Навсегда

Хочется убежать отсюда, подальше из этого дома, но я словно прирастаю к стенке. Даже пошевелиться не могу. И едва дышу.
— А когда ты начнёшь действовать? — нетерпеливо спрашивает Дэн у отца.
— Для этого мне надо прикоснуться к ней. Найду удобный момент. Нельзя её спугнуть.
Сжимаю губы. Не время для эмоций. Решить ситуацию поможет хладнокровный разум, который сможет разгадать мрачную загадку происходящего.
Прикоснуться ко мне? Зачем?..
Наверное, отец Дэна — тоже какой-то колдун, который может сделать со мной что-то через касание. Более того — так и собирается. Зачем? По-видимому, опять же, чтобы насолить Мэтту.
— Я сама осторожность. Потихоньку подбираюсь к ней, — самодовольно сообщает Дэн.
— А вот это может быть лишним, — настороженно возражает отец.
— Да ну. Так она может перейти на нашу сторону, — не сдаётся сын: слышно, что его коробит недовольство родителя.
Дэн-то восхищается собой и своими шагами, и, видимо, рассчитывал, что и отец будет.
— В любом случае, надо быть начеку, — сдержанно вздыхает глава семьи. — Ладно, буди нашу гостью на завтрак.
Его последние слова мгновенно выводят меня из оцепенения. Вот-вот, и Дэн выйдет из этой комнаты!
Я мечусь по коридору, судорожно ища, куда сбежать. Все ближайшие двери закрыты. Не нахожу ничего лучше, чем быстрым шагом пойти вперёд — подальше от странных мужчин.
Но на полпути вдруг слышу голос Дэна:
— Сиенна, стой. Я видел тебя.
    
Глава 21. Сиенна
Медленно разворачиваюсь. Не по себе встречаться с взглядом Дэна. Кто знает, на что он пойдёт, когда карты раскрыты. Возможно, стоит уже бежать?..
Но на лице обвинителя нет даже недовольства. Скорее, любопытство. Не похоже, что я помешала его планам, услышав лишнее.
Или Дэн просто не понял, что я подслушивала? Ну нет. Он так меня окликнул, что не остаётся сомнений.
Я так и стою на месте, но Дэн подходит сам. Теперь мы оба замираем напротив какой-то двери. На неё он и кивает.
— Пойдём, поговорить надо.
Я даже не оборачиваюсь в ту сторону. Так и не шевелюсь. Это его предложение лишний раз показывает, что Дэн всё понял. И оставаться с ним наедине в какой-то комнате… Не рискованно ли?
— Ты предпочтёшь неизвестность? — хмурится он. — Никто тебя отсюда не пустит.
Опускаю взгляд. Действительно, нет смысла отпираться идти в комнату — могут заставить и силой. Причём, это касается всего, что они задумали.
Дэн прав — у меня нет выхода. И удача уже то, что мной вообще решили поговорить. Стоит выслушать, разобраться. Запаниковать всегда успею.
Мы заходим в комнату. Дэн закрывает дверь на замок, разворачивается ко мне. Его действие напрягает, почти пугает, но я стараюсь держаться уверенно. Возможно, Дэн просто хочет скрыть этот разговор от отца, вот и заперся, чтобы никто не нас потревожил.
— И когда ты меня заметил? — решительно перебиваю тревоги, первой нарушив молчание.
— Ближе к концу разговора. Но этого было достаточно, чтобы понять, что ты слышала больше, — с готовностью отвечает Дэн. Возникает ощущение, что он только рад сложившейся ситуации. — У тебя есть вопросы?
— И немало, — с нервным смешком соглашаюсь.
Спокойное и непринуждённое начало разговора мало вяжется с тем, что я услышала. Но так всё равно легче… Появляется надежда, что мне ничего не угрожает. В самом деле, их планы могут быть безобидны. Просто я привыкла ожидать самое худшее, учитывая все мои приключения и познания об этом мире, где может быть что угодно.
— Начинай, готов ответить, — сев в кресло, Дэн кивает мне на диван. Я слегка настораживаюсь: слишком уж легко обвинитель соглашается выдать все планы. Но встретившись с моим озадаченным взглядом, он поясняет: — Я хотел действовать иначе, но теперь мне даже кажется, что открыто будет эффективнее.
Помедлив немного, я всё же сажусь на диван. Дэн не скрывает взгляда, смотрит прямо, осознанно и решительно. Не похоже, что пытается что-то утаить.
— Твой отец с этим не согласен, — осторожно возражаю я.
— Он поймёт, — отмахивается Дэн. Похоже, решимость поступить по-своему для него важнее мнения отца. — Ну так что ты хочешь узнать?
Вспомнив подслушанный разговор, я тут же формулирую вопрос:
— Как ты узнал, что я захочу попасть на корабль?
— Я — приятель Гидзи. Почти весь город знает, что ты жена Мэтта, и для нашего общего знакомого торговца магией эта новость тоже не была секретом. Он рассказал мне, что ты была у него, желая избавиться от связи с колдуном, который мог определить, где ты. Мы быстро сложили эти факты и поняли, что раз ты не хочешь, чтобы кто-то знал, где ты, то собираешься уехать. С того дня я перебрался к Гидзи, чтобы следить за событиями. Мы ждали тебя. Я был у Гидзи той ночью, когда ты вернула ему браслет. Он сказал мне, что ты выглядела так, словно только сбежала от Мэтта, и я незаметно отправился следом. Проследил весь твой путь, а когда ты узнавала расписание кораблей, а потом остановилась в ближайшей ночлежке, сложил оставшиеся детали и извлёк пользу.
Я молчу, прокручивая в голове те события. Да уж, мысль, что нелюдимый Гидзи может быть с кем-то заодно, даже не приходила мне в голову. Но это ладно… Важнее другое — ради чего столько схем? Ведь Дэн явно постарался, выкупая последние билеты на корабль, да ещё и наверняка позаботился, чтобы других мест там не было — чтобы уж наверняка «спасти» меня. И вся эта слежка…
Но спросить о цели этих приключений я пока не решаюсь.
— А в чём заинтересованность Гидзи? — вместо этого уточняю. — Какими бы вы приятелями ни были, не похоже, что он может делать что-то бескорыстно.
Ляпнув на эмоциях, я слегка смущаюсь. Звучит осуждающе.
Но Дэн лишь усмехается:
— Верно, он такой. И поверь, у него есть своя выгода. Ему нужно то же, что и нам с отцом и матерью.
Воцарившаяся пауза давит, но я долго не решаюсь её нарушить. Становится ясно — Дэн подвёл к главному и ждёт вопроса. Но задать его так страшно, что сердце подскакивает к груди, а жар гоняет кровь по коже.
Что если, узнав это, я обреку себя на что-то неизбежное? Спросив, окончательно перечеркну путь назад…
Боже, как сейчас не хватает Мэтта!
Это невольная, но острая мысль выводит меня из оцепенения. И назло такому странному желанию, я выпаливаю:
— И что это?
— Бессмертие, — торжественно объявляет Дэн, и я недоумённо хмурюсь.
— Что, прости? — недоверчиво переспрашиваю. — С чего вы взяли, что я как-то могу его вам дать? Тем более, через прикосновение твоего отца. Я не бессмертна, и никогда не стремилась к этому.