.
– Вы узнаете меня? – спросил он.
Разумеется, его узнали.
Куланн оглядел Вольное братство.
– Кто теперь тысячник?
– Ну я, – мрачно ответил здоровенный мужик с рыжей бородой.
– А, Северянин, – ухмыльнулся Куланн. – Хороший выбор, парни.
– Всяко лучше, чем сделали вы с Лютвином, – проворчал Северянин. – Сука Ильди кинула нас всех. А вы прохлопали ушами. Сколько наших убили ни за что! И ты приполз теперь, как пес, лизать сапог хозяина, что тебя избил и бросил подыхать.
– Вы все не лучше, – ответил Куланн. – Вы пошли за Бресом. Думаете, он вас простил?
– У нас нет выбора, – рявкнул Северянин. – Мы не хотели сдохнуть на галерах или от мечей Лугайда. У нас не осталось денег, пойти нам некуда. Вот и приползли сюда помирать. Во славу Его Величества Бреса.
– Это не обязательно, – быстро ответил Куланн. Я обещаю вам золота дважды против того, что обещал Брес. И не за то, чтобы вы дрались, а, наоборот, за то, чтобы вы не вступали в битву.
– Ишь ты! – воскликнул Северянин и брови его поднялись высоко вверх. – И кто ж платит? Ты нам предлагаешь в разгар битвы сторону поменять? Это ж измена!
– Нет, вы останетесь на стороне Лугайда, – ухмыльнулся Куланн.